Чтение онлайн

– - Куда же ты собрался своих парашютистов перебрасывать, - с иронией спросил Борис Макаров.
– Решил вымыть сапоги в Индийском океане?

– - Ты не передергивай, - совершенно серьезно ответил Строгов, окончательно протрезвев.
– Я не говорю, что нам нужно лезть куда-то, как американцы притащились в Ирак. Но сам подумай - начнется на юге новая заварушка, полезут из-за гор душманы, и что тогда? Там только пограничники да еще несколько бригад для их усиления, но этого мало, надо ведь по всей республике порядок поддерживать, а если они все к границе двинутся, им сразу в спины стрелять начнут. А мои гвардейцы могут прибыть туда за сутки, самое большее, и это сейчас, при том, что мы имеем. Поэтому я и говорю - сделайте нас еще более подвижными, и ни одна тварь близко к нашей земле не сунется. Мобильность - вот залог успеха в современной войне, - убежденно произнес генерал.
– Именно мобильность, а не количество и даже, по большему счету, не превосходств в огневой мощи. Эти обкуренные чурки еще только подумают - а на пути у них уже десантная дивизия! Так что, как ни крути, танкам и здесь не место. У нас свое оружие, легкая техника, в том числе и артиллерия имеется неплохая, но могло быть и лучше.

И ведь есть образцы, да такие, что никаким американцам с их морской пехотой не снилось. Взять ту же БМД-4 - идеальная боевая машина, легкая, мобильная, и при этом с тяжелым вооружением. Она и десант доставит, куда надо, и броней прикроет, и огнем его потом поддержит. Именно о такой технике нужно думать, а не об этих бронированных мастодонтах, которые еще не по всякому мосту пройдут. Весь мир сейчас развивает именно легкие силы - воздушный десант, морскую пехоту, потому что за ними - будущее, и никак не иначе. А для России с ее пространствами и бездорожьем это важно вдвойне, ведь тяжелую технику придется везти по железной дороге, а они не везде проложены, и времени на переброску уйдет очень много, да и подорвать их может любой сопляк, а чтобы восстановить пути, понадобится уйма времени и сотни стройбатовцев с техникой. А нам, десанту, только дай команду - и мы уже сваливаемся любому супостату, как снег на голову. Я начинал службу лейтенантом в Восточной Германии, в Тридцать пятой гвардейской десантно-штурмовой бригаде, и я знаю, что если бы началась война, мы, десант, первыми бы дошли до Ла-Манша, и никто нам не смог бы помешать. Мы бы обрушились на натовцев, как снег на голову, и вместо того, чтобы гнать в ГДР тысячи танков, можно было разместить там пару гвардейских десантных дивизий. Эффект был бы тот же самый, я вас уверяю.

– - Ну ладно, бог с ними, с американцами, - усмехнулся министр экономики, возвращаясь к забытой было теме.
– Сделаем вид, что нет у них семи тысяч "Абрамсов", и вообще, они нам лучшие друзья. А про Китай ты, Вася, забыл?
– вопросительно поднял брови Климов, уставившись на собеседника.
– Их совсем списал со счетов? Пусть с американцами нам нынче не тягаться, со всякими ваххабитами твои десантники справятся, а как полезут эти, из Поднебесной, в нашу Сибирь - тогда что?

– - Это ты верно заметил, Китай со счетов сбрасывать нельзя, - согласился Строгов.
– Только с ними та же история, что и с американцами. Ну, представь, пустят они на нас пять тысяч танков, даже десять тысяч, черт их побери, а мы по какому-нибудь их Шанхаю - заряд в десяток мегатонн. Вспомни географию - у них почти все население живет возле тихого океана, на берегу - крупнейшие города. А флот у китайцев, прямо скажем, пока - фуфло, хотя и есть корабли поновее, поприличнее. Вот Борис точно знает, - генерал взглядом указал на молча кивнувшего при этих словах Макарова.
– Послать к их берегам пару наших подлодок, тех, что с ракетами, и прощай, половина населения Поднебесной. Если уж русские подводники с янки тягались в былые времена, да и сейчас им не уступают, то и с китайцами сладят. К тому же, сам знаешь, имея ракеты, бьющие на десять тысяч километров, близко к берегу подходить и не придется, а Тихий океан - это не залив какой-нибудь, где с одного берега до другого доплюнуть можно. Не веришь, вон, Бориса спроси, - вновь взглянул на приятеля, с интересом следившего за дискуссией, Строгов.
– Наш адмирал тебе расскажет, что такое - искать подводную лодку на таких просторах.

