Чтение онлайн

– В полицейских базах данных ее нет, – начал оправдываться Дык, – только что закончил проверку по каталогу социальных сетей. Там ее фото нашлось. Это Венера Сафина, тридцати шести лет. Живет в Тарасове, работает в отделе светской хроники тарасовской желтой газетки. Я тут нашел ее e-mail, побродил по почте. Она три месяца переписывалась с каким-то немцем. Его зовут Отто Шварцман. Как я понял, у них любовь, и он приехал в Тарасов.

– Шварцман, говоришь? – переспросила я. – А фотографии у тебя нет?

– Лови! – сообщил Дык и отключился.

Через десять секунд я рассматривала эсэмэски. Мужчина на снимке мне сразу показался знакомым, но только получив третью фотографию, я наконец-то поняла, кто это: тот самый иностранец, чью книжку про магию знаний я подобрала на столике летнего кафе.

Пришлось припомнить подслушанный за столиком кафе разговор. Помнится, эффектный иностранец уговаривал некую Грету не скучать, пока он добывает в России деньги на их совместную жизнь. Перезвонив еще раз Дыку, я попросила посмотреть, нет ли среди адресатов нашего героя дамы по имени Грета. Хакер попросил не класть трубку и вскоре выдал информацию о том, что в социальной сети среди друзей Отто Шварцмана есть некая Грета Кнауб из Мюнхена, которая пишет ему особенно нежные сообщения на форумах. В ее фотоальбомах есть снимки, на которых она вдвоем с Отто, причем тот обнимает ее довольно нежно. Мне даже просить не пришлось – Дык тут же прислал несколько эсэмэсок с целующейся парочкой. Я никогда не понимала, зачем нужно делать такие снимки, да еще выставлять их в Интернете.

Решив, что теперь достаточно вооружена для разговора с Венерой, я направилась в сторону автомобиля. Но, чтобы не насторожить даму, постаралась сделать вид, что просто иду мимо. Даже сотовый достала и изобразила общение с подружкой: «А ты? А она? Да что ты говоришь?» Разговаривая так сама с собой, я приблизилась к автомобилю, резко распахнула правую дверцу (неосторожная девица даже не сообразила ее заблокировать!) и уселась рядом с водителем, который, а точнее, которая даже растерялась от такой наглости. Кажется, у нее «в зобу дыханье сперло».

– Здравствуйте, Венера, – улыбнулась я. – Давайте знакомиться.

Звуки протеста, зарождавшиеся внутри девицы, не смогли вырваться изо рта, который она забыла закрыть. Так и сидела с открытым ртом и смотрела на меня.

Насладившись моментом и выдержав необходимую паузу, я решила представиться. Рассказала о том, что тружусь на ниве частного сыска, в данный момент занята делом некоего Якова Павловича Чернова, который обратился ко мне с просьбой выяснить, кто это устраивает ему мелкие пакости. Пакостей этих уже набралось не на одну статью Уголовного кодекса. А если учесть, что занимается их устройством группа лиц, то и наказание за это ужесточается.

Сафина закрыла рот, сделала круглые глаза и приготовилась стоять насмерть за любимого мужчину. Ну, что ж тут поделаешь, если в России большинство баб – декабристки. Но я погеройствовать ей не разрешила, а сразу показала свой сотовый. Благо экран у него большой и фотографии рассматривать удобно. Пока Венера рассматривала обнимающихся Грету и Отто, я поведала ей о своей недавней встрече в кафе. Подробно рассказала о заинтересовавшем меня иностранце, убеждавшем любимую женщину, ожидавшую его в Германии, потерпеть еще совсем немного – они станут неимоверно богаты и купят особняк в пригороде Мюнхена.

– Это было за десять минут до того, как вы подобрали его на перекрестке возле летнего кафе, – уточнила я.

Добил Венеру особняк в пригороде колыбели фашизма. Бедная женщина зарыдала, приговаривая:

– Это мне он обещал особняк в пригороде Мюнхена!

– Наверное, он сулит его всем женщинам, от которых ему что-нибудь нужно, – предположила я и посоветовала Венере облегчить душу, поплакав мне в жилетку.

Мне даже не пришлось запугивать ее перечислением списка статей УК, которые они нарушили, преследуя Чернова. Сафина сквозь слезы рассказала, как чуть больше трех месяцев тому назад на ее сайт в социальной сети зашел очень симпатичный блондин. Он неплохо владел русским языком, сама Венера учила немецкий в университете, хорошо знала немецкую литературу и культуру. Так что проблем в общении не возникло и тем для обсуждения было много.

