Чтение онлайн

— Мама, — мой голос становится ледяным, — у меня всё под контролем. Не беспокойся. Никто не должен меня узнать. Я принял все меры предосторожности. Да, присутствие Зои — это риск, но он оправдан. Я больше никогда не появлюсь с ней на публике.

Она бормочет что-то о моём упрямстве и о том, что это не закончится хорошо, но мой взгляд уже скользит по толпе гостей и находит Зои. Она всё ещё с Чезаре, который теперь протягивает ей бокал шампанского.

— С завтрашнего дня она снова может быть твоей матерью, но сегодня пусть она будет просто моей женой, — Кармин появляется перед нами и протягивает руку, чтобы моя мать могла взять её.

— Кармин, — я отвешиваю вежливый поклон, и он кивает.

В то время как моя мать кажется лисой, Кармин похож на белого медведя со своими светло-карими глазами. Его тёмно-угольные волосы с редкими белыми прядями всегда аккуратно причёсаны, а лицо чисто выбрито.

Я отпускаю маму, и он заключает свою невесту в объятия, нежно целуя её в лоб.

— Наш первый танец в качестве мужа и жены, — он нежно обнимает её и ведёт к сцене.

Я знаю свою маму, она не сможет остаться в стороне от этого события.

Но она также знает меня, и я не буду слушать её уговоры.

ЗОИ

— Ты будешь это пить? — Спрашивает Чезаре, указывая подбородком на бокал с шампанским в моей руке. Я сжимаю его так сильно, что он, кажется, вот-вот разобьётся.

— Да, я выпью, — отвечаю я, судорожно глотая воздух в попытке успокоить желудок. Мой взгляд постоянно обращается к Этторе и Авроре, которые стоят вдалеке. Я не могу избавиться от ощущения, что в нашей недавней встрече было что-то тревожное. — Спасибо, — добавляю я, переводя взгляд на проницательные зелёные глаза напротив меня. Мне даже удаётся слегка улыбнуться ему.

Чезаре смотрит на меня с таким выражением, что мне кажется, будто у меня под кожей ползают термиты.

— По крайней мере, есть за что. Если уж на то пошло, то то, что коллекция стала популярной, это большое достижение, — говорит он, роясь во внутреннем кармане своего потёртого зелёного пиджака.

— Это хорошая мотивация, — говорю я, выпивая всё содержимое бокала. На вкус оно напоминает знаменитый яблочный сидр. Или это, или просто у меня сегодня такое настроение, которое лишает очарования большинство блюд.

Я чувствую себя немного неловко. Я не могу понять, как окружающие могут узнавать во мне неуклюжую девушку с гала-концерта Met, поэтому почти на автопилоте хватаю ещё один бокал шампанского у проходящего мимо официанта.

— Прекрасная вечеринка, — говорю я, опустошая свой бокал и обводя им пространство вокруг нас. — Твоя мама... такая красивая! — Это не то, что я собиралась сказать, но теперь, когда я думаю об этом, я не могу вспомнить, что именно.

Возможно, я начинаю немного пьянеть. Я не знаю, сколько ещё смогу выпить.

— Прекрасная вечеринка? — Чезаре слегка усмехается. — Ты говоришь так, будто я устроил эту вечеринку в братстве.

Я ставлю свой пустой бокал на поднос следующего официанта, который проходит мимо, немного разочарованная тем, что там только пустые бокалы.

Вечеринка в братстве... У меня никогда не было возможности посетить ни одну из них. Я так и не смогла поступить в колледж. Как я могу двигаться вперёд, когда всё вокруг напоминает мне о том, что я потеряла?

Я делаю шаг вперёд, и что-то словно отталкивает меня на десять шагов назад. Мои глаза щиплет, и я смотрю на свои дрожащие руки. Я вдыхаю столько воздуха, сколько могу протолкнуть через сжатые лёгкие, и пытаюсь унять неприятный шум в животе.

— Потанцуем? Если ты меня пригласишь? — В зелёных глазах Чезаре мелькает затаённое озорство. Когда я уже почти решаю, не стать ли мне добычей того, что сейчас кажется мне ловушкой, рядом появляется Этторе.

Его рука, словно защищая, обвивается вокруг моей талии, и он прижимает меня к себе, посылая своему брату сильный собственнический сигнал. Думаю, в детстве ему никогда не нравилось делиться своими игрушками, даже с родными братом.

— Кажется, у моего брата другие планы, — Чезаре с лёгкой иронией поклонился, но в его тоне слышалось напряжение. Я подняла глаза и встретилась с пронзительным взглядом Этторе. Прочистив горло, я пошевелилась в его объятиях, и он сразу же отпустил меня.

— Мы обязательно потанцуем, — Этторе опустил голову, и я кивнула, словно механическая кукла. В его голосе не было места для возражений, и вскоре Чезаре переключился на другую тему.

Этторе повёл меня на танцпол, его непринуждённость, которую он демонстрировал вчера вечером и сегодня утром в поместье, полностью исчезла. Он снова стал таким, каким я его знала раньше — решительным и целеустремлённым.

Он остановился напротив меня и протянул руку. Я вложила свою дрожащую ладонь в его, и он крепко сжал её. Он притянул меня к себе, обхватив свободной рукой за талию, и мы начали двигаться под чувственную мелодию струнного квартета, звучавшую на заднем плане.

Нас окружала изысканная и гламурная атмосфера: гости в модных нарядах, роскошные цветочные композиции и канделябры создавали атмосферу роскоши и изысканности.

— Что случилось с твоей матерью? — Осторожно спрашиваю я, стараясь не испортить ему настроение ещё больше, чем оно уже есть.

Этторе слегка сжимает меня в объятиях.

— Всё хорошо. Не беспокойся об этом, — он отпускает меня, чтобы я могла развернуться, а затем снова прижимает к своей груди.

Я киваю, но когда он поворачивает меня в руках, мой взгляд устремляется на Аврору и Кармина, танцующих в отдалении. В этот самый момент её взгляд устремляется на меня, но отсюда я не могу разглядеть выражение её лица.

— Смотри на меня, Зои, — резко говорит Этторе, и его мрачный тон напоминает оголённый провод, соединяющийся с тем, что где-то внутри меня.

— Ты сможешь с этим справиться? — Поддразниваю я его. Я, должно быть, пьяна, потому что чувствую лёгкое головокружение и лёгкость, как у бумаги. — Если я уделю тебе всё своё внимание на танцполе, — я выскальзываю из его объятий и, прежде чем он успевает снова прижать меня к себе, перехватываю контроль над танцем.

В этот момент я ощущаю на себе взгляды некоторых гостей, но моё внимание приковано к каменному выражению лица Этторе. Я использую его как опору, кружась вокруг него и время от времени касаясь его своим телом. Мои руки нежно блуждают по его телу, словно я всё ещё принадлежу ему, и на моей шее висит невидимый поводок.