Чтение онлайн

Отто и не подумал бы сопротивляться существующему положению вещей, но с пути истинного его сбил собственный дядя Рихтер, который сам всю жизнь завидовал старшему брату (отцу Отто) и, несмотря на то что ни дед, ни отец не рассказывали тому об особенной миссии семьи, ему удалось многое узнать. Он и подвиг племянника на авантюру, рассказав о том, что смог узнать самостоятельно, и предложив объединить усилия.

Отто рассказал мне, как однажды вечером, года полтора тому назад, он застал в зале фамильного замка у камина дядю Рихтера, попивающего коньяк. Вообще все сыновья семьи Шварцман, кроме первенца, покидали родительский дом, едва им исполнялось шестнадцать лет. Им вручался небольшой начальный капитал, а в последних нескольких поколениях еще и деньги на учебу в Геттингенском университете, на этом помощь семьи заканчивалась. Любой из них мог вернуться в замок погостить. Старший в роду обязан был встретить родственника, его жену и детей, но, кроме пропитания и крыши над головой, в особенно сложной ситуации обыкновенно рассчитывать было не на что – каждый пробивался в жизни сам по себе.

Дядя Рихтер в свое время выбрал профессию врача, но звезд с неба не хватал, капиталов не нажил, имел небольшую практику и даже жену не завел, превратился в ворчливого зануду.

Отто тоже не особенно продвинулся на профессиональном поприще, хотя вслед за старшим братом выбрал археологию, но если тот не вылезал из экспедиций и сделал себе имя в научном мире, то младший Шварцман собственного научного направления не имел и даже профессором не стал.

В детстве Отто изо всех сил тянулся за братом, который был старше него всего на год. Он читал те же книжки, слушал ту же музыку, занимался теми же видами спорта, влюблялся в тех же девочек. Он старался делать все еще лучше, чем старший, чтобы обратить на себя внимание отца. Но для того существовал только старший сын, с которым он часто уединялся в библиотеке, подросшего брал с собой в экспедиции, советовался с ним и руководил его поступками. Сначала Отто пытался узнать у Клауса хоть что-то о том, что делают они с отцом в библиотеке, что у них за секреты, но постоянно получал в ответ: «Ты еще маленький, вот подрастешь…»

Потом просился вместе с ними в экспедицию, но слышал вновь и вновь обещания: «Возьмем в следующий раз». Он поступил на тот же факультет университета, что и брат, но к тому же научному руководителю (собственному отцу) не попал. Шварцман-старший отговорился тем, что его не поймут коллеги, так у них в университете не принято, ему и без того пошли навстречу с Клаусом.

И тогда младший решил обратить на себя внимание отца по-другому. Он, что называется, отбился от рук и оторвался на все сто. Не было историй, в которые он бы не вляпался. Отто Шварцман пьянствовал и менял девушек как перчатки, пробовал травку, даже в полицию попадал. Переходил с факультета на факультет: с исторического на юридический, потом – культурологический. Клаус уже стал профессором, а Отто все еще искал себя и признания отца. Но тому хватало старшего сына.

Может быть, если бы была жива мать, она поддержала бы младшего, но его рождение унесло ее жизнь. У него были няньки, воспитатели, но родителей по-настоящему не было.

Следующей выходкой Отто стала вербовка в армию. Услышав об этом, брат пожал плечами. А отец, как ему показалось, облегченно вздохнул, понадеявшись, что тот наконец-то найдет себя, ведь армейская карьера долгое время традиционно была поприщем одного из младших членов семьи.

В офицеры Отто не пошел из принципиальных соображений – он все-таки не хотел надевать мундир на всю жизнь, а вот в рядовых отличился: оказалось, что из него мог бы получиться хороший снайпер. Отслужив положенное по контракту время, фон Шварцман решил попробовать научиться управлять самолетом и вертолетом. Получилось, но во время одного из полетов вертолет потерпел аварию. Отто выжил, но после катастрофы пришлось долго лечиться и по состоянию здоровья отказаться от профессиональной карьеры летчика.

В конце концов он снова вернулся в университет на исторический факультет, но там занялся не археологией, а старинными манускриптами, начал изучать историю собственной семьи. И книги рассказали ему то, что недоговаривали родственники.

