Чтение онлайн

А что, если все это было напрасно, если все ее попытки к примирению не оказали никакого действия и его отношение к ней не изменилось? Милдред была уверена, что случится как раз наоборот, Ровена же не очень была в этом уверена. И все-таки… всего лишь несколько слов вызвали в нем страстное желание, что коренным образом изменило его настроение. Ей просто надо подождать и посмотреть, что еще следует предпринять. Едва Ровена вошла в комнату господина, как Уоррик закрыл за ней дверь. Он, наверное, сразу же последовал за ней, хотя и казалось, что он был поглощен беседой. И тотчас она заметила тот особый огонь в его глазах и все поняла.

Этот человек хотел ее прямо сейчас и хотел нестерпимо. Он не желал больше ждать. Эта мысль вызвала в ней пьянящее чувство власти. Оно поможет ей сделать все, что она захочет.

Но, к ее досаде, и в ней самой пробудились ответные чувства.

Вот он стоял у дверей, не сводя с нее глаз. На нем была роскошная коричневая туника, вышитая золотом по горловине и подолу. Цвет туники хорошо гармонировал с его золотистыми волосами, которые он не подрезал со времени пленения в Киркборо. Волосы теперь доходили ему до плеч. Он не хмурился, и она могла видеть привлекательные черты его лица, и это возбуждало ее чувства.

Оказалось, что Ровене было трудно смотреть на него, когда он был таким, как сейчас, вполне нормальным, а не жестоким чудовищем. А он, как она знала, мог им быть. После ее признания в зале застенчивость с ее стороны была вполне уместной. Она воспользовалась этим и опустила глаза.

— Пойди сюда, Ровена.

Она сразу же подошла к нему, но опять не могла заставить себя посмотреть на него и встретиться с его глазами. Под его магическим взглядом она потеряла контроль над собой.

— Значит, ты хочешь разделить со мной мое ложе?

— Да.

— Почему?

Боже милосердный, неужели он не мог поверить ей на слово? Почему? Она не предполагала, что ее будут расспрашивать, а думать, когда он был рядом, она не могла.

— Почему вообще женщина хочет разделить ложе с мужчиной?- задала она, запинаясь, встречный вопрос.

— Потому что моя постель мягче твоей.

Она бросила на него взгляд, и их глаза встретились.

Негодяй. Он подвергал сомнению ее слова, он заставлял ее убеждать его. Сперва она не хотела его соблазнять. Да она проклянет себя, если будет унижаться, чтобы это сделать.

— Это, конечно, так, — сказала она решительно. — Однако в вашей постели мне не очень-то хорошо спится. И может быть, в конце концов, моя собственная постель лучше.

Она сердито отвернулась, и он схватил ее за руку и крепко прижал к груди. И тогда его губы рассказали ей о том, какие чувства она в нем вызвала: они были горячими, жадными, страстно ловящими ее губы. Она прижалась к нему, чувствуя, как слабеет ее тело, прижалась потому, что ничего другого сделать не могла. А он не прекращал страстно целовать ее, полный решимости заставить ее чувствовать то же самое, что чувствовал он сам, и в ней пробудилась ответная страсть.

Она чуть не упала, когда он разжал свои объятия. Он отодвинулся от нее, сел на постели и рванул себя обеими руками за волосы, да так сильно, что Ровена поморщилась, понимая, как больно ему было. Но когда он поднял на нее глаза, она беззвучно простонала: его лицо опять приобрело то самое выражение страшной жестокости, которого она так боялась.

— Ты все еще настаиваешь на том, что ты хочешь меня, женщина?

Если она ответит утвердительно, он заставит ее страдать. Она знала это, прочитала в его глазах. Если она скажет «нет», скорее всего, он попытается доказать ей, что она лгунья, а сейчас, все еще ощущая вкус его губ на своих губах, она не была уверена, что ее «нет» будет правдивым. Но за победу ей придется платить своей гордостью, ибо план ее был похож на игру с огнем. И она знала, что и ей теперь придется пострадать от этого огня.

