Чтение онлайн

Давид перебил его:

— За нападениями стоят Юля и Богдан. Юля ему помогает. Но есть кто-то еще. Какой-то Юлин приятель. Именно он покушался на Марину и убил Эмму.

— Твою мать!

У Ани перехватило дыхание. Эмма мертва?! Ведь только пару дней назад она напала и оставила на ее теле почти зажившие царапины. Аня взглянула на Давида. Он пристально смотрел на нее, не отводя глаз.

— А что с охотой? Есть результат?

— Мы прочесали всю территорию. Леха вышел на след. Новый запах. Мы проверили. И, кажется, у него с Эммой был секс…

— Думаешь, Эмма могла помогать ему?

— Э-э-э… Я думал, он мог использовать ее, чтобы… Ну не знаю…

— Как видишь, он и без ее помощи замечательно ориентируется. Она скрыла от нас пребывание чужака. Как и Юля.

— Ты уверен, что Юля..?

— Уверен. Я с ней разберусь.

— Она все-таки твоя сестра…

— Она — член стаи, за которую я несу ответственность. И если она — причина того, что происходит, то будет наказана по нашим законам.

Аня вдруг осознала его одиночество. Он был абсолютно один в огромной Вселенной. Даже родная сестра оказалась предательницей. Стоило ли удивляться, что подобного он ожидал и от Ани? Нет. Но и прощать так просто она его не собиралась. Тем более, он и не просил прощения.

— Что будем делать теперь?

— Вечером мы с Аней вернемся в Крельск. Я останусь у нее. Проследи, чтобы к этому времени возле ее дома стояла охрана. Естественно, не явная. О нашем приезде никто не должен знать.

— Понял. Но… Разве ты сможешь выдержать в доме шаманки?

Давид улыбнулся Ане:

— Смогу.

В голосе его собеседника слышалось сомнение:

— Ладно…

— И не трепитесь о моем приезде. Все, мне пора.

— Давай.

— Пока. Аня прижалась к двери, стремясь быть как можно дальше от Давида. Он сидел за рулем очередной безумно дорогой машины и гнал по пустой трассе. Аня изо всех сил старалась не смотреть на его руку. Еще в квартире он избавился от повязки, и теперь Аня могла видеть длинный и кривой алый рубец на тыльной стороне его ладони. Ему она могла врать сколько угодно, но с самой собой приходилось быть честной. Уже невозможно было отрицать, что именно его руку она видела во сне. Длинные пальцы, темные волоски на запястье и широкий шрам. Наверное, она и впрямь сходит с ума, если придает сну столько значения. Но ведь Лея все так точно описала… И если существуют оборотни, почему не могут существовать загадочные шаманки? Аня почти слилась с дверью, уныло выводя пальцем невидимые узоры на стекле. Из слов той же Леи выходило, что мифическую власть Аня получит только после зажжения огня в чашах на площади Восьми лун. Ну, здесь долго гадать не надо. Видимо, речь о столбах вокруг дерева и камня с древними письменами. Аня как-то даже нарисовала один из столбов с чашей, в которой… горел огонь. Ох, да ладно! Это просто совпадение. Не могла же она и в самом деле догадываться, зачем они нужны?!

— Прежде чем ты выпрыгнешь из машины, я все равно успею тебя схватить. — Давид бросил на нее насмешливый взгляд.

Аня удивленно моргнула:

— О чем ты?

Он кивнул на свободное место ее сидения.

— У меня такое впечатление, что между нами сидит кто-то третий. Я тебе настолько неприятен?

Аня отвернулась и буркнула:

— Следи лучше за дорогой.

Давид рассмеялся. Тепло его смеха обволокло тягучей истомой. Аня исподтишка рассматривала Давида. Сегодня он выглядел потрясающе. Простые светлые джинсы, рубашка навыпуск с закатанными до локтей рукавами. Несколько верхних пуговиц расстегнуты, и в вороте проглядывает поросль на груди. Он казался невероятным. Волосы растрепаны словно после ночи бешеного секса. Одежда небрежна. Поза расслаблена. Почему-то сейчас он казался еще более опасным. Может потому, что от Давида, облаченного в дорогой костюм, она знала, чего ожидать. Весь его вид говорил о больших деньгах, с которыми лучше не связываться. Но от этого Давида… Можно было ожидать чего угодно. За его напускной небрежностью крылись невероятная сила, власть и огромный волк. Поковыряв пальцем дорогую обивку, Аня решилась начать разговор. Ей нужно знать хоть что-то.

