Чтение онлайн

И вот теперь Будиволна оценивающе глядел на командира недавно созданной Молодой гвардии, которого звали Кудряй. Хорошее имя для парня, прошедшего Гражданскую, что было видно не столько в его деле, с которым Будиволну ознакомил уполномоченный армии товарищ Вершило, сколько на его лице. Будиволна сразу и безошибочно узнавал таких - тех, кто умел в своей жизни только одно, убивать. И умел он делать это очень хорошо. Из таких был и сам Будиволна Красный волк Великой степи.

– Ну будем знакомы, товарищ Кудряй, - протянул руку командарм.
– Давай держаться запросто, как товарищам положено. Я лишних игр не люблю - и рублю всегда одну только правду. За что меня вот товарищ Вершило сильно ругает.

Будиволна усмехнулся и кивнул на уполномоченного армии. Тот лишь пожал плечами - шутка, похоже, была из разряда дежурных и давно надоевших Вершило.

– А кто в вашем полку уполномоченный?
– поинтересовался Вершило.
– И отчего вы не пригласили его на встречу, чтобы познакомиться?

– В Молодой гвардии нет уполномоченных, - ответил Кудряй.
– В Военном комитете считают, что наши части принципиально отличаются от прежних. Наши полки сформированы только из преданных делу пролетарской революции молодых людей, а потому принято решение о том, что уполномоченных в Молодой гвардии не будет.

Эти слова пришлись не слишком по нраву Будиволне. Выходит, что сформированная им конная армия недостаточно предана революции, ведь уполномоченных из неё не убрали.

– Это эксперимент Военного комитета, - заявил Вершило.
– Я думаю, после первых боёв там поймут, что без уполномоченных никакая армия или гвардия в Народном государстве обойтись не сможет.

А вот эти слова лишь слегка успокоили Будиволну. Кудряй же лишь пожал плечами, как будто его они не касались никоим образом.

– Вы ведь командир полка, - заметил, чтобы развеять повисшую почти на полминуты тишину, Будиволна, - а молодогвардейцев у нас дивизия наберётся. Выходит вы все сами по себе у меня под началом, или как?

– Форму новую ещё пошить не успел, - усмехнулся Кудряй, - со значками комдива, а приказ уже есть на меня. Телеграфом в штаб армии должны были передать.

– Были телеграммы из столицы, - кивнул Будиволна, - только ничего срочного, потому я с ними решил вечером ознакомиться. Значит, теперь в моей армии два кавкорпуса, дивизия из четырёх стрелковых полков Молодой гвардии, два артполка и авиаотряд. Можно выступать на Бадкубе. Пора уже выбить оттуда бейликов и Блицкриг.

– Надо дождаться приказа Военного совета, - заметил с какой-то учительской строгостью Вершило.
– Сейчас не Гражданская, чтобы самовольничать, как прежде, теперь можно и под ревтрибунал угодить.

– Вот ты только меня, товарищ Вершило, ревтрибуналом не стращай, - вспылил Будиволна.
– И я не своевольничал никогда, если не складывалась обстановка такая, что ждать приказов просто невмоготу. В столице же не всегда видно, что делается на фронте. Тут же всё меняется что ни день, даже телеграф не успевает.

Он обернулся к Кудряю, словно ища поддержки у комдива Молодой гвардии. Но тот никак эмоций не проявлял.

– Знаю я всю твою ситуацию, - устало произнёс уполномоченный.
– Никуда от тебя Щекарь не денется. Он прочно застрял в Бадкубе с блицкриговцами и бейликами, и в степь возвращаться не спешит.

– То же ты мне и про Невера говорил, а где тот? Пропал, и до сих пор про него ни слуху ни духу, как в воду канул.

– Наверное, в Дёйнкирхе, - пожал плечами Вершило, - вместе со всеми, кто бежал их Бадкубе на котсуолдских кораблях.

– Этак мы и Щекаря упустим, если будем тут сидеть!

– Военный комитет хочет как можно скорее испытать Молодую гвардию в бою, - вмешался в привычную перепалку командарма с уполномоченным Кудряй.
– Значит, долго приказ о наступлении ждать не придётся.