И если хоть один ракетоносец будет болтаться у китайских берегов, хрена им, а не вторжение. Думаешь, их солдаты пойдут в бой, зная, что после первого же выстрела полмиллиарда их соотечественников превратятся в тончайшую пуль, а за спиной появится радиоактивная пустыня? Я полагаю, они тоже не самоубийцы, и пошлют к черту свою партию и кого угодно, лишь бы их матери, братья-сестры остались живы. Да и, говоря откровенно, это только их телевидение кричит, что, дескать, китайская армия всех сильней, а на самом деле - еще хуже, чем наша, такая же толпа. Согласен, кое-чего они достигли, пусть даже и многого, но все равно даже нас пока они превзойти не могут, что говорить об американской армии с их электроникой и аэрокосмическими формированиями. Так что и с этого направления угрозу можно устранить привычным средством - стратегическими ядерными силами, а сил этих у нас пока еще, слава Богу, достаточно.

Разлили по новой, разом опрокинули, закусив, кто чем, а спорщики пока смогли перевести дух. Однако вопросы, затронутые здесь и сейчас, оказались столь жизненными, что забыть о произнесенных пару минут назад словах сразу никто не смог.

– - Насчет того, что мы из океана можем грозить китайцам, это верно, - заметил Макаров, прожевав огурец.
– Американцы создали на севере свои противолодочные рубежи благодаря удобному рельефу. Протянули от острова до острова цепь гидрофонов - и вот вам почти непреодолимый барьер. Их спутник или разведывательный самолет, а то и вовсе какой-нибудь завербованный агент в нашем родном порту обнаруживают выход в море подводной лодки, и все силы приводятся в полную боевую готовность, все настороже, так, что и мышь не проскочит. А уж раз обнаружив субмарину, они от нее не отстанут, будут пасти каждую секунду, и если почуют, что мы готовимся нанести удар, атакуют первыми и потопят, пока ракеты еще в шахтах. А на Тихом океане все иначе - там наши базы открыты, идти можно множеством курсов, и на всех возможных путях заграждения никто поставить не сможет. Поэтому янки и держатся за Японию, чтобы контролировать выходы в открытый океан. Так что, Василий, в этом ты прав, угроза ядерного удара охладит горячие головы хоть китайцам, хоть американцам.

– - Я еще думаю, что наши воздушно-десантные войска пришла пора реорганизовать, - заметил Строгов.
– Сами посудите, создавали их давно, в других условиях, и готовили к совсем иной войне. Сейчас мне и во сне не привидится, чтобы с парашютами сбросить целую дивизию, и людей, и всю технику, как раньше на учениях делали. Это просто невозможно сейчас - транспортные самолеты посбивают еще на дальних подступах, и все бойцы просто подохнут без пользы. Сейчас имеет смысл высаживать тактические десанты численностью в батальон, ну, в крайнем случае - бригады, но никак не дивизии. И делать это лучше с использованием вертолетов. Поэтому я считаю, что наши дивизии пора расформировать, как ненужные, и создать на их базе, скажем, бригадные тактические группы.

– - Про батальонные группы я слышал, - заметил Самойлов.
– Их и в Чечне применяли, и в Таджикистане, кажется. А насчет бригадных - это еще что за новости?

