Чтение онлайн

Потому что это не что иное, как ежедневная смертная битва. Каждая девочка и каждый мальчик хотят захватить сидячее место. Но в этом автобусе просто нет столько сидений, сколько ездит детей.

Да, ну и что это значит?

Ясно: кому недостается места, тот должен стоять. Всю поездку стоять.

Утром Ганси еще хорошо, потому что он в числе первых, кого забирает автобус. И уж у него всегда сидячее место —чаще всего даже у окна.

А вот на обратном пути это удается ему только тогда, когда учитель Доблер распустит класс на несколько минут раньше.

Но учитель Доблер, как правило, не отпускает их раньше времени. Он отпускает их, только когда ударит гонг. И каждый день после уроков одна и та же битва насмерть: бегут, давят, толкают, рвут, царапают, визжат, орут, плюются, пинаются, раскидывают, ставят подножки, кусаются, роняют, плачут—всё сразу!

Г анси иногда приходит домой в таком виде, что его мама думает, уж не попал ли он в аварию.

«Ганси, что у тебя за вид!»

«Ганси, ты что, под машину попал?»

«Ганси, неужели что-нибудь случилось с автобусом?»

«Боже мой, боже мой, боже мой!»

Оторванные петли на куртке, царапины на лбу, да такие глубокие, что иной раз и кровь выступит, брюки сверху донизу в грязи — таким Г анси приходит домой из школы не так уж редко.

И когда он собирается делать уроки и открывает свой портфель, то оказывается, что все внутри пришло в негодность: ручка больше не пишет, карандаш сломан, тетради и книги измяты и согнуты, и черт знает что еще.

Мама из-за этого даже ходила однажды к учителю и жаловалась. И другие родители тоже жаловались.

Но учитель всегда говорит только:

— Да, но боже мой, я не могу с ними справиться, они не умеют вести себя по-другому, они просто бешеные!

Ему-то легко говорить. У него каждый день обеспечено удобное сидячее место в его автомобиле. Ему-то никто не рвет уши. И его костюм остается чистым. И в любом случае у него место у окна.

Девочкам, которые ездят на автобусе, тоже приходится нелегко, хотя они-то действительно редко дерутся. Им, как правило, достаются только стоячие места, потому что они не такие сильные, чтобы прорваться сквозь толпу мальчишек.

А кому достается стоять, тому еще вдобавок и не видно ничего!

— Не только потому, что весь вид заслонен,—объясняет Ганси родителям.—Еще всякий раз, как шофер затормозит, приходится цепляться за поручни по-обезьяньи, если не хочешь, как реактивный самолет, залететь головой в кабину к шоферу и набить себе шишку на лбу...

Ганси предпочел бы ездить в школу на «бульдоге». Но...

— Так мы не договаривались! —говорит мама.

Или:

— Я думаю, ты не в своем уме.

— Тебя, часом, не укусила бешеная обезьяна? — так говорит тогда папа

И Ганси никогда не разрешают ездить в школу на велосипеде. Хотя мн

гие дети из его класса ездят. Нет, на это его родители никак не соглашаются. Потому что Ганси должен пересечь государственное скоростное шоссе.

— Слишком опасно,—говорит мама.

— Столько происходит несчастных случаев,—говорит папа.

Часто попадают в эти аварии и дети. Мальчик Фрейлингеров, соседей, несколько лет назад попал на своем велосипеде под грузовик: поскользнулся, и его переехало. Он и сейчас ходит на костылях, потому что ноги него повреждены и никогда уже не станут здоровыми.

Люди говорят при этом, что надо радоваться, что мальчик вообще остался жив...

В общем, Ганси ничего не остается, как ездить на школьном автобус ездить на школьном автобусе и ездить на школьном автобусе. И ничего другого, как дальше драться, дальше царапаться, давиться, толкаться, дальше плеваться, кусаться, рвать, колотить...

Это все при том, что Г анси вовсе не какой-нибудь задира и драчун. Ганси, скорее, покладист, уступчив и от драки лучше отойдет подальше. Потому что он верно оценивает свои силы и точно знает, что он не из сильнейших

И вот же, несмотря на это, бывают обстоятельства, когда не остается другого выхода...

Есть, например, в Ренценбахе один мальчишка, по имени Фриц. Они Ганси вообще не переносят друг друга. Всегда, когда они сходятся вмест начинается ссора.

Ганси Фрица терпеть не может.

И Фриц Ганси терпеть не может.

При этом обоим приходится каждый день ездить в одном автобусе. К сожалению, Фриц намного сильнее Ганси —он уже ходит в шестой класс

Однажды Ганси и говорит Фрицу — простенько так и скромно:

— Увалень ты, дубина!

Потому что Фриц при посадке в автобус отпихнул его в сторону. Да т сильно, что у Ганси кровь из носу пошла.

С тех пор Ганси и близко к Фрицу не подходил. И разговаривать с ним не хотел. Самое большее —из безопасного отдаления поддразнивал его:

— Ябеда, доносчик!

Или еще:

— Вонючий, грязный баран!

Итак, они оба стали настоящими врагами...

Фриц ненавидел Ганси.

И Ганси ненавидел Фрица.

И однажды случилось, что Г анси по дороге домой в школьном автобусе досталось сидячее место, а Фрицу нет. Он, Фриц, который гораздо, гораздо сильнее —и должен стоять! Фрица это возмутило:

— Эта маленькая козявка еще и сидит —еще чего!

И тогда Фриц придумал совершенно подлую пакость. Он достал из своего портфеля патрон с чернилами, положил его под каблук и раздавил, наступив ногой. Потом он протиснулся поближе к Ганси и засунул раздавленный патрон ему за воротник...

Г анси почувствовал что-то у себя на загривке, сунулся туда рукой и потом посмотрел на нее, мокрую и перепачканную.

— Все синее, все в чернилах! Вот свинство! Что за вонючая собака это сделала?! — закричал он. Оглянулся, увидел Фрица и сразу понял, кто это сделал.—Я знаю, отчего ты так подло ухмыляешься! —заревел он на него.

Все дети с интересом повернулись к ним. Они смеялись, потому что Ганси был весь перепачкан синими чернилами — лицо, шея, руки...

Это пуще прежнего разъярило Ганси. Он вдруг так разгневался, что таким его еще никто до сих пор не видел. Посреди школьного автобуса Ганси взорвался.

— Пес вонючий!— вновь крикнул он, вскочил со своего сидячего места и встал против Фрица. — Подлая тварь, подлец!

Г анси орал как сумасшедший и, не умолкая, швырнул Фрица на пол автобуса. К этому Фриц никак не был готов. Это ошеломительное нападение Ганси оказалось для него совершенно неожиданным.