Чтение онлайн

Но почему жандармы позволили арестовать волкодлака? Кто позволил в магазинах снять сигнализирующий артефакт? Что происходит в Китеже?

Алекс не стал собирать с библиотечного стола газеты и собственные заметки. Накинул сумку на плечо и рванул к выходу. Надо позвонить Олегу! Что ему говорить и стоит ли обсуждать открытие по телефону, не знал. Но очень важно было услышать уверенный голос дяди и его заверения: все под контролем. Иначе же быть не может, раз Олег занят этим делом. Телефон есть в комнате у кураторов: туда, срочно туда.

Гудки, гудки, бесконечные гудки, Олег не брал трубку. Лихо!

Алекс бы продолжал висеть на линии, но дежурный куратор настойчиво попросила его уйти в покои и не нарушать распорядок. Как скажете, госпожа куратор. Алекс уже решил во что бы то ни стало вернуться в комнату кураторов ночью и попробовать дозвониться до дяди.

16 березеня

Светлая гимназия

Китеж, 2004 год

Маринка выползла в ванную, облокотилась на раковину и уставилась на льющийся поток воды из латунного крана. Шум воды отвлекал, боль чуточку унялась, но все равно казалось, что невидимая спица проткнула голову насквозь: от одного виска к другому.

Голова разнылась еще с ночи. Вот бывают такие сны, будто ты убегаешь от кого-то, убегаешь, а спастись никак не удается. Будто вязнешь в киселе, плывешь в нем, но картинка вокруг стоит на месте…Только вот типичный кошмар разрушил хриплый голос, твердящий раз за разом: “Яр'си-на-мир-у-аккун-тхэ”. Он шел из-за спины, или скорее отовсюду одновременно, и будто создавал тот самый кисель, из которого Маринке никак не удавалось выбраться. Нет, вот голоса и заклинания в обычных кошмарах и не бывает. Тело и сейчас покрывалось мурашками от древних слов.

Неужели снова Бездна? Маринка считала дни до весеннего равноденствия, на который Бездна могла проявить себя. Неужели так рано? Что же тогда будет в сам праздник?

Маринка окатила лицо водой, но облегчения не испытала. Спица снова пронзила голову. От тусклого света из окон резало в глазах, хотелось вернуться в спальню, спрятаться под одеялом, накрыть голову подушкой и просто исчезнуть. Она не понимала, сколько уже вот так стоит у раковины, но, похоже, давно опоздала на тренировку по фехтованию. Иногда сюда заходили какие-то девчонки, но Маринку они не трогали, и ей не было до них дела. А до чего было? До уроков? Не особо. Что угодно, лишь бы ее никто не трогал, не задавал вопросов и ничего не говорил.

Поэтому, когда послышался цокот каблуков и знакомый смех, Маринка оторвалась от раковины, шмыгнула за загородку к туалетным кабинкам и спряталась в одной из них. Эльвира будет много говорить, что-то наверняка спрашивать, чего Маринка совершенно не готова была воспринять. Она закрыла глаза, накрыла голову руками и надеялась просто переждать.

Эльвира оказалась не одна, за уже знакомым цоканьем каблуков раздались другие шаги, звонкий смех нескольких голосов. Зараза, это может оказаться надолго. Дверь к раковинам осталась приоткрыта, воду девушки не включали, Маринка отчетливо услышала голос Эльвиры:

– Какой цвет помады мне сегодня лучше? Так или так? – меняли оттенки они, конечно, специальным заклинанием, шедшим комплектом к помаде – «тысячи оттенков в одном флаконе».

– Ну-у не зна-аю, попробуй еще, – отозвался второй голос. Так тянула гласные только Виолетта. – Э-эля, я просто не представля-а-а-ю, как ты ее те-ерпишь!

– Мне этот кажется ничего, – вставил писклявый голосок, конечно, Лены. Они всегда ходили втроем.

– Ну не-ет, – ответила Виолетта, – попробуй чуть светлее и добавь блеска. Ты видела ее волосы? Там еще никто не свил гнездо? Она вообще с расческой знакома?

