Чтение онлайн

А чтобы он не смог перезвонить, вообще отключила телефон.

Дурацкое положение. Более глупо я никогда себя не ощущала. И что делать, тоже не понятно. А может и вправду, слегка развлечься? Я вдруг разозлилась на них всех: на Верницкого, на милиционера, на Мишу, и даже на Константина Эдуардовича. Оказывается, я ему нравлюсь! А он ни намёком, ни полусловом! Черт побери! Ну, нельзя же так.

В расстроенных чувствах я вылезла из ванны и перебралась в комнату. А где-то через час, перекусив остатками захваченной из дому провизии, оделась по-боевому, взяла рюкзак с ботинками, подхватила лыжи и отправилась на гору!

Какой я мудрый человек! Хозяйка рассказывала мне, что некоторые её постояльцы, чтобы не таскать лишнего, прямо в квартире надевают горные ботинки и так и идут до базы. Не знаю, как они, а я и в обычной обуви замучилась, пока дошла. Три раза отдыхать пришлось, поскольку дорога, ведущая на базу, все время шла на подъем! Просто замечательно! Под конец пути мне уже никаких лыж не надо было. Поэтому я утешала себя тем, что хотя бы обратно идти будет легче – под уклон. Но всё же, я добралась до конечной цели. Едва обнаружив табличку «Камера хранения и проката», я свернула к ней.

В небольшом помещении размещалось несколько скамеек, и было открыто окно приёма вещей, где сразу же на звуки моих шагов показались двое мужчин. Я прислонила лыжи к стене и села переобуваться.

– Впервые у нас? – поинтересовался тот, что помоложе.

– Да, – буркнула я в ответ, пытаясь втиснуть ногу в ботинок.

– А вы язычок потяните на себя, удобнее будет, – посоветовал доброхот.

Я послушалась его и дело и вправду пошло быстрее.

– А неплохие у вас лыжи, – опять нарушил молчание мужчина, – давно катаетесь?

– Всю жизнь, – отрезала я, чтобы он отвязался.

– Ну-ну, как скажете, – пожал он плечами и, приняв рюкзак с обувью, выдал номерок, – сегодня все на Южном склоне катаются. Успехов!

Хорошо, что рядом был стенд со схемой, где какие склоны и как к ним идти. Разумеется, Южный склон оказался самым дальним. Зато ближайший и единственный кресельный подъёмник, сразу же понравившийся мне, был закрыт на ремонт. Стоящие передо мной лыжники приобрели в кассе карты для подъёмников. Я подумала-подумала и взяла себе карту на весь день!

Как и ожидалось, к Южному склону нужно было добираться пешком. Это оказалась сущая каторга! На ногах тяжеленные несгибаемые в подъёме ботинки, на плечах лыжи! Но люди вокруг меня легко и непринуждённо совершали переход к месту старта. Ничего, тяжело в ученье – легко в бою, думала я, отдыхая в очередной раз. Потом будет легче.

Сказать откровенно, по мере приближения к подъёмнику, окрестные склоны вызывали у меня все большее уважение и трепет. Одно дело разглядывать горы по телевизору и совсем другое – в непосредственной близи. Вершины гор укутались в туман, что вызвало в моей памяти строчки: «А горы все выше,/ А горы все круче,/ А горы взбирались под самые тучи,/ Что если я не дойду?/ Если в пути пропаду?» Однако подъёмник исправно работал, далеко-далеко наверху люди от него отцеплялись и стремительно летели вниз. На склоне было полным-полно разноцветных фигурок, и я воспарила духом. Не я одна такая, наверняка там полным-полно новичков. На месте разберёмся.

Некоторые опасения у меня вызывал способ подъёма. Но долгое наблюдение за лыжниками, как они подхватывали болтающиеся бугели (или как их там называют) и легко, парами, скользили вверх, убедило меня, что здесь затруднений не будет. Особенно мне понравились сноубордисты. Они поднимались наверх по одиночке, и подъем у них получался так ловко, а доски были такими яркими, что я даже пожалела, что купила лыжи. Наверное, надо было приобрести доску. А впрочем, все успеется, какие наши годы, и я отважно встала на лыжи. Крепления защёлкнулись, и я тут же поехала назад.

