Чтение онлайн

18-я армия активно участвовала в Львовско-Сандомирской опера­ции. Наступая на левом крыле фронта, она содействовала 1-й гвардей­ской армии в освобождении Станислава и Дрогобыча. Улучшая свои позиции, армия приближалась к перевалам Карпатского хребта. Только за 7—8 дней боев в конце июля армия продвинулась до 100 км вглубь и освободила более 200 населенных пунктов, в том числе Отыню, Надворную, Богородчаны, Солотвин, Долину и Делятин. За это время войска армии нанесли значительный урон против­нику. Было пленено 9583 вражеских солдата и офицера, захвачено около 450 орудий и минометов, 89 танков и штурмовых орудий, 470 пулеметов и до 6500 винтовок[Архив МО СССР, ф. 371, оп. 6367, д. 422, л. 69—79.].

В Прикарпатье одновременно с боевыми действиями против гитле­ровцев 18-я армия вела также борьбу со многими бандеровскими бан­дами украинских буржуазных националистов, этих гитлеровских на­емников, действовавших из-за угла в тылу наших войск. Для борьбы с ними приходилось отвлекать часть войск. При штабе была создана специальная группа по борьбе с бандами. Политотдел развернул боль­шую разъяснительную работу среди населения освобождаемых рай­онов западных областей Украины, запуганного действия этих банд. Оуновцы угрожали жестокой расправой тем, кто пойдет в Красную Армию. «Семья его, вплоть до третьего поколения,— грозились они,— будет вырезана, а имущество сожжено».

На первом же совещании начальников политорганов, проведенном в новом районе боевых действий армии, Л. И. Брежнев обратил вни­мание на необходимость повышения бдительности в войсках и особенно в госпиталях, тыловых частях и подразделениях. Говоря в свя­зи с этим о характере и задачах работы в войсках, он обязал политра­ботников оказывать всемерную помощь местным партийным и совет­ским органам, широко и глубоко разъяснять населению реакцион­ную сущность и опасность враждебной деятельности украинских буржуазных националистов. Особое внимание он обратил на работу с пополнением из местного населения этих районов, предложил выде­лить специальных агитаторов, пропагандистов, владеющих украин­ским языком, для работы с населением и пополнением.

Особенно большую работу в этом направлении проводили хорошо знакомые с историей борьбы украинского народа против украинских буржуазных националистов работники политотдела армии, лектор подполковник И. П. Щербак, ранее работавший заведующим кафед­рой истории партии в Запорожском педагогическом институте, агита­тор майор А. С. Клюненко, работавший до войны редактором одес­ской областной партийной газеты «Чорноморська комуна», и другие товарищи, в том числе и автор этих строк, до войны находившийся на партийной, газетной и комсомольской работе на Украине. Многое сделали по борьбе с бандеровцами офицеры отдела контрразведки, которым руководил весьма энергичный и опытный чекист полковник В. Е. Зарелуа.

Такова была сложная обстановка в полосе боевых действий армии, требовавшая от Военного совета, политотдела, штаба армии, от всех командиров и политорганов соединений исключительного напряже­ния сил. Личный состав армии, в том числе и большинство молодых солдат из пополнения, проявляли в этот период высокую боевую и политическую активность, стремясь как можно скорее сломить со­противление врага, выйти на государственную границу и подать руку помощи в борьбе с фашистскими оккупантами трудящимся Чехосло­вакии, Венгрии и Польши.

Боевые действия, проводимые армией в Прикарпатье, изобиловали множеством примеров мужества и храбрости бойцов, возрастающего умения действовать в новых условиях смело, решительно и инициа­тивно. В передовой статье от 22 мая 1944 года армейская газета «Знамя Родины», редактором которой был старый и опытный прав­дист подполковник В. И. Верховский, писала: «Каждый день боев, которые ведут подразделения, приносит новые свидетельства воинско­го умения, боевой храбрости, отваги, мужества наших воинов. Бойцы младшего лейтенанта Матюкова, используя горную местность, завлек­ли врага в ловушку и причинили ему огромный урон. Орудие старше­го сержанта Зайцева подбило четыре вражеских танка, попавших в огневой мешок. Умело маневрируя своим пулеметом, расчет красно­армейца Мельника истребил не один десяток вражеских солдат. Семь советских воинов во главе с гвардии старшим лейтенантом Н. Карповым отразили атаку восьмидесяти фашистов и свыше тридцати из них истребили».

Днем раньше старший сержант Зайцев поделился на страницах этой же газеты опытом того, как это расчету его орудия удалось уничтожить четыре танка. Читаешь его рассказ и радуешься тому, как рос, мужал и набирался сил, умения солдат, готовясь к предсто­ящим боям в Карпатах.

«...Между двумя высотками, занятыми противником, проходила глубокая лощина,— писал он.— Отсюда больше всего можно было ожидать появления танков. Мы не ошиблись в своих предположени­ях, выбрав отличную позицию для своего орудия. Вскоре из лощины вышло 8 немецких танков. Наблюдатель заметил их сразу, как толь­ко показалась ведущая машина. Обстановка позволяла сразу обру­шиться на ведущий танк, подбить его и загородить дорогу другим машинам. Но я решил, что делать это не следует. Нужно было бы выпустить из лощины все танки противника, подпустить их ближе к нашим позициям и уничтожить. В единоборстве с вражескими ма­шинами меня могли поддержать соседние орудия. Все это дало мне право выждать.

