Уже не я
Шрифт:
– Кажется, он только что сравнил ваших девушек с коровами, я точно не уверен, – стараясь говорить как можно более серьезно, донес до него неразборчивую мысль Юкии Сэм.
Не выдержав, один из них, наконец, бросился в сторону Юкии и схватил его за ворот рубашки.
– Ну-ка повтори то, что ты сейчас сказал! – скомандовал он, тряхнув его, как тряпичную куклу.
– Вы обращаетесь со своими женщинами, как со скотом, – послушно повторил он свои слова.
Это было последней каплей терпения вспыльчивых арабов. Один из них вскочил и перевернул стол. Девушки с криками разбежались кто куда. Другой сильно ударил Юкию кулаком прямо в лицо, разбив ему губу.
Юкия упал на пол и с ненавистью посмотрел на него. Араба это раззадорило еще больше, он снова направился в его сторону.
– Ты такой же, как и он: думаешь, весь мир у твоих ног, подгоняешь ко мне свой живой товар и предлагаешь мне его как скот, – шипел он арабу, сидя на полу. – Кто сказал тебе, что я смотрел на твоих женщин?
Араб снова занес над ним кулак. Сэм хотел было подскочить к ним, чтобы остановить, но ему мешал второй сутенер, который так и норовился выдрать из его головы пару прядей волос.
Но араба было уже не остановить: совершенно обезумев, он бросился на Юкию и начал его избивать. Вскоре их заварушка привлекла к себе внимание охраны клуба.
Кровь бежала из носа и губ Юкии, когда араб снова остановился, чтобы услышать очередную порцию гадостей в свою сторону.
– В твоем мире есть Бог, его слишком много, он давит на тебя своим ярким сиянием, словно тысячи звезд разрываются под весом собственной тяжести за долю секунды быстрее взмаха ресниц, выпуская энергию, равную миллиардам взрывов, не давая тебе свободно продохнуть, разрывая грудную клетку, словно ты проглотил целое море, на части, и ты вынужден захлебываться в собственной крови, презирая своего отца. Крайняя стадия напряженности в бесконечном ожидании, твоя кровь в венах закипает и взрывается сгустками жизни, просачиваясь сквозь надменную пустыню, словно разряженные лучи света сквозь толщи воды. Ты взываешь к ней, но она смотрит на тебя молчаливым подаянием. Все твои мысли, чувства, желания сплетаются в единый узел на твоей шее. Своими руками ты затягиваешь эту петлю, – кричал он так, как будто все, что накопилось в нем за время пребывания в этой стране, вдруг решило вырваться наружу в едином взрыве отчаяния. – Я видел целые дома терпимости под лучами вашего темного светила, видел, как совсем еще юных дев принуждали к сексуальному рабству. Я видел черное солнце! Оно коснулось своими лучами моего тела, и с тех пор там образовались язвы. Они горят, мучают меня, я вынужден терпеть эту боль день ото дня! Ты ничего не знаешь! Ты – ВЕРЗИЛА!
Успел выкрикнуть он и снова получил увесистый удар. Араб уже принялся колотить его ногами, когда к ним подбежала охрана и скрутила всех четверых.
– Аl’aswd, shams 4 ! – прокричал араб, который избивал Юкию, пока его утаскивала охрана.
– Эй, эй, эй, куда вы нас тащите? – кричал Сэм. – Они сами начали предлагать нам своих женщин, вы не имеете права задерживать нас вместе с ними! К тому же, моему другу нужна помощь…
Только и успел выкрикнуть он, как его уже усадили в полицейскую машину марки Camaro. Юкию засадили в стоящую рядом машину.
4
пер. с арабского: «Черное солнце».
Вскоре их привезли в полицейский участок и посадили в камеры, располагающиеся неподалеку друг от друга.
