Чтение онлайн

и загадочно освещаемый молниями, в свободной позе лежал поверх одеяла и,

невнимательно похлопывая Оксану по жаркой спине, глядел в потолок. Из одежды

на нем была только папироса. Все получилось наилучшим образом. Оксана оказалась

бабой не разношенной и подозрительно опытной в любовных делах. Да и Ленька,

честно говоря, не ожидал от себя такой прыти. Во всем теле ощущалась приятная

истома и слабость, и только в одном, самом мужском месте, вопреки прогнозам

Нинки, звенящая сила. Вспомнив о жене, Ленька самодовольно улыбнулся: «А

говорила, что как изменю, так сразу импотент. Всем бы быть такими импотентами».

С этими мыслями он осторожно высвободил руку, и чувствуя остро выраженную

физиологическую необходимость по маленькому, натянул джинсы и вышел на

воздух.

А на воздухе было хорошо. Дождь прекратил свою деструктивную

деятельность, небо очистилось и с него телеграфировали крупные умытые звезды. И

даже ветра уже не ощущалось. У шабашников продолжался праздник – слышался

идиотский смех, пьяный разговор и гитарные звоны. Ленька довольно потянулся,

подошел к ближайшему столбу, чиркнул джинсовым замочком и с облегчением

зажурчал. И вдруг со страшным криком согнулся пополам…

А случилось вот что. Подлец ветер, гоняя стаи туч, оборвал провода и конец с

электричеством упал на сырую землю. А дальше дело физики за седьмой класс. По

тугой соленой струе ток перебрался с одного оголенного конца на другой,

принадлежавший Леньке, и ударил… Мужчины, снимите шляпы и налейте себе чего-

нибудь покрепче.

Кое-как доковыляв до вагончика, Ленька, немного придя в себя, осмотрел и

ощупал пострадавшее место. Все было также, но что-то казалось не так.

Окоченевший от страха, он растолкал Оксану и сдуру поделился своим

злоключением. Опытная Оксана сразу взяла дело, извините за каламбур, в свои руки,

но сколько она не стимулировала и не целовала Леньку, его машинка не работала.

Не заработала она ни завтра, ни послезавтра.

Черное предсказание Нинки сбылось. Сбылось в самой тяжелой и

злокачественной форме.

Прошло еще смурных полгода. После неудачного квартирного размена Ленька

тихо, как мышь за веником, жил в по - пароходному маленькой комнатке в старом

районе города. Гранд мерзавка Нинка вообще-то не настаивала на разводе, говорила

Леньке, что они и так проживет. Но Ленька не хотел быть профессиональным

рогоносцем и уж очень он ненавидел Нинку за все хорошее, что она ему сотворила.

Нинка оправдывалась, клялась, что она здесь ни с какого боку не замешана, что это,

мол у него на роду, но Ленька не верил ей ни на вот настолько. Он не забыл тот

памятный разговор. И что умрет от воды – тоже помнил и твердо решил, что такой

радости он Нинке не доставит.

Но жизнь продолжалась. После базар-чуланской трагедии круг доступных

радостей его жизни сильно сузился, с чем Ленька, конечно, смирился не сразу. Он

покупал на базаре килограммами грецкий орех, пил настойку из крови молодого

петуха, сельдерея и корня ослиной колючки, нажимал на мясо и – ничего. Ленька

ходил на сеансы иглоукалывания, ездил в Москву, где за бешеные деньги подвергся

лечению у Кашпировского, разыскивал по глухим деревням Нинкиных коллег -

беззубых, зловещего вида старух и каждая находила у него порчу и снимала ее, но

результат был нулевой – радостей жизни не прибавлялось. Это было непоправимо.

Правда, после Кашпировского Ленька по неведомой причине постепенно из шатена

превратился в жгучего и кудрявого брюнета, но и эта метаморфоза его не радовала.

Надо было как-то жить дальше. Ленька уволился с прежней работы, где уже

знали о его горе, и влился в новый трудовой коллектив – стал работником ВОХРа.

Сутки работаешь, трое дома. Женщин там не было, да и люди служили больше

ветеранистые и седые. Все полегче.

Беда постоянно напоминала о себе. Он шел, чтобы развеять грусть, в кино, а на

экране люди только тем и занимались, что соблазняли и использовали друг друга с

необузданной страстью. Ленька дожидался первого интима и, матерно комментируя

увиденное, пробирался к выходу. По телику и в книгах то же самое. А Леньке это –

как нож в спину. Но никуда было не деться. Весь мир держался на сексе.

По ночам, подробно вспоминая свое прошлое, он понемногу плакал и помногу

курил. Студеное одиночество окружало его. Старых друзей он, боясь жалости,

избегал, новые не заводились. Да и зачем? И еще напасть. После того, как из-за

гипноза Ленька сделался брюнетом, он вдруг стал бешено нравиться женщинам. То

в автобусе какая уставится на него своими накрашенными бельмами и покраснеет,

то письмо с идиотским признанием по почте получит. Или соседка, у которой муж

сантехник, попросит его кран починить. «Известно, какой ей кран нужен. Потолще и

подлиннее» - понимал Ленька и, мрачнея, отказывался.

Иногда он на улице покупал что-нибудь порнографическое и подолгу

рассматривал дома. Может, прошло? Но не проходило. Все те же «полшестого», как у

сломанного будильника.

По первой Ленька стал крепко прикладываться к рюмочке, а потом и к стакану.

Решал проблему по-русски. И оправдание было хорошее. Это он как бы специально

так, чтобы уязвить Нинку. Вот, мол, из-за нее человек пропал и спился. Чтобы у нее,

змеюки, совесть наконец заговорила. Постепенно стал пить по - черному, надираясь

в стельку еще до свету. Но полноценным алкоголиком Ленька все же не стал. В одно

прекрасное утро он посмотрел на свои трясущиеся руки и вдруг отчетливо понял,

что может действительно легко и непринужденно спиться, а Нинке-то что от этого?