Чтение онлайн

– Вы что тут расшумелись?! И как вообще сюда попали?!

Но, как только за пегасом увидела меня, ахнула, и, кинувшись на шею, запричитала:

– Владиара, неужто это ты? Мы уж и не надеялись тебя живой увидеть! Вот настоятельница-то обрадуется, – и уже менее радостно добавила. – Ох, Ади, и влетит же тебе сейчас.

Я стояла столбом, переваривая новую информацию: удивило насколько созвучными были наши с бывшей владелицей тела имена.

Чтобы сразу расставить все точки над «i», спросила:

– Вы кто? И почему меня обнимаете?

Девушка отстранилась и замерла, всматриваясь в моё лицо.

– Нашла время для шуток. Вот сьера Шарнель назначит тебе с десяток плетей, посмотрю, как тебе будет смешно…

– Мне и сейчас не смешно, – приступила к осуществлению запланированного, – Я в самом деле не знаю кто вы. Как собственно – и кто я. Меня вообще сюда Пегас доставил.

Девушка с сомнением вгляделась в мои глаза (я стойко выдержала), и в изумлении прикрыла рот ладошкой, испуганно прошептав:

– А ты ведь в самом деле не знаешь кто ты, - нахмурившись, скомандовала: - Пойдем к настоятельнице , — она быстро разберётся, что с тобой случилось.

Вот этого я и боюсь. Сейчас как разберётся на мою бедную голову…

Взяла под уздцы пегаса, и направилась вслед за рыжей.

– Эй, а ему нельзя! – тормознула меня провожатая.

– Это ещё почему? – вполне по-настоящему возмутилась я.

– Что, и этого не помнишь?

Я состряпала растерянный вид и пожала плечами.

– Это женский монастырь. А он у тебя самец.

Я облегченно выдохнула – всего-то? А я уж решила что там что-то серьезное и суперсекретное. Прыснула.

– Серьезно?! Он же просто конь! Нашла мужчину!
– я тоже решила перейти на "ты", чтобы не отпугнуть "кладезь информации".

«Не мужчина» обиженно засопел, а девушка всплеснула руками:

– Так ты что, вообще ничего не помнишь?

– До того момента, как очнулась посреди леса – вообще ничего.

– Во дела…. Кто ж тебя так магией приложил? И почему ты не оборонялась? Ты же одна из самых сильных магов и лучшая из учениц…

– Ничего не знаю, но своего коня тут не оставлю. Я ему жизнью обязана.

– Привяжи пока к дереву. Потом у сьеры Шарнель узнаем, как с ним быть.

Привязывать не стала, просто шепнула на ухо: «Жди здесь», и последовала за рыжей.

– Я Раверина, – наконец сообразила представиться огненная, - но ты меня звала Вери. И мы с тобой дружили.

– Если мы дружили, значит ты знаешь куда я направлялась перед тем, как это со мной случилось?
– я поводила пальцем вокруг головы, намекая на амнезию.

– В том то и дело, что в то утро ты исчезла еще до подъема. Я проснулась, а тебя нет. И постель уже остыть успела.

– Мы вместе живем?

Девушка кивнула, и пояснила:

– В комнате нас четверо, но Арника и Розина с нами не очень общаются.

– Почему?

– Потому что они из знатных, а мы с тобой – сироты. Но тебя они побаиваются, поэтому на рожон не лезут.

– И почему они меня побаиваются?

– Я же уже сказала, что ты самая сильная из нас. Или ты теперь и запоминаешь плохо?

С памятью у меня проблем никогда не было, но сразу столько новой информации усвоить было трудно. Помолчала, виновато поджав губы.

– А эти соседки в то утро никуда не пропадали?

– Да вроде нет. Правда, когда я проснулась они уже на дежурство ушли.

– Уверена, что на дежурство?

– Ты что, их подозреваешь?

– Я не знаю кого подозревать. Поэтому никого не буду вычеркивать из списка.

– Ты уже и список составила? – удивилась девушка. – Но как? Ты же никого не помнишь?

Ох, уж эти земные речевые обороты! Надо выкручиваться.

– Это не совсем список. Просто пока я все не выясню – буду подозревать всех, кто был на тот момент со мною рядом.

– И меня тоже?
– девушка явно испугалась.

– Тебя - нет. Мы ж подруги, – и тише добавила, — Хоть я этого и не помню.

На самом деле я исключила Вери из подозреваемых не поэтому. И даже не потому, что она мне сразу понравилась. Просто её голос вообще не был похож на голоса тех двух девиц, рядом с которыми я очнулась в лесу. Но обижать девушку не хотелось, да и про козырь в рукаве раскрывать - тоже. Хотя козырь, в общем-то, сомнительный, так как девицы наверняка понимают, что я могла запомнить их голоса. Но другого у меня нет. Зато есть все шансы умереть во второй раз. И это очень стимулирует.

Пока мы шли и беседовали, я озиралась по сторонам. Местная обитель у меня меньше всего ассоциировалась с женским монастырём. Во-первых, тут было несколько больших площадок: беговая – с препятствиями в виде разных строений; для стрельбы – с мишенями; и просто чистое поле, присыпанное песком – так и не поняла его назначение. Во-вторых, по углам стены, которой был обнесён монастырь, находились смотровые вышки. Сейчас я в них никого не заметила, но зачем-то ведь они тут были построены. И ни одной колокольни.

По пути нам попались несколько каменных бараков, в которых, по информации Вери, жили рарадонумы, то есть мы. Кроме этого были какие-то подсобные постройки, и венчало всё это поселение двухэтажное каменное строение в центре, к которому мы и шли.

От осознания того, что сейчас я предстану перед настоятельницей, которая, судя по всему, является местным сканером, у меня пересохло в горле. Но назад пути уже не было, поэтому сжав волю в кулак, я шагнула за порог, гордо подняв голову.

В здании было прохладно и пусто. Каждый шаг по каменному полу отдавался эхом, и у меня создавалось впечатление, что пошёл отсчет последних минут моей жизни. По лестнице поднималась на деревянных ногах, с трудом сгибая их в коленях.

Стоп! Так не пойдёт. Нужно срочно успокоиться, а то так недолго себя выдать. Попыталась выровнять дыхание. Видимо получилось шумно, так как подруга, посмотрев с сочувствием, «порадовала»:

– Да не переживай ты так. Сьера Шарнель, как узнает, что с тобой произошло, сразу передумает строго наказывать.