– У меня для тебя плохие новости, приятель, – посмеиваясь, прохрипел Юкия, пытаясь запрокинуть голову как можно выше, чтобы остановить кровь из носа. – Если сюда вдруг заявится шейх или полицейские, которые нас с тобой схватили, узнали меня…
– Да заткнись ты уже со своим шейхом! – истерично прикрикнул на него Сэм и одернул волосы с лица, откинув их назад. – Вы слышите меня, я гражданин Америки вы не имеете права так обращаться со мной! – он начал кричать в исступлении и дергать руками за решетки, создавая громкий шум.
Юкия, постанывая, смеялся над ним, вспоминая, как буквально пару недель назад вел себя также.
– Что, черт возьми, на тебя нашло? – гневно спросил Сэм. – Так ведь хорошо вечер начинался, а ты опять все испортил в этом своем героиновом бреду!
Юкия посмотрел на него – разбитое веко начало опухать.
– Пусть мой путь в этой стране закончится на такой ноте, – промычал он. – Мы не поняли друг друга!
Сэм цыкнул из-за того, что не понимал ни единого слова из того, что тот говорил.
Их продержали в отделении до утра. К счастью для обоих, Юкия ошибался, и у полиции вопросы вызвало только пьяное дебоширство, которое являлось частым явлением в клубах и других увеселительных заведениях города.
Утром Сэм договорился с одним из полицейских, чтобы их выпустили под залог. Через пару часов и нескольких тысяч долларов они, наконец, были на свободе.
– Ты действительно обходишься слишком дорого тем людям, которым приходится иметь с тобой дело, – ворчал Сэм на Юкию, выходя из полицейского участка.
Тот плелся следом за ним, еле волоча ноги после вчерашних побоев, с фиолетовыми фонарями под глазами, запекшейся кровью на разбитых губах и опухшим носом. Никакой медицинской помощи в тюрьме ему так никто и не оказал.
Сэм, привыкший к его безупречной эстетической красоте, с отвращением посмотрел на него: он не мог терпеть Юкию в таком крайне не привлекательном виде.
Солнце уже было в зените, на улице стояла сильная жара, из-за высокой температуры было видно, как раскаленный воздух плавился прозрачными волнами в пространстве. Единственным, что скрашивало погодную ситуацию, было отсутствие ветра, который вместе с невыносимой жарой увеличивал бы трение воздуха и разгонял песок, забившийся во все невидимые глазу закутки города.
Из-за огромной пробки на дорогах им пришлось выйти в нескольких кварталах от гостиницы. По ним тек пот, и они оба умирали от жажды, когда на подходе к зданию вдруг заметили слишком много одинаковых белых машин, стоящих в ряд возле входа.
Юкия тут же встал как вкопанный, ему было плохо видно из-за пота, который струился с головы по лицу и попадал ему щиплющей, солоноватой водой в глаза: прямо из здания гостиницы в это же время выходил шейх Мухаммед аль-Мактум в сопровождении своей многочисленной охраны.
– Они нашли меня, – прошептал Юкия и рванул, как дикая кошка, за угол здания, утягивая за собой Сэма.
– Кто это?
– Это мой тесть пожаловал, – кривляясь, уточнил Юкия.
– Что? – у Сэма чуть глаза из орбит не выскочили. – Как они могли узнать?
– Они здесь все друг про друга знают, до последней бездомной собаки, как единый организм, – беспокойно продолжал шептать он. – Скорее всего, тот администратор сдал меня. В гостиницу возвращаться опасно…
– Но там все мои вещи! – прокричал Сэм.
– Нам надо срочно уезжать из страны! Мне не удастся сбежать от него во второй раз…
– Хорошо, хорошо, – вид угасающего прямо на глазах друга сильно напугал мужчину.
Тому вдруг неожиданно сделалось дурно. Он начал терять связь с реальностью. Глаза его сделались мутными, казалось, он вот-вот потеряет сознание.
Придерживая Юкию, Сэм обошел здание с другой стороны и поймал такси.
Прокричал водителю, чтобы тот немедленно увез их по адресу частного аэродрома одной трансконтинентальной компании, которая занималась контрабандными перевозками нефти, о которой ему удалось узнать совершенно случайно накануне.