Чтение онлайн

– Боюсь, что всё это может закончиться, остынуть, – честно ответила я после паузы. – Что учёба станет слишком сложной, что у нас будет мало времени друг для друга, что наши разговоры станут просто воспоминанием. Это мои первые серьезные отношения и я боюсь, что что-то вдруг пойдет не так.

– Глупости, – он покачал головой, но без насмешки, а скорее с нежностью. – Такие глубокие чувства, которые у меня внутри не могут просто так закончиться.

– А ты чего боишься? – спросила я, чувствуя, как его пальцы переплетаются с моими.

– Боюсь, что я недостаточно хорош для тебя, – тихо сказал он. – Что ты увидишь во мне что-то… не то. Или что я не смогу оправдать твои ожидания.

– Андрей, – я взяла его лицо в свои ладони и заставила посмотреть на меня. – Ты уже оправдал, всё, что было нужно. Остальное – ерунда.

Он улыбнулся своей тёплой, немного застенчивой улыбкой, и на секунду мне показалось, что он хочет что-то сказать, но передумал.

– Ты прав, – сказала я, отпуская его лицо и снова прижимаясь к его плечу. – Нам нужно больше таких разговоров.

– Договорились, – он поцеловал меня в макушку, и я почувствовала, как внутри разливается тепло.

Мы сидели молча, слушая, как ветер перебирает листья клёнов. Где-то вдалеке лаяла собака, потом стихла. Казалось, весь мир замер, давая нам эти минуты тишины.

– Я рада, что мы есть друг у друга, – сказала я наконец.

– Я тоже, – он сжал мою руку и повернулся ко мне. – И знаешь, я не хочу, чтобы ты когда-нибудь чувствовала себя одинокой. Если будет трудно – говори, если будет страшно – тоже. Мы справимся.

– Ты такой… уверенный, – я усмехнулась. – Откуда это в тебе?

– Не знаю, – он пожал плечами. – Наверное, потому что я верю в нас. И знаю, что ты – лучшее, что со мной случалось.

Я не нашлась, что ответить. Внутри было слишком много всего – благодарность, нежность, какое-то щемящее чувство, похожее на предчувствие счастья. Я просто прижалась к нему крепче, вдыхая знакомый запах и чувствуя, как его сердце бьётся ровно и спокойно – в унисон с моим.

Мы ещё посидели немного, болтая уже о более простых вещах – о том, какой фильм посмотреть на выходных, кто из преподавателей самый смешной, как Илья опять что-то уронил в столовой и делал вид, что это не он. Андрей рассказывал, как они с Ильёй в детстве построили шалаш во дворе, а потом пошёл дождь, и шалаш развалился.

– Мы сидели мокрые, но всё равно смеялись, – он улыбнулся воспоминанию. – А Мила была с подружками, мы её позвали, а она сказала: «Идите вы со своим шалашом».

– Она всегда такой была? – спросила я.

– Всегда, – кивнул он. – Но мы её всё равно любим. Точнее, Илья её любит. А я понимаю что без нее было бы очень скучно.

– А я её тоже люблю, – сказала я. – Она классная подруга.

– А я тебя люблю, – он сказал это так просто и как будто невзначай. Но я уверена, что он вложил в эти слова все свои чувства ко мне.

Я замерла. Сердце пропустило удар, потом забилось чаще. Мы встречались всего пару недель, и эти слова казались мне слишком большими, слишком серьёзными для такого короткого срока. Но он смотрел на меня без тени сомнения или наигранности.

– Ты чего? – спросила я тихо, чтобы голос не дрогнул.

– Говорю, как есть, – он пожал плечами. – Знаю, что рано. Но мне хватило этого времени, чтобы понять, что я не хочу быть ни с кем другим.

– Спасибо, – ответила я, не зная, что ещё сказать. – За то, что ты есть.

Он взял моё лицо в ладони и поцеловал – легко, нежно, почти невесомо, так, что у меня закружилась голова и появилось ощущение легкой эйфории. Закрыв глаза, я почувствовала, как время остановилось. И когда он отстранился, я поняла, что эти слова ещё не готова произнести вслух, но внутри они уже были. Где-то глубоко, в том самом тёплом месте, где рождаются самые настоящие чувства.

– Пойдём, – сказал он, вставая и подавая мне руку. – Холодно уже. А то ты заболеешь, и тогда придётся тебя лечить.

– Ты и это умеешь? – усмехнулась я,вспоминая рассказ Милы о том,как Андрей укутал ее в одеяло и напоил сладким чаем,после ее не совсем удачного знакомства с утками.

– Я еще удивлю тебя своими талантами, – он улыбнулся и я приняла его ладонь.

Мы встали и пошли обратно. Парк в сумерках казался таинственным – тени от деревьев ложились на дорожки, фонари горели тусклым светом. Я прижалась к Андрею, он обнял меня за талию, и мы молча шли вдоль гравийной дорожки, наслаждаясь тишиной.

Мы вышли из парка и снова прошли между корпусами. Студенческая деревня жила своей вечерней жизнью: кто-то возвращался с тренировки, кто-то нёс пиццу, кто-то сидел на лавочках и о чём-то оживлённо болтал. Я чувствовала себя частью чего-то большого и тёплого – и это чувство не имело ничего общего с общежитием, учебой или городом. Оно было связано только с ним.

– Хочешь, зайдём в ту кофейню? – спросил Андрей.

– А зачем? – я подняла на него глаза.

– Горячий шоколад купим, – он улыбнулся. – Я вспомнил, как ты говорила, что любишь его холодными вечерами.

– Поздно уже, – я покачала головой, но без уверенности.

– Для горячего шоколада никогда не поздно, – он потянул меня за руку.

Мы зашли в уютное небольшое помещение. Девушка с бейжиком “Ксения” на груди, приняла у нас заказ и мы присели подождать на мягкий диванчик графитового цвета. Спустя несколько минут мы уже сидели, грея замёрзшие ладони о тёплые бумажные стаканы. Я отпила маленький глоток – сладко, с нотками корицы, – и почувствовала, как тепло разливается по всему телу, прогоняя остатки вечерней прохлады.

Мы вернулись в общагу, когда уже совсем стемнело. Зашли внутрь, показали пропуски парням из службы безопасности общежития и поднялись на свой уже родной шестой этаж. Андрей остановился, повернулся ко мне. Его лицо было в тени, но я знала, что он улыбается.

– Спасибо за вечер, – сказал он.

– Тебе спасибо, – ответила я. – Он был… особенным.

– Я тебя провожу? – спросил он, хотя мы стояли у самых дверей.

– Мы и так у дверей, – усмехнулась я.

– Тогда… спокойной ночи, – он наклонился и поцеловал меня в губы – легко, почти невесомо, так, что у меня перехватило дыхание.