Чтение онлайн

Эпохи пролетали быстро. Через две его сделали герцогом, что в Бездне обозначало вхождение в первый круг, то есть становление соправителем. Это было время постоянных войн, когда Ад завоевывал территории. За уже приобретенные тоже требовалось биться. Я видела, что мэру неприятно и что он сокращал эту часть истории почти полностью. Зато он снова коснулся своих способностей, о которых я слышала только мельком.

— Большинство древних демонов появились на этих землях так же, как я. Все, в той или иной степени, повелевали огнем. Я отличался от них тем, что мог распределять свою силу между другими существами. Это удобно, когда атака или оборона имеют растянутый периметр.

По словам Конвея, это его умение и привело его к власти. Вот только он не очень ладил с владыкой — первым среди равных, который, тем не менее, осуществлял всю координацию в первом круге. Элигор не выносил его методов (уточнять каких именно, он не стал), а основная концепция его самого сводилась к созданию в Бездне мироустройства, похожего на Чертоги. То есть к тотальному контролю на ограниченной территории и стремлению расширять влияние, особенно экономическое, на другие миры.

Бездна же расширялась по типу пятна. Ну, или империи. Захватывала все новые земли и насаждала там культ огня.

В конце концов конфликт с владыкой стал неизбежным. Однако Элигор не стал устраивать мятеж или уходить править дальними наделами. Он явился к Горнилам и потребовал у вечного огня либо освободить его от обязательств, либо разрешить поединок с владыкой — либо подарить ему смерть.

Я тихо хрюкнула ему в плечо. Прирожденный дипломат, ничего не скажешь. Он мог бы действовать за спиной правителя, тем более что другие герцоги его поддержали. К моему удивлению, мерзкий Люцифер прямо во дворце повелителя отказался вступить с собратом в бой. Исполинский Астарот, культ которого в Бездне силен до сих пор, заявил, что сложит с себя полномочия командующего армией, если Элигора скосит неведомая хворь.

А вот Бездна в этом случае проявила гибкость, проигнорировав три из трех ультиматума своего демона. Вместо чтобы выбирать, чего на самом деле заслужил неуступчивый герцог, источник огня отдал ему столицу и прилегающие территории в единоличное управление.

Элигор был выведен из первого круга и стал правителем государства в государстве. По-моему, это даже тянуло на повышение, потому что теперь последнее слово в его землях всегда оставалось за ним. Город под его управлением быстро превратился если не в цветущий сад (а ведь даже здесь у него были успехи!), то в крупнейший межмировой центр, куда всеми правдами и неправдами стекались бесы, орки и тролли, смески разных рас… люди.

Каждая приличная семья демонов держала здесь дом или апартаменты. Как минимум один экипаж, чтобы не приведи Вечное пламя, не сократились пробки. И еще хотя бы малюсенький клочок почвы, чтобы под пепельным дождем выращивать маслины и салат, а потом похваляться соседям где-нибудь на Западе или на Востоке — мол, вот он, непередаваемый вкус, близость Горнил добавляет правильную горечь и кислинку…

Количество фермерских хозяйств по соседству с городом заметно увеличилось только за те два года, что я здесь.

Я жадно ловила каждое слово Конвея, но это было не так-то легко. В Аду Бездной называлось чуть ли не все, что имело значение. Сама империя — Бездна, ее столица — Бездна, вечный огонь в Горнилах, наделенный сознанием, — тоже Бездна.

Я постоянно путалась. И сумятицу в мысли старательно вносил Конвей, которому было мало держать меня на коленях. Сначала он крутил шнуровку сзади на платье, отчего оно в конце концов сползло с плеч. Тогда он принялся отвлекаться уже на чашечки лифа. Теперь они не давали ему покоя… Угомонился он, когда я осталась обнаженной до пояса.

И кто из нас кого избегал, переживал и героически воздерживался? Я кое-как свела на груди нижнюю сорочку и капризно потребовала приготовить чай. Такими темпами мы не дойдем до событий этого тысячелетия… Герцог, разумеется, заваривать чай не стал, а незаметно для меня отдал приказ кому-то из лакеев. Через две минуты пузатый чайник и две ажурных чашки материализовались на журнальном столике впереди нас.

— Мне всегда везло. Столица только и ждала демона с мозгами, который запретит на территории города магические поединки. Пустит торговцев с других земель — с разумным повышением пошлин. Найдет способ развивать производство при минимальных затратах магии. Еще везло на надежных товарищей, на неприятеля, который выбирал не те моменты для штурма или, наоборот, медлил с атакой, на… — тут он резко захлопнул рот, но я поняла и без слов. И с некоторой злостью попробовала завязать сорочку узлом на груди.

Однако не возразить на такое откровенное замалчивание его достоинств не могла:

— Это ты вез, Эллиот. Смешно, если думаешь иначе.

Он недоуменно глянул на меня, а ведь только что в шутку зубами развязывал узлы, которые я городила, чтобы прикрыться.

— В моем мире есть такая поговорка. Везет тому, кто везет. Но свой брак ты все равно считаешь несчастливым. Потому что не сумел спасти жену… Насколько это вообще было реально? Ты рассчитывал поделиться с ней силой?

Роман Эллиота и его Мэриам заслуживал того, чтобы его воспели менестрели. Бывают пары, что не отвести глаз. Семейных портретов не сохранилось, но я не сомневалась, что эти двое производили на окружающих неизгладимое впечатление.

Герцогом не уставала восхищаться не только я, но и все местные дамы. Что касается девушки, ставшей его супругой, то у нее, судя по отзывам мужа и доносившихся до меня слухов, имелся особый шарм. Мягкая печаль в глазах сочеталась с упрямством и находчивостью.

Конвей не сказал, кем она была в своем мире. В Бездне девушка прошла обучение, обязательное для благородных девиц. Приняла титул и небольшое состояние. Да, условия для тех, кто согласился выйти здесь замуж, отличались от «пакета» наемницы. Однако так легко в высшее общество попадали только девицы, способные родить от демона.

Эллиот рассказывал об этом так спокойно, а меня все равно передергивало. Он снова тянул из бокала вишневую тягучую жидкость и глядел в огонь. Я сидела на ковре поближе к камину, пила чай и позволяла ему играть с моими волосами; наматывать пряди на палец и затем отпускать.

— На своем первом балу она произвела фурор. Я не присутствовал, но на следующее утро все разговоры велись только о невероятно прекрасной дебютантке. Мы тогда строили новый городской район, его надлежало сдать до сезона дождей. К тому же из разломов вдруг стали появляться хищные твари, чего не случалось, сколько я себя помнил. Поэтому я кивал, когда при мне расхваливали Мэриам, и пропускал свидетельства ее прелести мимо ушей.

Не поняла, входило ли в планы оглушительной красавицы знакомство с герцогом-мэром. Только из его слов я бы поостереглась делать выводы. Но в один прекрасный день она появилась у него в приемной с жалобами, что сразу четыре кавалера не дают ей прохода. То есть преследуют и вынуждают торопиться с ответом. Девушка боялась, что ее похитят, и просила мэра дать ей охрану вдобавок к неповоротливому орку, приставленному в сопровождение.