Он терпеливо ждал, давая ей достаточно времени, чтобы она, испугавшись, могла отступить. Она не отступила от своего решения. Она пройдет через все, чего бы ей это ни стоило.

— Я все еще хочу вас, мой господин.

Он ответил не сразу. Как будто принимая важное решение. Затем глухо прохрипел:

— Мне нужны доказательства. Докажи мне.

Ничего другого она и не ожидала. Она медленно направилась к нему, по пути расшнуровывая свою тунику. Затем сняла ее через голову и остановилась в двух шагах от него. И еще медленнее стала развязывать сорочку. При этом она, как гипнотизер, впилась взглядом в его лицо и видела все, что он чувствовал. Ощущение власти над ним вернулось к ней, и оно придало ей смелости.

Сорочка соскользнула с плеч и упала на пол, на ней осталась лишь нижняя сорочка, чулки и башмаки. Чтобы развязать башмак, она стала наклоняться и поставила ногу на кровать прямо рядом с Уорриком. Ровена нарочно поступила так бесстыдно, и это его доконало. Он застонал, обхватил ее за бедра и притянул к себе. Она обвила его торс ногами, спина ее неудобно изогнулась, когда он уткнулся лицом в ее мягкую грудь. Это объятие затронуло в ней какие-то нежные сладостные струны. Она обхватила его голову руками, совершенно забыв о том, что играет роль, которую сама выбрала. Сейчас Ровена делала все, исходя из собственного желания, ибо то, что она держала так его голову, казалось ей единственно возможным.

И тогда Уоррик поднял голову и сказал:

— Поцелуй меня.

Она поцеловала его, взяв лицо в свои ладони. Это был поцелуй, лишенный страсти, совершенно невинный, и длился всего несколько секунд. И тогда он, прильнув к ней губами, стал водить языком по их внутренней поверхности, прежде чем протолкнуть свой язык еще глубже в рот. Сначала она попробовала вытолкнуть его язык своим, но неожиданно ощутила прилив какого-то растекающегося по всему телу томления и больше не сопротивлялась.

Он повалился спиной на кровать и потянул ее за собой, не переставая страстно целовать. Затем быстро перевернулся и прижался своим напрягшимся корнем мужской силы в нижнюю часть ее живота. Волна возбуждения охватила все ее существо, сердце бешено заколотилось. Она ухватилась за его волосы, зажав их в горстях. Ей нужен был якорь, ибо ее бушующие чувства выходили из-под контроля.

Он отодвинулся от нее, чтобы раздвинуть ее бедра и сорвать с нее нижнюю сорочку, и теперь она лежала под ним совершенно обнаженной. Его взгляд обжигал ее, а потом она чуть не задохнулась оттого, что его руки, медленно двигавшиеся по ее животу, достигли грудей, и он взял ее грудь в свои ладони. Он наклонился, коснулся языком нежной юной груди, а потом попытался захватить ее губами.

Едва дыша и выгнувшись дугой навстречу ему, она держала его голову, как в тисках, и бессознательно требовала еще и еще.

Она действительно что-то выкрикнула, протестуя, когда он остановился и откинулся назад. Однако на этот раз, когда он услышал ее протесты, на его лице не возникло торжествующей улыбки. Его желание немедленно найти в ней утоление страсти было искренним и не оставляло места для мести.

Уоррик, тяжело дыша, сбросил с себя одежду, не спуская с нее глаз. Роскошная туника порвалась. Ровена поднялась, желая помочь ему раздеться, но у нее так дрожали руки, что она лишь затянула узлы на шнурках его штанов. Уоррик разорвал штаны, и показался корень его мужской силы, возбужденный, казавшийся нежным, как бархат, но на самом деле твердый, как сталь. Она взяла его в руки, и ей казалось, это было самым естественным, что она могла сделать.