— И как много… таких, как ты?

Давид бросил на нее удивленный взгляд.

— Оборотней?

— Ну да.

— Не много. Несколько десятков тысяч по всему миру. И становится все меньше.

— Почему?

— Не равные союзы.

Аня нахмурилась:

— Как это?

— Оборотни спариваются с обычными людьми. Кровь разбавляется, и через несколько поколений ген полностью исчезает.

Это звучало странно. С одной стороны, люди выглядели вторым сортом, с другой — Аня не могла винить оборотней за такое отношение. Они пытались сохранить свой вид.

— В твоем роду, конечно же, все оборотни? — Как ни старалась, Аня не могла скрыть сарказм в голосе.

Давид ухмыльнулся:

— Нет.

— Что-то мне не верится, что в твою родословную мог затесаться человек.

На этот раз Давид громко рассмеялся:

— Это был уникальный человек.

— Кто бы сомневался.

— Шаманка.

Аня выпрямилась на сидении:

— Издеваешься?

Давид посуровел. Его профиль смутно напоминал волчью морду. Между бровей залегла глубокая складка, челюсти сжались.

— Ни капли.

— Что случилось? — У Ани снова возник тот странный зуд в руках, под кожей — сумасшедшее желание его нарисовать.

— То, почему мы избегаем людей и предпочитаем с ними не связываться.

— Мне не стало понятнее.

Давид снова посмотрел на нее, изогнув черную широкую бровь. Даже сейчас он был красив. Почему он так воздействует на нее? Ведь внешне Артур и Стас ему ничуть не уступали. Но к ним она оставалась абсолютно равнодушной. Ему же не могла сопротивляться.

— Судя по твоей жизни в Питере, раньше ты не была такой настойчивой.

Это уже переходило все границы.

— Ты не имеешь никакого права лезть в мою жизнь! — Аню вновь накрыла алая пелена злости. Агрессия, о которой она прежде и не подозревала. Она ударила Давида в плечо кулаком.

— Моя обязанность — знать, кто и что угрожает стае. Поэтому, я «лезу в жизни» всех, кто оказывается на моей территории. — Он передразнил ее, сверкнув золотистыми глазами. — Тебе же ничто не мешает интересоваться МОЕЙ жизнью.

— Не сравнивай сбор досье и мой вопрос. Я просто пытаюсь разобраться в том, во что ты меня втянул.

— Так значит, ты все-таки поняла, кем являешься?

— Даже оборотни выглядят правдоподобнее, чем вся эта глупость про шаманок. Но у меня разве есть выбор? Как будто, ты отпустишь меня, если я решу уйти.

Давид вдруг резко свернул на обочину, пропуская автобус, на всех порах мчавшийся от Птичьего на разворот. Он остановил машину и отстегнул ремень безопасности.

— Иди!

Аня опешила от такой резкой смены настроения. Он смотрел на нее, не сдерживая ни ярость, ни волчьи черты, которые начали проступать на его лице. Пытаясь оставаться спокойной, Аня развернулась к нему:

— Это шутка? Розыгрыш? Очередная попытка меня унизить?

— Нет. Ты же так хочешь избавиться от меня. Я тебя отпускаю. Но с одним условием. У тебя есть полчаса форы. Сможешь за это время дойти до указателя, и ты свободна от меня до конца жизни. Не сможешь, остаешься в стае и даешь мне столько раз, сколько я прикажу. По первому же требованию.

Аня, как рыба, несколько раз беззвучно открыла и закрыла рот. В живот хлынула горячая волна предвкушения. Пришлось молча выругаться на собственную слабость. Ну и идиотка.

— В чем же тогда подвох? Неужели, рискнешь оставить стаю без «шаманки»? — Она скривилась и выплюнула уже почти ненавистное слово.

— В том, что я всегда получаю то, чего хочу. И никогда не упускаю свою добычу.

— Как я узнаю, что ты не жульничаешь?

— Отсюда до указателя минут пятнадцать на машине со скоростью улитки. Спустя полчаса жди видео-звонок — отчитаюсь, что я и машина находимся там, где ты нас оставила.