Пришлось упасть. Немного посидев, мне стало ясно, что к чему и кое-как поднявшись, теперь уже при помощи палок, я двинулась дальше. Надо будет учесть, что лыжи очень скользкие. Переняв манеру подхода к подъёмнику, я встала в очередь и вскоре достигла места старта. Тут я решила подниматься одна. Это была моя ошибка. Ухватив эту чёртову кочергу, я стала прилаживаться к ней, но в это время люфт закончился, и она рывком потянула меня наверх. Я чудом удержалась на ногах и, вцепившись в рукоять, поехала вверх, деревенея от страха, и боясь только одного – как бы не упасть. Что тогда делать – совершенно не представляла. И действительно, немного не доехав до конечной точки, я завалилась на бок. Запаниковав, я выпустила из рук бугель и, затрепыхавшись как рыба, вытащенная на берег, постаралась отползти в сторону. Отдышавшись, и выбив снег из-за шиворота, я кое-как встала на ноги и глянула вниз!

Мамма миа, Санта Мария! Чтоб мне пусто было! И за каким рожном я сюда попёрлась? Ведь предлагал Черкасов вернуться в Питер! Что я его не послушалась?

Вокруг были горы! Огромные-огромные! Противоположные склоны терялись в тумане. А люди внизу были маленькие-маленькие, как муравьишки. А этот Южный склон оказался крутой до невозможности. Хотя лыжники легко и непринужденно катились вниз. И ведь никто не падал! Я специально долго высматривала!

Тут рядом со мной остановилась молодая семья. Папа-лыжник, мама-лыжница и их сынишка лет шести, тоже на маленьких трогательных лыжиках и в красивом шлеме с нарисованными китайскими дракончиками.

– Мама! Я боюсь, – жалобно произнёс мальчик.

– Ничего, а ты потихоньку, – ответила мама и стремительно полетела вниз вслед за мужем.

Малыш постоял-постоял, опустил забрало, да и поехал себе вниз змейкой, змейкой, и вскоре скрылся из моих глаз. Я же набираясь храбрости, все высматривала, как именно спускаются вниз люди. Они приседали в коленях и, слегка наклонившись вперёд, уходили вниз по склону. Рассудив, что если трусить, то легко можно дождаться второго пришествия, я глубоко вздохнула и начала спуск…

И почти тут же упала. Недоумевая, как это получилось, я с трудом поднялась и поняла, что выбрав путь по кратчайшей прямой вниз, поступила неправильно. Лучше ехать по касательной. Я так и сделала, когда отряхнулась от снега. Метров двадцать я проехала довольно устойчиво, но настала пора, как говорят моряки, менять галс. Правильно развернуться я не смогла, и тут же стремительно полетела вниз. Скорость выросла мгновенно, и не успев испугаться, я закувыркалась по склону. Лыжи в одну сторону, палки – в другую, а я затихла, лишь сделав три кульбита. Отряхнувшись от снега и собрав снаряжение, я задумалась о причине своей неудачи и сделала вывод, что нужно тормозить на повороте, сводя носки лыж вместе.

Теперь я предусмотрительно повернула лыжи в сторону подъёмника и… Господи, как я не врезалась в опору? Не знаю. Лыжники, поднимавшиеся на бугеле, наверняка испугались сумасшедшей, которая подобно пушечному ядру пересекла их подъем. Затормозил меня огромный сугроб. Выбравшись из него и разыскав лыжи и шапочку, я упрямо очистила крепления и теперь покатилась по удобной плоскости. Где, весьма кстати никого не было.

Но тут сзади послышались голоса:

– Да куда же её понесло?

– Падай! Да падай же, дурёха!