Чтение онлайн

Как ей быть? Глефов вполне понятно показывает, что дружить с ней не намерен, да и ей самой все меньше хотелось с ним хоть как-то контактировать. Как он вчера застыл, как на весь курс закричал! Нет уж. Ничего, Маринка потерпит, не впервой – не будет к ребятам приближаться, пока Глефов с ними. Жаль, с Сережей тогда меньше получится общаться, он-то, как и Глефов, редко оставался ночевать в гимназии. Зато Алекс здесь каждый вечер, а ей не привыкать дружить только когда вся ученики разъезжаются по домам.

Маринка вздохнула. Вот бы Вику рядом, но она осталась где-то там, в другой жизни. Правильно осталась, но у Маринки все не получалось прекратить скучать. Особенно в такие моменты.

– Доброе утро, душечка, – раздалось у уха, Маринка вздрогнула. Ах, это опять Эльвира, еще и с этой «душечкой». Да, все девчонки из Китежа называли этим пыльным словом своих близких подруг, Маринка кое-как заставила себя на него не поморщиться. Да и не верилось совсем.

Эльвира мажица. Сто пудов из хорошего рода, с манерами вот. Темные маги никогда не лезли ни к кому за пределом своих классов. Светлые-то, похоже, все не такие – Маринка покосилась на Алекса и Глефова, тоже магов, и волшебника Сережу, с которым они спокойно общались. Но настойчивость Эльвиры все равно казалась подозрительной.

Или это Маринка после последних месяцев в Темной, после ссоры с Викой, всех теперь в штыки воспринимает? Ну вон же как улыбается, приветливо.

– Ты в следующий раз без меня не убегай, пожалуйста, – продолжила Эльвира. – Вместе бы пошли. Или за тобой Вампилов опять зашел?

– Алекс не любит, когда его по фамилии называют, – рассеянно пробормотала Маринка, потому что большие двери, главный проход, распахнулись, и в зал вошел крепкий седой мужчина в белой фехтовальной форме, как у спортсменов-неведичей. С сетчатой маской под мышкой. Тренер Игнатов, вспомнила Маринка его имя из рассказов Алекса о занятиях.

– Стано-вись! – зычно крикнул он на весь зал, и пятерки выстроились в линейку. – С нами дамы? Ну что ж, пополнению всегда рады. Разминку начи-нать!

***

Нет, это точно первый и последний урок этого палкомахания. Однозначно. Больше Алекс ее в эту душегубку не заманит. Еще только половина тренировки, а сдохнуть хотелось последние минут сорок из сорока пяти. С разминки. Ноги ныли и предательски тряслись, Маринка тяжело дышала, вышагивая по дощатому полу, и не замечала ничего и никого вокруг. Друзья ни друзья, Глефов ни Глефов – ерунда. Главное дышать! А им еще даже оружия не выдали. Все кузнечиками скакали взад-вперед по залу на полусогнутых ногах.

С легкой спортивной шпагой и мишенью стало веселее. Шаг вперед, шаг назад, выпад, укол в третью позицию. Клинок пружинил от резиновой мишени, и было забавно представлять на его месте не человека, конечно, но какого-нибудь страшного монстра. Ноги все также ныли, и рука с «легкой» шпагой тут же стала отваливаться, но терпеть эту пытку уже проще.

И вот, ура, построение. Маринка перевела дух, встала в строй, осмотрелась. А где Эльвира? Перед Маринкой же стоять должна была. Заметила ее сидящей на снаряде с выставленной в сторону ногой. Время от времени она терла лодыжку.

– Ну что, приступаем к поединкам? – с довольной улыбкой сказал Игнатов, окинул взором неровный строй. Остановил задумчивый взгляд на Маринке, и быстро выставляя руку, указывал с одного на другого мальчишек, – Ты и ты – на первую дорожку, ты и ты – на вторую, вы оба – на третью. Александр со мной, а вы, Георгий, боец опытный, отработайте с барышней укол в третью и защиту. Покажите ей, что фехтование – это интересно. Нам в сборную в следующем году обязательно девицы нужны, – с усмешкой добавил он.

Снова Глефов. Зараза. Маринка заметила, как Алекс довольно улыбнулся, перед тем как спрятал лицо за фехтовальной маской. Маринка тяжело вздохнула и вслед за остальными взяла из откуда-то появившейся корзины свободную маску и натянула себе на лицо. Какие ей сборные! Пошла за Глефовым – он уверенно направился к свободной дорожке, встал у посветлевшего за время тренировки окна. Прямо напротив нее молчаливый и хмурый, губы поджал и, коротко кивнув, надел маску. Она не сдержалась и высунула под маской язык – все равно не заметно сквозь сетку. Глефов принял боевую стойку, выставил вперед шпагу. Маринка повторила – в ангард.

И замерла. Глефов тоже не двигался.

– Начали-начали! – раздалось сбоку, Игнатов шагал между дорожками. – Георгий давайте же, шаг, укол в третью с выпадом. Барышня – шаг назад, еще шаг и защита. Повторяйте!

От атаки Глефова она отмахнулась как-то само собой: только концентрировалась на координации шагов и движения руки, смотрела куда-то на ноги, и вот уже шпага легко задрожала от встречи с другим клинком. Получилось. Теперь Маринкина очередь атаковать. И снова застыла, боялась ударить: вот этой палкой, по человеку. Взять и ударить? Но бить же нельзя, никого и никогда, да? Но тут-то нужно. Чуть отвела лезвие шпаги в сторону и ударила снова – в кончик шпаги противника.

– В воздух не бьем, не на балете! – и снова над самым ухом голос Игнатова. – Ну, шевелитесь!

Не человек. Не битва. Упражнение. Шаг вперед, выпад, укол. Защиту поставил. Поменялись. Снова. Еще раз. И еще. Как с мишенью, лица Глефова не видно, это вовсе не этот неприятный… мерзкий… высокомерный… Отвлеклась, не выставила шпагу в позицию защиты и согнулась от резкой боли в животе, под самыми ребрами. Четкий укол прилетел точно в солнечное сплетение.

– Ой… прости… я не хотел, – раздался испуганный голос. Пропитанный жалостью голос дурацкого Глефова.

Марина нахмурилась и только покачала головой. Пальцы крепче сжали рукоять, стиснула зубы, впилась взглядом в противника, глубже села в стойку. Шаг вперед, выпад, и одновременно выбросила руку со шпагой вперед.

Сама не заметила, как удары стали жестче и стремительнее, будто она захотела дотянуться кончиком клинка до противника. Глефов, наоборот, мялся и колол с задержкой, вполсилы. Вот же, а! В ответ Маринка еще быстрее шагала и колола, больше силы и злости вкладывала в каждый удар.

И как так получилось? Случайно вышло, или все-таки Марина хотела этого – так сама и не поняла. Была не ее очередь атаковать Жорика. Стоило защищаться, а она наоборот сделала шаг вперед с наведенной шпагой. А Глефов в этот момент завел шпагу на укол, сделал шаг вперед и будто сам напоролся на выставленный клинок.

Марина прикусила губу и так и застыла с вытянутым оружием. Он пошатнулся, схватился свободной рукой за бок, но быстро выпрямился и снял маску.

– Ты же специально, – пристально глядя на Маринку печальными зелеными глазами, тихо сказал он. Никто не услышал.