Чтение онлайн

– Сов нельзя есть!
– запротестовал Элиффин.
– Она сама мне села на руку, я не дам ее обижать.

Не успел он отстранить рукой Тадрина, как сова, словно догадавшись об их намерениях, взмахнула крыльями, ухнула и улетела.

– Да кончится это или нет. О, Сапиен премудрый, видал ли ты такую глупость... Во имя всех четырех, немедленно прекратите, - рассердилась Нирана.
– Вы оба, два дурня, погубить всех нас решили.

– Прости...
– извинился Элиффин. От ее упрека он почувствовал себя неловко и, не смея больше перечить, тотчас же послушно лег на землю.

– Подлиза...
– легонько ткнул его ногой Тадрин.

– Спать!
– гаркнула Нирана.

От удивления Тадрин, еще не знававший свою сестру в таком состоянии, вслед за Элиффином распластался на траве. Дождавшись пока они оба затихнут, Нирана осторожно легла в сторонке на ворох листьев, стараясь не издавать лишний шорох. Глаза ее сами закрылись, и она крепко заснула.

Велик и беспощаден мрак,

Таят пучины подземелья

Того, кто сотворя лишь шаг,

Ждет вечно призрак избавленья.

Под землей

Друзей разбудил страшный гул посреди ночи. Первым вскочил на ноги Элиффин. За ним поспешили подняться и остальные. Сквозь кроны деревьев виднелись повторявшиеся в ритме с нараставшим грохотом ярко-зеленые вспышки, озарявшие черное беззвездное небо. Спросонья друзьям показалось, что в возникшем гуле различается несколько спорящих голосов.

– Опять ему неймется!
– воскликнул Тадрин.

– Шшш...научись контролировать свой голос, - вновь рассердилась Нирана.

– Да...лучше немного потише, Тадрин...теперь даже в окрестностях Монтлода оставаться опасно. Надо либо уходить, либо...
– начал рассуждать Элиффин. На мгновение он задумался.

– Либо что?
– с тревогой спросила Нирана.

– Либо идти в город, как ты и предлагала еще вчера.

– После всего того, что произошло ночью тащиться в город?
– вмешался Тадрин.

– Я никого не заставляю, просто пытаюсь здраво рассуждать. У нас нет ни теплой одежды, ни припасов, впереди зима. Допустим, мы решимся отправиться в Бартфорт. Все это придется где-то достать, - заявил он.
– Деревни к югу от Серебряного озера наверняка постигла участь самого города...так лучше сразу пробраться в Монтлод.

– Где мы сможем что-то разузнать про наших родителей...- тихо добавила Нирана.

– Я очень переживаю за маму и папу, но еще я должен думать и о тебе. Они не простили бы, если бы я разрешил тебе идти в город на верную смерть...
– тихо проговорил Тадрин.

– Почему ты говоришь о них в прошедшем времени?
– рассердилась Нирана.
– Ты черствый! Ты всегда злился на отца за то, что он послал тебя учиться в Академию.

– Не смей так говорить, я любил...то есть люблю родителей не меньше тебя, - обиделся Тадрин.

Нирана расплакалась. Все это время ее терзали мысли о судьбе родителей. Нирана догадывалась об их страшной участи, но не желала верить в их погибель. Сейчас же ее с головой накрыло осознание всего ужаса, что произошел:

– Они погибли...бедненькие мои, мамочка, папочка, простите меня дурочку за все.

– Не надо отчаиваться, мы же спаслись, быть может, спаслись и они...- осторожно вмешался Элиффин.

– Нет, я чувствую...их нет больше, - горько проговорила Нирана.
– Тадрин прав.

– Я видел их позавчера....
– промолвил Тадрин.

– Где? Где?
– оживилась Нирана, не успевшая в день коронации встретиться с родителями.

– На площади, близ статуи.

– Это совсем рядом с помостом, - хрипло проговорила Нирана, не переставая тяжело всхлипывать.
– Оттуда все началось...

Тадрин поспешил обнять ее. У него на плече Нирана разревелась с новой силой. Не выдержав, он поддался и заплакал вслед за ней. Элиффину тоже сделалось грустно. Он припомнил гибель своих родителей. Огненная горечь вновь обожгла его изнутри. Молча замер он в шаге от Тадрина и Нираны, не смея их прерывать.

Усыпанная яркими звездами темная гладь ночного неба начала розоветь. Близился рассвет. Густой полумрак сдавал бразды правления утренним сумеркам. Нирана понемногу начала приходить в себя. Взгляд ее упал на Элиффина, застывшего в грустном молчании.

– Твоих родителей не было в городе?
– поинтересовалась она, решив, что его отец и мать остались живы, и поэтому он не горюет вместе с ними.

– Да, - грустно ответил Элиффин, не вдаваясь в подробности.

– Хвала великим духам. Главное не сдаваться, быть может уже скоро их увидишь.

– Очень может быть...-согласился Элиффин, уверенный в глубине души, что жить им всем осталось не так уж и много. Одного лишь он не мог понять: зачем зеленая мгла отпустила его, а не погубила сразу, был ли в том умысел или совпадение.

– Они, наверное, уехали в Бартфорт?
– спросила она.

– Нет...они умерли, когда мне было шестнадцать. Отца зарезали ножом, а мать - сожгли заживо воры.

– Бедный мальчик, мне очень жаль, я ведь не знала...
– грустно прошептала она. Их взгляды встретились. Нирана отстранилась от Тадрина и поспешила к нему.

– И ты все это время один-одинешенек?
– точно не веря, переспросила она. Печальная история тронула Нирану до глубины души. Чувство жалости смешалось в ней с некоторым восхищением перед его стойкостью.

– Да, но я уже привык, - попытался изобразить безразличие Элиффин. Он не любил, когда его жалели.

– Мы тоже теперь одни... но я верю: все будет хорошо... и ты верь...
– прошептала Нирана. С этими словами она осторожно протянула руки, чтобы обнять его. Их взгляды встретились вновь, и Элиффину стало неловко. Впервые ему захотелось, чтобы его пожалели тоже.

Горячие и нежные руки сомкнулись у Элиффина за спиной. Он поспешил обнять ее в ответ. Следом за ней подбежал и Тадрин, сдавивший их обоих в своих крепких объятиях. Миновало четыре года с того самого дня, когда Элиффин лишился отца и матери. Спустя столько времени только сейчас он впервые почувствовал себя не одиноким в огромном и страшном мире.

Солнечный диск перевалил за кромку Серых гор на востоке. Яркие лучи дневного светила окончательно развеяли таинственный полумрак. Пробившись сквозь густую осеннюю листву, потоки ослепительного света заиграли тысячами солнечных зайчиков на траве и деревьях.