Ужин со звездой
Шрифт:
Хорст после длительного молчания, волнуясь, заговорил:
– Энн, я долго думал о том, что происходит между нами. Не знаю, что наговорил тебе Хоуп. Уезжал он настроенный весьма агрессивно, зато, когда вернулся, сказал, что он меня понимает. Ты ему понравилась. Еще бы! Разве ты можешь кому-то не нравиться. Я даже почувствовал укол ревности, хотя понимал, что несправедлив к другу. Он обожает свою жену и скоро станет отцом. Я… наверное, начал не с того, - мужчина поморщился и с досадой мотнул головой, а затем продолжал: - Энн, я… - он снова замолчал, потер руками лицо и, решительно развернувшись к женщине, посмотрел ей в глаза: - я люблю тебя! Я понимаю, что это кажется слишком быстрым, но я ничего не могу с собой поделать: я люблю тебя! Ты, как воздух, как жизнь… Я прошу тебя позволить быть рядом, быть там, где ты захочешь. Только не отказывайся сразу, пожалуйста, подумай, я буду ждать…
Анна мгновение смотрела на Лэндона, как зачарованная, затем протянула руку, погладила его по щеке и сказала:
– Поедем к тебе.
Мужчина, придвинувшись, внимательным ищущим взглядом ощупал ее лицо и решительно поднялся, потянув ее за руку:
– Поехали!
Анна решила для себя еще вчера, что если Лэндон захочет, она не будет отказывать ему в близости. Ее мнение о краткосрочности интереса Хорста к ней не изменилось: «Кто я и кто он» - думала она. Но, в конце концов, она - взрослая свободная женщина и, главное, сама очень хотела этого мужчину. Почему бы не пережить несколько приятных мгновений. О том, что будет, когда они расстанутся, подумать можно будет потом.
В молчании они подъехали к небольшому уютному домику, окрашенному в бледно желтый цвет. Два этажа по пять окон, небольшой палисадник – очень скромно по меркам Хорста. Мужчина помог Анне выйти из машины, прошел с ней по дорожке, выложенной светлым кирпичом, и распахнул перед женщиной дверь дома.
…
Лэндон, засунув руки в карманы джинсов, стоял, прислонившись к дверному косяку, и наблюдал, как Анна осматривает гостиную. Она обошла комнату и присела на диван.
– Можно, я принесу тебе вина? – спросил Хорст.
– Да…
Лэндон вышел за дверь, и Анна решила позвонить Лене, предупредить, чтобы та не волновалась. После четвертого гудка подруга сняла трубку:
– Да?
– Лен, как у тебя дела?
– Нормально. А как у тебя?
– Все хорошо, я у Лэндона… звоню, чтобы ты не волновалась.
– Ты останешься?
– … Да, думаю, да.
– Вперед! Порви его!
– Хорошо, - усмехнулась Анна, - ты без меня справишься?
– Конечно, глупая! Пока!
– Пока! – ответила Анна, отключая телефон, и повернулась, почувствовав движение за спиной.
Хорст стоял в проеме двери с двумя бокалами в руках.
– Я позвонила Лене, чтобы она не волновалась.
Лэндон, не отвечая, подошел ближе и протянул бокал с золотистым вином. Анну пробила нервная дрожь от накопившегося напряжения и ожидания, она сделала глоток для храбрости, поставила бокал на столик рядом с диваном и сказала, посмотрев Хорсту в глаза:
– Иди ко мне…
Мужчина осторожно поставил свой нетронутый бокал и опустился на колени рядом, так что их лица оказались на одном уровне. Уговаривая себя не торопиться, Хорст обнял любимую и прильнул поцелуем к ее губам. Сумасшедшее желание накрыло обоих. Самообладания мужчины хватило только на то, чтобы поднять Анну на руки и отнести в спальню на втором этаже. Они с одинаковым нетерпением помогали друг другу раздеваться, восхищенно лаская и целуя.
Когда, наконец, оба достигли пика, Лэндон, продолжая удерживать свой вес на локтях, зарылся лицом в ее волосы и зашептал:
– Энн, любимая, ты такая сладкая и нежная… Благодарю тебя, я так счастлив!