– - Все просто, - ответил Строгов.
– Я уже не первый день об этом думаю, и вот что решил - десант делится на бригады, каждой из которых придаются наземные средства поддержки, типа гаубицы "Нона" или противотанковых пушек "Спрут", а также авиация. Собственно, даже самоходки уже не нужны. Из боевых машин вообще достаточно оставить только БМД - "четверка" с ее орудием заменит и гаубицы и противотанковые пушки, поскольку через ствол может запускать ракеты. Включить в боекомплект активно-реактивные снаряды - вот тебе дальность стрельбы гаубицы, а если модернизировать ракеты, то и противотанковые установки не понадобятся. Но вот авиация - это самое главное! Прежде всего, это транспортные вертолеты разных классов, ну и боевые машины, например, тот же Ми-24. И вертолеты должны входить в состав этой бригады, подчиняясь непосредственно ее командиру, а не придаваться для выполнения какого-то задания, как сейчас и делается. Американцы такие соединения называют аэромобильными. Я не знаю, как их можно назвать у нас, но суть от этого не изменится. И, кроме того, таким группам следует придать еще и самолеты, штурмовики, оказывающие непосредственную поддержку. Думаю, даже эскадрилья "грачей" повысит возможности такой бригады во много раз. Они смогут при высадке прикрывать вертолеты, зачищать плацдарм для десантирования, оказывать поддержку, если, к примеру, десант столкнется с танками противника. И эта авиация тоже будет подчиняться командиру бригады, который пошлет свои штурмовики именно туда, где они нужнее всего.

– - К президенту обращаться пробовал?
– спросил заинтересовавшийся Самойлов.
– Он, думаю, обратил бы внимание на такие идеи.

– - Пока еще не с чем особо обращаться, - пожал плечами Василий.
– Это только разговоры, а настоящий проект подготовить все времени нет, - признался генерал.
– Скоро, вот, учения начнутся, мне там надо быть, да и сейчас уже подготовкой занимаюсь во всю.

Строгов не лукавил, и друзья знали, что и на заимку он прибыл из гарнизона, где проверял готовность своих бойцов к намеченным маневрам.

– - А то подумай, мысль ведь дельная, это даже я, гражданский, понимаю, - предложил премьер-министр.
– Хотя сейчас у нас и так в бюджете денег мало. Эта затея со скупкой акций нефтяных компаний потребовала таких средств, что никакие резервы уже не спасают.

– - Зато потом наши расходы окупятся в десятки раз, - заметил Климов.
– Пока придется потерпеть, но скоро наступят лучшие времена.

– - Вот именно, - согласился Самойлов.
– Пока нужно терпеть, а мы всякой ерундой занимаемся. Не время сейчас для того, чтобы клепать оружие, деньги нужно поберечь, пока не начнут поступать доходы от нефти и газа.

– - Знаешь, Аркадий, ты, возможно, во многом прав, - вступил в разговор замолчавший, было, Макаров.
– Только вот что я тебе скажу, дружище. Я шесть лет подряд видел, как убивают корабли. Назовите это романтическими бреднями, да как угодно, но все равно, корабли не утилизируют, не демонтируют - убивают. Они же, как люди - у каждого свое имя, свой характер. Все ваши танки, пушки - они отличаются только безликими серийными номерами, а каждый корабль - единственный и неповторимый, пусть и строят их сериями по полсотни штук. И мало кто может понять, какая это боль - видеть, как превращается в груду металла новый, плававший в лучшем случае десяток лет, корабль. Пусть это будет хоть крейсер, хоть торпедный катер - боль одинаково сильна. И после долгих лет такой жизни, когда на моих глазах умерли, превратившись в бесформенные груды железа, десятки судов, гордость нашего флота, слышать, что кто-то вновь стал строить корабли, подводные лодки, танки - значит, верить, что Россия возрождается.

Я не хочу войны, хотя я и солдат, и готов к ней. Но войны и не будет именно потому, что мы вновь станем сильны, как двадцать лет назад. На днях спустили на воду новый подводный атомоход, который, хочется в это верить, станет головным кораблем для целой серии современных субмарин. Я не присутствовал там, о чем сожалею очень сильно, но только одна эта новость заставила меня поверить, что не зря мы несем свою службу. Я согласен, найдутся иные расходы, иная цель, и для нее можно потратить эти деньги, но пока наша армия, наш флот, находятся в том состоянии, в котором они сейчас - никогда нельзя знать, кто будет пользоваться результатами этих вложений - наши дети, или чужаки из-за океана, пришедшие сюда, как хозяева.