Зараза. Маринка приподняла руки с головы, провела по кудряшкам, которые только пушить расческой.

– Ха-ха, да, гнездо вместо волос! – рассмеялась Лена. – Неужели так сложно выпрямить этот ужас?

Только не о ней, пожалуйста, только не о ней. Надо срочно бежать! Сделать вид, что не слышала, и пройти мимо с гордо задранной головой. Или нагло поинтересоваться, про кого такого страшного они говорят. Но время шло, и Маринка поняла, что ее приковало к этой кабинке. Не то от боли, не то от неловкости.

Помимо этого, даже себе не хотелось признаваться, но очень важно было услышать ответ Эльвиры. Ладно Виолетта с Леной, пусть болтают себе, что хотят. Но с Эльвирой же они как будто действительно сблизились. Их вечера с молчаливым плетением ведьмовских кружев были такими настоящими! Или Маринка опять ошиблась?

– Кудри не обязательно распрямлять, – задумчиво протянула Эльвира. – Увлажнять, фиксировать – и прическа была бы хороша. Еще и в золоте… Думаю, такой тон – идеально, – Маринка в благодарности прикрыла глаза, пока Эльвира не продолжила непривычно злым, язвительным тоном. – Но, надеюсь, никто ей об этом никогда не расскажет, и она так и будет ходить с патлами.

Виолетта с Леной чайками подхватили эти «патлы», начав повторять слова подруги каждая на свой лад. Маринка снова прикрыла голову руками и крепко зажмурила глаза. Девушки, конечно, могли говорить о ком-то другом, но… Надо встать, расправить плечи и выйти к ним. Надо! Но как это все вынести еще и со спицей в голове?

– И я так и не понимаю, почему он с ней так таскается, – сердитым голосом продолжила Эльвира. – Заботится! Я видела, он ей вчера даже шоколадку принес. Раньше ничего не дарил. Она же страшненькая! Ресницы и брови бесцветные, глаза будто жабьи. А он на меня даже не смотрит, пока я рядом с ней ошиваюсь. Со всеми локонами, с макияжем! Все Марина-Марина, всегда Марина! Приворожила она его что ли?

– Магии не хватит, – ядовито пискнула Лена.

– Ты вообще красотка, дорогая, – успокоительно протянула Виолетта. – Когда ты уже разрешишь нам устроить этой неведиче темную? Пусть поймет, как мажицам дорогу переходить.

– Рано, – строго сказала Эльвира. – Врага надо держать на поводке, девочки. Мой папа всегда так говорит. Идемте, надо успеть занять место за его партой. Уроню сегодня на алгебре ручку и попрошу его поднять. Вода камень точит. На уроки опоздаем!

Новое цоканье каблуков Маринка встретила, забравшись с ногами на закрытый крышкой унитаз: обнимала коленки, не поднимала головы. Так значит, мало ей Глефова, еще и Эл… Окопова. Ну зачем же так разом-то? Из-за лучшего друга! Еще и голова. У Маринки уже не оставалось сил, чтобы дойти до кровати, или лучше куда-то еще? В гимназии должен быть медпункт или как тут его, пронеслось где-то в отголосках сознания, но Маринка так и сидела в кабинке туалета. Не двигалась, старалась просто не быть.

Прозвенел звонок хрустального колокольчика, в гимназии воцарилась тишина, поэтому топоточек маленьких ножек Маринка услышала издалека. Но была не в силах хоть как-то сопоставить звук и знакомый образ.

– Барышня? – дверца кабинки, даже не запертой, распахнулась. Маринка тяжело приподняла голову, и в проеме на уровне своего лица заметила соломенную шевелюру с узенькими глазами-пуговками. А рядом с ней миниатюрное ведро с водой.

– Здравствуйте, Агаша, – кое-как прошептала Маринка, узнав домовую, она постоянно убиралась в девичьих покоях. – Извините, я вам мешаю…