Легенда о том, что семья Шварцман обладает особыми знаниями, передавалась из уст в уста в их краях вот уже много веков подряд, а потом и находила отражение в печатных источниках. Одним из первых о необычных соседях упомянул в мемуарах сосед, пытавшийся выдать свою дочь замуж за одного из отпрысков богатого семейства. Почему ему отказали, он не написал, но обозвал соседей чернокнижниками и даже попытался настрочить донос в инквизицию.

То ли потому, что в Германии инквизиция была не так сильна, как в Испании, а скорее всего, потому, что из поколения в поколение один из их младших сыновей выбирал церковную карьеру и семья пользовалась авторитетом в церковных кругах, а может быть, и за счет крупных пожертвований церкви (откупились и в этот раз!), хода делу не дали.

Но мнение о роде Шварцман уже сложилось и было неоднозначным: их побаивались, к ним обращались за помощью, с ними стремились породниться и, наоборот, боялись отдавать за них дочерей. О путешествиях старших сыновей Шварцман ходили самые разнообразные слухи, об их богатстве слагали легенды, в нескольких из которых рассказывалось о том, что в семье хранится какой-то предмет (Вещь), благодаря которому старшие члены семьи обладают особой силой и богатством.

А в одном из старинных манускриптов, разысканных в библиотеке родового замка, ученый нашел сведения о том, что существуют и заграничные ветви семьи, их главы регулярно встречаются, после этого силы главы семьи возрастают.

Но Отто никогда не замечал никаких особых способностей отца или брата, да и супербогатой их семья, по его мнению, не была. Поэтому, что же делать дальше с этими знаниями, Отто не знал, пока не разговорился с дядей, потягивавшим коньяк перед камином.

– Тебе не обидно быть вечно вторым? – спросил тот племянника.

Сначала Отто просто пожал плечами. Но дядя продолжал рассуждения о том, что в наше время уже никто не придерживается средневековых традиций. И они тоже имеют право на семейные богатства. Но их старшим братьям невыгодно делиться, и во избежание семейных скандалов лучше их не трогать, но существуют и другие семейные ветви – за границей. Вот там-то можно попробовать испытать судьбу!

Это была их последняя встреча с дядей – вскоре того разбил паралич. Доктор, не раз спасавший своих пациентов, сам не выкарабкался и умер, так и не проникнув в тайну старшего брата.

Но идея разыскать отгадку семейных секретов в иностранных ветвях рода запала в душу младшему Шварцману. И он начал претворять ее в жизнь.

В наше интернетное время главное – правильно сформулировать вопрос. В университете грамотно обозначать проблему его научили. Так что вскоре немец нашел интересные сведения об испанской и арабской ветвях семьи. Они все вписались в местный колорит, их фамилии, сохранив значение «Черный», зазвучали на местных языках. Но в каждой семье старший сын обязательно был ученым-путешественником, и про каждую семью ходили легенды о том, что у них есть что-то особое, какой-то предмет, талисман, который позволяет им сохранять богатство и оставаться в числе влиятельных персон мира сего.

Выяснилось также, что английская ветвь дала ответвление в Америку и там тоже были «Черные» – Блейки, но в тридцатые годы прошлого века в мафиозных разборках вся мужская часть семьи была вырезана полностью. Вот только про русскую ветвь он долго не мог узнать ничего, пока не наткнулся на фамилию известного тарасовского археолога Павла Чернова. Выяснив, что семья Черновых переехала в провинциальный город Тарасов из Ленинграда, Отто почувствовал, что напал на след, а изучив маршруты экспедиций Романа и Павла Черновых, понял, что они бывали в тех же местах, что и его отец и брат.

И все же, выбирая, кого из «Черных» следует изучить поближе, сначала он сунулся было в Бразилию, но там не сложилось.

Самым реальным оказалось приблизиться к русским «Черным». Тут еще сыграла на руку встреча с Алексом Кузнецовым, с которым он познакомился в казино.

Среди пристрастий бурной молодости была и игра в рулетку. Больным игроманом Отто не был, но кости кидать любил. И время от времени расслаблялся в одном из злачных заведений Мюнхена. На этой почве они и сошлись с Кузнецовым.