Чтение онлайн

— И тебе не хворать, Урмэд Гай, — усмехнулся Эндвид.

Иэнель радостно помахала ему рукой.

Через несколько нол правитель айданара стоял на балконе рядом со всеми.

Толпа настороженно выжидала. Над площадью слышались шепотки и удивленные комментарии.

— Я слышал твою речь, Урмэд, вижу, что наконец дайонар прозрел и решил пойти на контакт с остальным культурным миром. И я хочу дать свои гарантии, — он обернулся на Иэнель, и та подошла к нему, взяв за руку.

— Вот моя гарантия мира и спокойствия в наших странах, — Эндвид повернулся к Урмэду и подвёл дочь к нему, вручая ее руку в его, — Как и всякий правитель, радеющий за свой народ, я хочу, чтобы мы жили мирно и счастливо, так же как будете жить и вы. Отдаю тебе, Урмэд Гай в жены мою дочь светлую Иэнель. Да будет так!

Это было полной неожиданностью как для дайонарцев, так и для свиты Эндвида: Майрет, Ламерт, Уна-Фиори и остальные лорды удивленно и отчасти возмущенно переглядывались друг с другом.

И только двое были готовы к этому. Только двое были по-настоящему счастливы. Ведь это был их единственный шанс узаконить уже состоявшийся союз перед лицом двух народов. Двух недавних врагов. Перед теми, кто еще вчера помыслить не мог о подобном.

— Ну, вот, теперь все по правилам — буркнул Эндвид, толкая двоих навстречу друг другу. Тут уж ничего не оставалось делать, как поцеловать невесту.

— Объявляю трехдневный праздник по поводу нашей свадьбы — улыбнулся Урмэд.

Толпа ликовала.

Когда с лиц айданарской делегации немного схлынул шок, вновь вернулись к делам. Расселись в синем зале: «серые» напротив «белых». Надо было подписать множество соглашений и договоров. Провозились до вечера.

***

— Ну, а теперь закрепим наш союз, а заодно и нашу помолвку на неофициальном уровне. Пошли, в большом зале уже накрыты столы, — пригласил Урмэд, вставая из-за стола.

Эндвид устало осмотрел свою делегацию никто не был против перекусить и выпить тем более, что еда и напитки нареканий не вызывали благодаря местным контрабандистам.

Когда толпа переговорщиков смешалась, Ламерт незаметно пробрался к Урмэду.

— Признавайся, серая твоя морда, вы это еще тогда затеяли? — с плохо скрываемым весельем в глазах, ухмыльнулся Ламерт.

— Скажу тебе больше, мы еще дома обручились.

Ламерт поперхнулся вином, с удивлением наблюдая как Иэнель хитро улыбаясь, сплела пальцы с пальцами Урмэда пока никто не видит.

— Думаю, лучше не афишировать нашу симпатию, пусть все думают, что это исключительно политический союз, — подмигнул ему Урмэд.

— Но почему?

— Потому что, посмотри на них, — Урмэд кивнул на толпу, — Уна только что в мою сторону охранные знаки не творит, морщится и фыркает как рассерженная кошка. Рейнир из Берфура подозрительно косится, Дальвейд презирает, даже Дайан Лейв из Озерного Леса, почти мой друг детства, смотрит недоверчиво и настороженно, а на Иэнель так и вообще с жалостью. Я реалист, Ламерт. Да и ты особо не улыбайся, а то всё это подозрительно выглядит, — рассмеялся Урмэд.

— Мне чхать, что они думают, — презрительно скривился Ламерт, — Я знаю тебя и не собираюсь скрывать симпатий. Ты подумал, как будешь из всего этого выкручиваться? Рано или поздно местные власти заработают и тогда надо будет что-то срочно решать.

— Обещаю, что вскоре у меня будет приемлемый план. Нам нужно месяца три.

Ламерт кивнул и допив вино, хлопнул Урмэда по плечу.

— Мои поздравления, куколка, жаль ты досталась не мне, — подмигнул он Иэнель.

— Я просто счастлива что не досталась тебе, — тепло обняла его принцесса, — Ты невыносимый циник и подхалим.

Ламерт фыркнул.

— Ладно, пойду обойду народ. Может чего интересного услышу. Бывайте.

— Эндвид с ума сошел? Отдать свою дочь этому безродному бандиту! Кто он вообще такой? — возмущалась Уна-Фиори, изящно надкусывая хрустящий тост.

Майрет весело фыркнула и отвернулась к разносчику вина, снимая два бокала с подноса, один подавая высокому лорду. Тот стоял спиной разговаривая с Дайаном Лейвом, но конечно всё слышал. И Эндвиду казалось, что она каким-то непостижимым образом знает кто такой Урмэд, хотя, это совершенно невозможно.

— Не такой он и бандит, — задумчиво улыбнулась она, внимательно наблюдая за Иэнель с Урмэдом. То, что она видела, укрепляло ее в мысли, что эти двое знают друг друга много лучше, чем хотят показать.

— Да ты только посмотри на него, — не унималась Уна, — Он безобразен, совершенно точно — плохо образован и наверняка ведет себя как грубый мужлан. Малышка Иэнель просто как зайчонок в лапах у коршуна.

Майрет отпила вина.

— Ну, я бы не сказала, что он урод. Мужчина вообще не должен быть смазлив, а пара шрамов лицо не портят. Он должен пахнуть морем, ветром и табаком, а не лавандой и персиками. А что до образованности, понаблюдай за ним внимательно, и ты не найдешь в его манерах и поведении ничего предосудительного, вздорного или бесстыдного. Думаю, Иэнель наоборот повезло. Она за ним как за каменной стеной.

— Ох, Майрет опять эти твои романтические заскоки! — подкатила глаза Уна.

Эндвиду было приятно слышать от Майрет эти слова. По сути она одна разглядела в Урмэде то, что не видели остальные.

— Эндвид, признайся, ведь этот Урмэд, совсем не тот, за кого себя выдает, — шепнула Майрет ему на ухо и от этого по спине поползли горячие мурашки.

Эндвид притянул ее за талию и ответил так же — на ухо.

— Всему свое время дорогая. Но о своих подозрениях прошу тебя остальным не распространяться.

— Я так и знала, что ты чудовищный интриган, Эндвид, — хихикнула она, отвечая на требовательный поцелуй, — Я нема как рыба, — она чуть отстранилась, втянула щеки и вытянув губки, изобразила рыбку.

Эндвид не выдержал, рассмеялся.

«Нет, определённо к Майрет надо приглядеться! Да что там приглядеться — надо брать!»

После праздничной эйфории первых дней и недэй свободы, Дайонар входил новыми колесами в старую колею жизни.

Военная реформа отправила в запас часть даггерского состава и возвратившиеся домой воины, зачастую не умеющие ничего кроме как убивать и подчиняться приказам, потерялись по жизни. Многие не хотели работать, так как считали это уделом слабых, сбивались в банды и шли на большаки. Там их вербовали имперские остатки свармы Ремерда пополняя таким образом её численность. И это было главной головной болью нового порядка.

Урмэд и его окружение погрязли в бумагах, доносах, постоянных разборках местных цехов. Частые рейды по приграничью стали уже чем-то обыденным и рутинным. Приходилось ужесточать некоторые законы и вводить новые, не менее жесткие.