Можно ли влюбиться в мужчину по письмам? Над этим Венера не задумывалась. В свои тридцать шесть лет она уже дважды побывала замужем, но оба ее избранника и в подметки не годились новому другу. Новые знакомые «болтали» обо всем на свете: он рассказывал о своем увлечении историей, она – о работе в отделе светской хроники, о мечте переехать в Москву, работать в серьезном издании. Оказалось, что они любят одних писателей и художников, оба пишут стихи, в которых говорится об одиночестве творческой души и невостребованности искренних чувств в мире, где правит доллар. Переписка становилась все нежнее и интимнее. Венера поняла, что если утром ее не разбудит эсэмэска или в электронной почте не будет письма от Отто, день не удастся. Постепенно они стали строить общие планы. Через месяц Отто Шварцман прилетел на три дня в Москву в командировку. Он выслал Венере билет. Они провели вместе два вечера и две ночи (днем Отто работал в библиотеках). На третий день Венера проводила его в Шереметьево и поняла, что не может жить без этого мужчины. Конечно же, они говорили о том, что неплохо было бы соединить свои судьбы. Но Отто признался, что он младший сын в семье, а у них принято, что титул и основной капитал передается старшему сыну. До этого Венера не знала, что его отец из знатной немецкой семьи – сначала Отто не спешил рассказывать о своих родственниках.

После встречи общение стало еще теснее и сердечнее. Отто все чаще писал о своей мечте – особнячке на окраине Мюнхена, где Венера станет хозяйкой и родит ему мальчика и девочку. Однажды, рассказывая об истории своей фамилии, он написал о том, что, по семейной легенде, в России у них были родственники, которые даже фамилию сменили и стали Черновыми. Сначала они жили в Санкт-Петербурге, а потом их следы затерялись. Когда-то они увезли из Германии древний манускрипт, описывающий место хранения какого-то особенного сокровища. Вот если бы они нашли этот документ и попытались отыскать клад…

Дважды разведенная и почувствовавшая, что появился шанс устроить свою личную жизнь, женщина поняла: это случай, который поможет все изменить. И решила помочь Шварцману.

Занимаясь светскими новостями, Сафина хорошо знала тарасовский бомонд. Когда-то сама описывала историю гибели старших Черновых, помнила, что Роман Ефимович переехал на Волгу из Ленинграда. Она-то и рассказала Отто о Якове – последнем из семьи Черновых. Она подробно рассказала о знаменитой в Тарасове семье и трагедии, постигшей Черновых из-за авиакатастрофы. Единственный наследник Яков не был финансовым воротилой местного масштаба, но в число тех, кем их желтая газетка интересовалась, входил. Так что досье на него в редакции имелось. Обо всем, что смогла узнать, Венера написала Отто.

Шварцман заинтересовался, приехал в Тарасов и начал следить за Яковом. Он остановился в гостинице, но ночевал у Венеры. Влюбленная женщина взяла отпуск за свой счет и выполняла все, о чем просил ее Отто, который не особенно посвящал ее в то, чем занимается, оправдывался тем, что это нужно для дела. Особенно много поручений он ей не давал. Самое серьезное – побывать в офисе Чернова, пособирать информацию среди сотрудников, соседей. Но чего-то особенно нового, чего не было в редакционном досье на Чернова, она не нашла. Лишь установила распорядок его дня, выяснила, что ездит он без охраны, даже квартира не имеет сигнализации. А еще она заметила несколько подозрительных личностей, контактирующих со Шварцманом. На вопросы о том, кто это такие, Отто не отвечал, отшучиваясь, что настоящие мужчины добывают мамонта самостоятельно, дело женщин – его правильно приготовить, обещал, что все будет хорошо. Но в последнее время женщину все больше волновало то, что любимый стал не таким нежным и страстным, она чувствовала какое-то охлаждение, уговаривая себя, что медовый месяц не может длиться вечно.

– Он как будто разлюбил меня, – пожаловалась Венера.

– А может быть, просто добился своего – нашел Чернова, и ты стала больше не нужна? – высказала я предположение и увидела, как на глазах у Венеры навернулись слезы.

Да, разочарование уже в третьем любимом мужчине это, пожалуй, слишком. Несовременная она какая-то, эта Венера. Стихи мужику писала… Вот он ей лапшу-то на уши и навешал, использовал, а теперь бросит.

Я не стала высказывать эти свои мысли вслух, а попробовала уточнить, что же она здесь делает.