Чтение онлайн

– Вы хотите сказать...

– По-моему, я уже сказал, – прищурив глаза, Хант поймал мой взгляд, – Земля была уничтожена намеренно. Ковчеги с мутантами покинули опасную зону и отправились по выбранным маршрутам, а изуродованная планета с остатками не нужных в будущем расцвете человеческой цивилизации людей была списана как ненужный мусор.

– В истории все не так, – я потрясенно выдохнул.

– На то она и история! – отчеканил Хант, и добавил, – и нам уже никогда не стать ее частью.

– Думаете?

– Уверен, – произнес Ричард, и ответил на мой недоумевающий взгляд, – взгляните на монитор. Это отсчет времени до запуска реактора на полную мощность. Как вы можете легко догадаться, произойдет маленький "Бум!" космического масштаба. Надеюсь, этой звездной системе с ее миллионами ничтожных жителей настанет конец!

Странно. А такой интересный собеседник, да еще и из далекого прошлого, и вдруг оказывается – законченный псих. Надо потихоньку отодвинуть его от пульта, и посмотреть, как остановить этот таймер!

– Даже не пытайтесь, – спокойно произнес Хант, поймав мой взгляд, – во-первых, вы совершенно не разбираетесь в этом оборудовании, а во-вторых, у вас просто совершенно нет времени на манипуляции. А если быть предельно точным, до запуска осталось десять секунд.

И, уставившись в экран, Ричард стал механически произносить:

– Девять...

Я замер. Что делать? Может, пришелец из прошлого и вакуумный реактор – выдумка скучающего ученого, который решил развлечься за счет молодого и неопытного попутчика? Рассказал несколько "реальных" историй, поводил по бесконечным тоннелям и сейчас потешается?

– Восемь...

Так, стоп! О чем я вообще думаю?! А если опасность действительно существует, то секунды промедления могут стоить миллиарды жизней ничего не подозревающих жителей Элегии. По идее, любое действие на пульте управления можно отменить, но как? Надписей практически нет, а где есть – полная ахинея. Больших красных кнопок, которые так любят ставить на тренировочных кораблях, означающих "нажми и не волнуйся" тоже в пределах видимости не наблюдается. Станцевать на операторском месте – разве это что-то даст?

– Семь...

Запугать Ханта и заставить его отменить запуск реактора? Но как? Уже буквально через несколько секунд от нас останутся разве что атомы...

– Шесть...

Рванувшись, я стал рядом с Ричардом, который на мое резкое перемещение не обратил внимания.

– Пять...

Кто так делает?! Море безликих кнопок, сенсорные панели добавляют к этому многообразию еще больше вариантов. Перевожу взгляд на экран оператора в надежде на нем увидеть хоть какое-то подобие команды "Отмена".

– Четыре...

Отодвинув Ханта, "сыграл" на пульте замысловатую мелодию. Ничего не изменилось... Похоже, последние секунды жизни стоило потратить на что-либо более существенное, чем бесплодные попытки отменить неминуемый конец. Хотя, нельзя сдаваться! Еще есть немного времени.

– Три...

"Нет, ну он издевается" – мелькнула мысль, и я зло стукнул по экрану. Заныла отбитая рука, а из груди вырвался гневный рык:

– Выруби эту чертову штуковину!!

– Два... – произнес Хант и добавил. – Это невозможно.

– Один...

Секунда – это много или мало? Иногда так не хватает буквально мгновения, чтобы принять правильное решение, а потом долгие часы, дни, и, в запущенных случаях, годы, постоянно вспоминаешь и коришь себя за неверный исход ситуации. К сожалению, заранее невозможно приготовится к жизненным перипетиям, и очень часто ловишь себя на мысли, что вот если бы раньше об этом знал, то все было бы совершенно по другому... С другой стороны, если всегда все делать правильно, никогда не ошибаться, и знать все наперед – останешься ли человеком, или превратишься в нечто другое? Все знающее, все могущее, и от этого безмерно грустное существо...

Секунда затянулась... Нет, это конечно же хорошо, но, в то же время, и странно. Никаких ощущений. Я осторожно открыл глаза: на экране вместо цифр появилась привычная абракадабра.

– Знаешь, Ричард, за такие шутки в нормальном обществе принято к товарищам, вроде тебя, применять воспитательные меры, – окинув взглядом удивленного Ханта, уставившегося в монитор с вытаращенными глазами, я прикинул свои возможности по нанесению легких телесных повреждений любителю подшутить над окружающими. Стопроцентный неутешительный итог для ученого.

Хант резко вскочил и рванул к огромному проему в стене с мостиком до кристалла.

– Стой!

Ричард остановился где-то на середине мостика.

– Защита от случайностей. Необходимо подтвердить задачу на терминале кристалла, – быстро выкрикнул научник, и мелкими шажками стал приближаться к зависшему в пустоте реактору.

Я озадаченно замер перед мостиком. Несмотря на легкий шелест одежды Ханта, четко улавливается легкое похрустывание, будто мостик стеклянный, и под весом взбудораженного Ханта может обрушиться в любой момент. И научник это видимо понял: медленными, осторожными, шажками, приближается к кристаллу.

– Ричард!

– Да? – замер в двух шагах от зависшего великолепия Хант.

– Кто вы на самом деле?

– Ричард Хоунт, – ответил и, сделав шажок, добавил, – Кенотар.

Отметив про себя странное имя, я в точности повторил движение научника: шагнул левой ногой. Только, в отличие от него, с силой опустив ногу на мостик. Раздал звонкий хруст и я, вслед за Ричардом, выпал в открытую шахту.

Я почувствовал, что скорость падения стала возрастать, в груди образовалось напряжение, которое через пару мгновений переросло в громкий крик. Полегчало. Свет от огней в шахте превратился в яркие полосы, а в душе родилось недоумение – сколько еще падать?

Теперь точно все... Чем дольше летишь, тем выше скорость, и тем меньше шансов выжить при падении. Так, стоит абстрагироваться от этих мыслей, и подумать о чем-то хорошем, как часто показывали в кино. Только, в отличие от кадров, смонтированных профессиональным режиссером, и удачно вставленным в подходящий момент, я не смог вспомнить ни одной картины из своей жизни. Только вертится одна единственная мысль: что я пропустил?

Бедняга "Воробей". Столько ждет капитана, а в итоге...

Эпилог