Затем он повернулся на бок, прижимаясь к женщине, заботливо укрыл простыней ее влажное тело. Анна открыла глаза. Она встретилась с внимательным взглядом Хорста и счастливо улыбнулась. Лицо мужчины тут же озарилось ответной улыбкой, и он спросил:
– Я не слишком тебя утомил?
– Нет, все замечательно… мне было очень хорошо, - сказала Анна и провела по волосам Лэндона, приглаживая взъерошенные пряди.
Он поймал ее руку, прижал ладонь к губам, а затем – к груди, так что женщина почувствовала мощные удары его сердца.
– Оно твое.
Мужчина серьезно и нежно смотрел на Анну, будто ожидая отклика на свое признание. Она по-прежнему считала все происходящее временным увлечением звезды, но, боясь снова его обидеть недоверием и испортить восхитительный момент, почти честно сказала:
– Мне кажется, что я во сне, боюсь проснуться!
– Единственный способ убедить тебя в реальности всего происходящего – это…
Лэндон склонился и принялся целовать ее. Легкие и краткие поначалу, прикосновения становились все более страстными, Анна с восторгом вновь ощутила тяжесть мужского тела.
Когда они разомкнули объятья, утомленная женщина еще успела почувствовать, как Хорст ее укрывает и шепчет ласковые слова благодарности, а затем провалилась в сон. Сколько времени она спала, Анна не знала, но первое, что увидела, когда открыла глаза - это Лэндон. Он лежал, прижимаясь к ее боку, и, подперев рукой голову, улыбаясь, смотрел на нее.
– Привет, соня! Все-таки я тебя утомил, но ты сама виновата: разве можно быть такой соблазнительной! Я все время тебя хочу.
Последнюю фразу он жарко прошептал Анне в самое ухо и продолжал:
– Еще в ресторане, до того как мы познакомились, у меня возникло сумасшедшее желание схватить тебя и утащить в свою машину, наплевав на предстоящее мероприятие, - отстранившись и задумчиво глядя в пространство, он грустно улыбнулся: - Никогда за собой не замечал наклонностей маньяка, но тут едва сдержался. Мне было больно, когда ты сказала, что в моем окружении трудно надеяться на искренние чувства. Я принял это на свой счет и решил, что, если женщина мне не доверяет, то у меня с ней не может быть ничего общего. Сказал себе, что справлюсь, все пройдет и забудется… Но, когда ты уехала, я понял свою ошибку: надо было не дуться как маленький ребенок, а стараться заслужить твое доверие, показать, что все серьезно. Я понял это, но поздно, тебя не было рядом. Я чуть не свел с ума режиссера на съемках, потому что забывал реплики и мизансцены, путал имена и совершал ошибки, которые делает только новичок. Я достал Криса своим нытьем, требуя найти тебя, и чуть не рванул в Россию. Хоуп вовремя остановил меня: папарацци превратили бы твою жизнь в ад, если бы узнали про мои чувства…
Женщина недоверчиво смотрела на Лэндона: «Он серьезно? Ему действительно важно мое присутствие рядом? Он заботится обо мне, будто я большое сокровище… так не бывает!»
…
Две недели пролетели незаметно. Анна не подозревала, что страсть может быть такой безудержной. И никогда она не чувствовала такого бережного и нежного отношения к себе. Хорст буквально носил ее на руках, стараясь исполнить любое желание. Они много гуляли, катались на машине, осматривая город и его окрестности. Вдвоем посетили Автомобильный музей, где Хорст сам провел экскурсию для Анны, со знанием дела повествуя о старых машинах. Его спутница с наслаждением слушала увлеченный рассказ и думала: «Поразительно, совсем как мальчишка рассказывает о любимых игрушках. Только мальчику уже тридцать, да и игрушки стали намного больше».
В один из теплых солнечных дней они совершили прогулку на теплоходе по реке Оулуйоки в Туркансаари – музей деревянного зодчества под открытым небом. Анна когда-то возила своих ребят на экскурсию в Малые Корелы под Архангельском и теперь с удовольствием сравнивала финские постройки с сооружениями русских поморов. Тут уже она могла проявить не только свои познания, но и любовь. Ей очень нравилось дерево, как материал для каких-либо изделий, восхищало тепло прикосновений к его нелакированной поверхности и тонкий аромат древесины.