Вражеские танки вышли из лощины и, подставив нам свои бока, пошли вдоль фронта. Гитлеровцы рассчитывали обогнуть впереди ле­жащий курган, пробить брешь в наших стыках и вырваться в тыл наших подразделений. Они шли гуськом, один от другого на дистан­ции 30—50 м. Когда до немецких танков осталось 500 м, наше орудие открыло огонь. Сначала на прицел мы взяли ведущий танк и после нескольких выстрелов подбили его. Теперь нужно было уничтожить заднюю машину, которая замыкала вражескую колонну танков. Рас­чет перенес огонь по хвосту колонны. Третьим снарядом мы накрыли замыкающий танк. Танки противника оказались в огневом мешке. Гитлеровские вояки заметались в панике. Ограниченные маневром, они стали кружиться на одном месте. Все их карты были спутаны. Они не знали, куда направить свой огонь, и били куда попало, а мы тем временем один за другим уничтожали их.

В этом бою наша батарея уничтожила все 8 вражеских танков. Один только наш расчет подбил 4 машины. Успех этого боя решили стойкость, отвага и боевое умение наших артиллеристов-истреби­телей».

Так по крупицам складывался общий успех, достигнутый войсками армии в боях с немецко-фашистскими захватчиками на подступах к Карпатам. Здесь за мужество и героизм удостоены высокого звания Героя Советского Союза рядовой В. П. Майборский — пулеметчик 2-го батальона 7-го стрелкового полка 24-й дивизии, гвардии рядовой Д. А. Пилипченко из 145-го полка 66-й гвардейской стрелковой диви­зии, лейтенант Н. Т. Пасов — командир роты 229-го полка 8-й стрел­ковой дивизии. Гвардии рядовой Д. А. Пилипченко во время боя за станцию Ворона скрытно подполз к вражескому пулемету, умело бро­шенной гранатой сразил его расчет и таким образом помог своему подразделению продвинуться вперед. На следующий день он подо­рвал «тигр» противника и уничтожил его экипаж. Н. Т. Пасов, буду­чи трижды раненным, не ушел с поля боя, руководил своей ротой до тех пор, пока не разгромил противника. В этом бою его подразделе­ние уничтожило вражеский штаб, захватило в плен более 50 вра­жеских солдат, многих уничтожило.

Бои в Прикарпатье стали настоящей школой боевой выучки войск 18-й армии перед штурмом Карпат, который армия начала 18— 20 сентября уже в составе войск вновь созданного 4-го Украинского фронта под командованием генерал-полковника И. Е. Петрова, наше­го старого знакомого по Кавказу, героя обороны Одессы и Севасто­поля.

Немецко-фашистские захватчики рассчитывали отсидеться в Кар­патах, прикрываясь крупнейшим естественным препятствием — Глав­ным хребтом с возведенными на нем мощными укреплениями глубо­ко эшелонированной линии Арпада, которую гитлеровские генералы, как и многие буржуазные военные специалисты считали непреодоли­мой. Но враг просчитался. Войска 38-й и 1-й гвардейской армий нача­ли наступление в направлении Дуклинского перевала. В полосе 18-й армии первым начал штурм Главного Карпатского хребта передан­ный из 1-й гвардейской армии 18-й гвардейский стрелковый кор­пус под командованием боевого и энергичного генерал-майора И. М. Афонина. Затем в бой были введены 66-я гвардейская и 317-я стрелковые дивизии. Ломая сильно укрепленную оборону противни­ка, они продвинулись в направлении Ужокского перевала и освобо­дили ряд населенных пунктов. На этом самом коротком к Ужгороду, но наиболее укрепленном направлении враг оказывал сильное сопро­тивление, непрерывно контратакуя. На участке 317-й стрелковой ди­визии, например, только в течение 20 сентября он осуществил до десятка контратак, и все же под ударами частей корпуса вынужден был здесь, а в дальнейшем и во всей полосе наступления 18-й армии начать отступление.

Несколькими днями позже развернул бои за Верецкий и Вышковский перевалы 95-й стрелковый корпус под командованием генерал-майора И. И. Мельникова. Активно действовал в эти дни и 17-й гвардейский стрелковый корпус, который вскоре захватил Яблоницкий перевал, а затем 28 сентября освободил сильно укрепленный рай­он Ясиней, открыв путь на Рахов, Берегово и далее на Мукачево. Взят был этот район умелым обходным маневром 138-й и 8-й стрелко­вых дивизий.

Надо учесть, что укрепленный район Ясиней, выйти к которо­му можно было только преодолев Яблоницкий перевал, прикрывае­мый множеством опорных пунктов на окружающих высотах, имел 38-железобетонных убежищ, 32 дзота и дота, 53 пулеметные площад­ки, 20 артиллерийских и минометных батарей, до 2 тысяч погонных метров надолбов, 8 км траншей, 12 км заграждений из колючей про­волоки под электрическим током напряжением в 3 тысячи вольт.