– А вот это, товарищ Кудряй, хорошие новости!
– хлопнул ладонью по столу Будиволна.
– Ударим по этой сволочи в Бадкубе, восстановим там власть народную и двинем на помощь Бессарабу в Прияворье. Там тоже сволочи полно развелось - изводить её пора, а не справляется товарищ Бессараб.

– В Прияворье тоже отправляют полки Молодой гвардии, - сказал Кудряй, - на помощь товарищу Бессарабу.

– Ну, сабли моей конной армии там точно лишними не будут, - усмехнулся Будиволна.
– Скинем Гетмана и разгоним этого Сивера с его гайдамацкой директорией, верно, товарищ Вершило?

– С Молодой гвардией точно разгоним, - ответил тот.

Приказ выступать пришёл на следующее утро, и не прошло и суток, как вся кажущаяся такой неповоротливой громадина конной армии покинула квартиры. Шагали тысячи стрелков Молодой гвардии в новенькой форме с длинными винтовками на плечах, распевая задорные песни, с которыми, как известно, дорога короче. Гарцевали всадники, выглядели они не столь лихо - на ком форма старая и потёртая, у других штаны в заплатах, на третьих сапоги самого затрапезного вида с подвязанными голенищами. И всё равно, на пехоту они глядели свысока, кривя губы в презрительной усмешке. Как бы пешка не одевалась, а всё равно им ноги бить, кавалерия же всегда будет выше. Упряжки мощных тяжеловозов катили орудия и снарядные ящики. Отдельно ехали броневики приданных кавполкам механизированных частей, и даже несколько танков, которыми Будиволна в тайне очень гордился. Пускай это были ещё трофеи времён Гражданской войны, захваченные у интервентов, но и теперь далеко не все полководцы Народной армии могли похвастаться подобными. В закрытых телегах ехали пять машин авиаотряда. Вот к ним Будиволна относился не слишком хорошо. Бравый командарм всегда считал, что война идёт на земле, а в небе летуны воюют сами с собой. Потому авиаотряд при его армии был невелик, и использовался только для разведки. Военлёты без особого желания шли служить к Будиволне.

Как-то незаметно, почти само собой, командование объединённой армией Порты и Блицкрига перешло к фельдмаршалу Онгемунду. Войска сидели в Бадкубе, усмиряя редкие, но заканчивающиеся большой кровью мятежи. И ведь подавление их как будто ничему не учило местных. Они раз за разом хватались за оружие из-за самых мелких поводов. А оружия уж Бадкубе хватало - как ни зверствовали бейлики и блицкриговцы во время реквизиций, сколько бы народу не перевешали за найденные в доме пистолет или винтовку, всё без толку. С другого берега Сихай-моря прибывали новые партии. Рисковые ребята контрабандисты возили их морем и воздухом - две эти стихии захватчики контролировать не могли.

Постепенно Онгемунд стал брать на себя решение тех или иных проблем, распоряжался уже не только своими людьми, но и солдатами Порты. И самое главное, Иштуган-бей против этого ничуть не возражал. Как будто понимал, что в сложившейся ситуации фельдмаршал разберётся куда лучше него.

Они ежедневно устраивали короткие заседания штаба, на которых присутствовал и князь Махсоджан. Но присутствие его было чистой формальностью - ничего он уже не решал. Слишком уж незначительны сделались князья Великой степи после того, как большая часть их войск погибла при неудачном первом штурме Бадкубе.

– Разведка доносит, что на город идёт Будиволна со своей конной армией, - заявил Иштуган-бей.
– Мы готовим город к обороне, верно, фельдмаршал?
– Онгемунд только кивнул, он хотел выслушать командующего бейликов. Ведь тот завёл разговор явно не из-за давно известного факта наступления народников.
– Но у нас в тылу окопался враг, куда более опасный. Что нам делать с пресловутыми двадцатью пятью уполномоченными? Их заключили в тюрьму, но это ничего не меняет. Мы должны проявить твёрдость в решении этого вопроса. Окончательном решении.