Чтение онлайн

Почему бы просто не показать ей кассету, которую мы записали?

Да? И как? Где ты тут видишь видео-плеер?

И потом, запись ничего не доказывает. Никто не мешал мне солгать перед камерой. А так она точно узнает, что…

— Было где-то пол-двенадцатого, — продолжал Нил, — Когда я сел в машину и поехал к видео-прокату.

Он рассказывал свою историю практически так же, как рассказывал ее прошлым вечером Марте и ее видеокамере. Говоря, он сам заново переживал все события у себя в голове. Снова был там, видел и чувствовал все то же самое.

Он полагал, что для Сью это, вероятно, смотрелось как фильм.

Фильм в стиле нуар с закадровыми монологами: непрерывный комментарий, только с Нилом Дарденом вместо Филипа Марлоу или Майка Хаммера [8] .

Не хватало только грустных переливов саксофона в качестве саундтрека.

Хоть Нил и продолжал словесное повествование, он знал, что эти его отвлеченные мысли про фильм прервали поток воспоминаний — и у Сью, должно быть, кино прервалось, как будто проектор сломался.

И теперь она видит (или слышит) вот это.

Вот это? Она все слышит. Шикарно, блин!

«Привет там. Извини. На чем мы остановились?»

— Я не хотел награды, — произнес Нил, — Если женщину хочет покромсать на части какой-то злодей, ты не ради награды рискуешь жизнью. Ты рискуешь жизнью потому что должен, потому что ее сейчас покромсают на части, и долг мужчины — это остановить.

Неплохая имитация голоса Богарта.

Но он тут же устыдился своего спектакля.

Это не какой-то долбаный фильм, речь про Элизу и подонка, который убил ее. Взаправду.

В его мозг ворвалась картина Элизы в ванне. Цветное фото крупным планом, с кровью столь яркой, будто это издевательская бутафорская постановка.

Сью ахнула в кресле рядом. Потом начала тяжело втягивать ртом воздух.

Нил посмотрел на нее. Девушка сидела напряженно выпрямившись, с широко открытым ртом, плотно зажмурившись.

Спустя мгновение ее глаза резко распахнулись.

Она уставилась на него. Под ее глазами скопились капельки пота, и еще целая вереница капель висела как усы над верхней губой. Она тяжело дышала.

— Извини насчет этого, — сказал Нил.

Она вытерла губу тыльной стороной ладони. Скорчив гримасу, спросила:

— Это была она? Элиза?

— Ну да. Так она выглядела после…

— Вот же срань-то господня!

— Но это не я сделал.

Она кивнула. Выглядела при этом очень вымотанной.

— Это понятно, — она протянула свое запястье, словно демонстрируя ему браслет, — Он работает.

— Я знаю.

Помотав головой, она опустила руку и стянула браслет.

— На, забирай.

Нил забрал браслет и повесил себе на руку. Сью вновь заговорила:

— Ну, короче, ты не убийца все-таки. Ладно.

— А жаль. Лучше бы я убил этого подонка, Распутина.

— Ну ты пытался как бы. И наверняка ж его поранил там как следует.

— Совершенно недостаточно. Он все еще был в достаточно крепкой форме, чтобы сделать это с Элизой.

Лицо Сью скривилось, словно воспоминание причинило ей физическую боль. Несколько секунд спустя она сказала:

— Слышь, а тебе ж теперь надо доделать, что начал.

— В смысле?

— Убить его надо.

— Я надеюсь, что он может сам сдохнуть от ран, но…

— Да с хрена ли ты ваще едешь в «Форт», когда по земле гуляет такой хмырь, которого замочить надо? Вот это я хотела бы знать.

— Может, лучше мне рассказать тебе остальное.

— Только давай ща нормально рассказывай, ладно? Я чот не хочу больше в твою башку лезть. Хотя там было много всякого интересного, ага.

Нил покраснел.

— Ну…

— У тебя оч-чень грязненькие мысли, Нил Дарден.

Он скривился. Сью ухмыльнулась и потрясла головой.

— Хотя мне даже немножко лестно, в принципе, — сказала она.

— Извини. Правда, извини.

— Трусы на мне есть, кстати. Белые. Ну, ты интересовался просто. И да, я теперь неплохо знаю, какого размера твоя штукенция.

Нил чувствовал, будто его лицо в любой момент может воспламениться и сгореть.

— Супер, — пробормотал он.

— Ну, не льсти себе, не то чтобы прям уж супер. — после паузы, она добавила, — А ты знаешь, что он у тебя неплохо так привстал, пока ты сиськи мои разглядывал?

— Неправда.

Или правда? Он бы ничуть не удивился.

— Правда-правда, — просияла улыбкой Сью, — Да ладно, чо ты. Ну привстал на меня, прикольно же.

— Ох, блин.

— Ой, да не ссы. Ты мне нравишься. А ща еще больше нравишься, когда я у тебя в башке побывала. Только это выматывает, пипец. Так что давай-ка я просто посижу и послушаю, лады? Хочу дослушать твою историю, только снаружи теперь.

И он рассказал ей, продолжив историю с того момента, когда впервые вошел в дом Элизы.

Рассказал, как получил браслет в награду, когда спас ее под насыпью у автострады. Пересказал часть истории браслета — то, что узнал от Элизы. Пересказал доведенные до него предупреждения об опасностях. А потом рассказал о пробном полете — как он поцеловал браслет и вселился в тело Элизы.

Ничего этого, разумеется, не было на видеопленке, которую он записал вместе с Мартой.

Историю браслета он держал при себе — и таким образом не мог до сих пор никому поведать всю правду о произошедшем в ночь убийства.

Только этой девушке он рассказывал все, как оно реально было.

Как, покинув дом Элизы, он вернулся проверить тело Распутина.

Как дважды воспользовался браслетом, сначала в тщетной попытке найти тело, а затем совершив продолжительный полет до дома Элизы, опасаясь за нее.

Как вновь оказался в ее теле.

И был не способен предупредить ее.

Бессилен помочь, когда на нее напали.

Как он убежал из ее тела, вернулся в свое, потом помчался на машине к ее дому, но опоздал и обнаружил ее мертвой в ванне.