В конце вечности
Шрифт:
Где то в глуши этого мертвого леса, то и дело щелкали сухие ветки. Кто то или что- то следовало за ними. Это сравнительно недолгое шествие в неизвестность уже порядком встревожило Остапа, и он даже несколько раз попытался заговорить с всадником, в надежде получить ответ куда они держат путь. Однако Ангел смерти продолжал упрямо хранить молчание, степенно направляя своего коня, вперед, по холодной и пыльной дороге.
Когда всадник остановился, Остап увидел впереди пологий склон уходящий глубоко вниз. Картина представляла собой дорогу на дно пересохшего озера, со всех сторон окруженного дремучим лесом. На дне этой песчаной воронки высились массивные ворота, прикрепленные к широким колоннам. Створки ворот были плотно закрыты, однако из небольших щелей, наружу пробивались лучики света, в то время как вокруг уже царил густой полумрак. Было в этих странных воротах, что- то зовущее, завораживающее и Остап даже на мгновение позабыл о своем проводнике, и двинулся им на встречу. И лишь сухое – Прощай. – Брошенное ему в спину Ангелом смерти, заставило его обернуться и растерянно махнуть рукой вслед удаляющейся фигуре.
Затем Остап снова посмотрел на ворота, так пленительно манящие его. Ему не терпелось как можно скорее их коснуться. На одном дыхании он сбежал вниз и поравнявшись с ними, всем телом прижался к одной из створок. Теплый металл, ласково отозвался на озябшей коже легкими мурашками. Прижимая ухо к воротам, он услышал струящуюся с обратной стороны музыку. Это были звуки истинного счастья, льющегося из самой колыбели человечества. Там за этими тяжелыми вратами, был истинный финал, единение с абсолютным, тот смысл ради которого и был создан человек.
Непреодолимое желание попасть внутрь захлестнуло Остапа с головой. Он с силой надавил на одну из створок, та поддалась, и яркий свет, вырвавшийся наружу, ослепил его, заставив заслонить глаза рукой. В памяти вдруг заметались картины прожитой жизни, ее события и лица. А в это время, из леса, стали появляться на свет странные темные фигуры. Ими были те самые неуловимые попутчики, что следовали за Остапом всю дорогу. Силуэты стремительно приближались и окружали его. К своему удивлению в каждом из незваных гостей он узнал самого себя. Двойники вдруг все разом заговорили, с ним, стали качать головами, навзрыд плакать и причитать. Остап пытался сосредоточиться то на одном то на другом, и вдруг понял, что это его собственная исповедь. Двойники каялись ему в его же грехах.
Как оказалось, о многих бессовестных и постыдных поступках он давно позабыл, и лишь сейчас, они выползали из потаенных уголков его памяти. Остап осознавал сейчас, что прожил жизнь, не так достойно как мог бы. Он лгал, порою брал чужое, и не всегда возвращал долги, обижал кого то и с позиции силы доказывал свою правду. А еще порою был безразличен к людям, ищущим его участия.
Все эти нюансы темной своей стороны, он искусно прятал, насаждая ими тот самый дремучий лес своей памяти. Однако обитатели этого леса никуда не делись. Вот они, все разом вышли на свет и заявили о себе. А позади тем временем раздался скрежет, и распахнутые им ворота вдруг стали закрываться. Остапа охватила паника. Он стал протискиваться сквозь стоящих на его пути двойников, но они вовсе не горели желанием его отпускать, и падая ему под ноги, вцеплялись в него мертвой хваткой. Остап кричал, бил их и рвал их одежду, толкал и тащил на себе, но ворота неумолимо закрывались. Перед самым его лицом они захлопнулись, металл их деформировался, в мановение ока покрылся ржавчиной и рассыпался в труху, утонув песке вместе с колоннами.
В черном унынии Остап рухнул на колени и по- волчьи завыл. С этим воем, исчезли проклятые двойники, словно отпущенные этим немыслимым горем грехи его жизни. Все было кончено.
Где-то позади, послышался глухой топот приближающегося коня. В зареве рассвета показалась знакомая фигура Ангела смерти. Приблизившись к Остапу, он спустился с коня.
–Очередная неудача. – Подытожил Ангел.
Остап, пересыпая из руки в руку холодный песок, взглянул на своего недавнего провожатого. Сейчас он почему то уже не казался ему таким уж важным, опасным и загадочным. Словно только, что пережитое величайшее разочарование, притупило в нем всякий страх и наделило безразличием ко всему.
–Ты кажется, попрощался?– Холодно произнес он.
–Верно. Ты ведь вполне мог оказаться хорошим человеком, и мы бы никогда не увиделись. Но к счастью ты видимо подлец и мерзавец.
–К счастью? Что еще за вздор?! – возмутился Остап.
–К моему счастью, и к моей удаче. Ты тут не причем. Но ближе к делу. Я, возможно, огорчу тебя, но больше подобного шанса эти ворота, тебе не предоставят. И скажу больше, у тебя было предостаточно попыток. Ты их не помнишь, но их помню я. Раньше, я бы отправил тебя обратно, туда откуда ты пришел. Но, увы, больше я этого сделать не могу.
–Почему же?– Оживился Остап.
–Потому, что закончилось ваше время. Разве ты не заметил, что женщины больше не рожают детей? Там на земле сейчас последние поколения. Больше туда никто не придет. Будут лишь уходить.… Всему когда – то приходит конец.
–Здорово! И что теперь? Я остаюсь тут? С тобой и твоей лошадью? Отряхнув руки от песка, спросил Остап.
–Нет, я привык к одиночеству, и признаюсь не горю желанием менять своих устоявшихся предпочтений. Ты отправишься в лимб. И останешься там с такими же как ты, не праведниками и не подонками. Скучно не будет. Вечность в обществе единомышленников…. Почти рай, не так ли? Но у меня есть для тебя предложение.
–Я весь во внимании. – Поднявшись и уперев руки в бока, произнес Остап.
–Я могу вернуть тебя обратно. Там у тебя будет еще один шанс себя проявить, и эти ворота появятся вновь, когда ты вернешься. Однако есть одно условие. Ты должен спасти оного человека. Это женщина, ее зовут Эльза. Она находится в вашей деревне.
–Постой, ты видимо ошибся, я всех знаю в деревне. Нет у нас Эльзы. Да и вообще больше никого нет. Какие – то лешие перебили всех и сожрали…
–Знаю. – Оборвал Ангел рассказ Остапа. Это теперь ты их зовешь лешими и людоедами. А когда то они были, вполне себе обычными людьми. Их передки управляли твоими предками. Хотя справедливее было бы сказать, что они на них паразитировали. А потом передрались как псы, отравили своими войнами землю, сделали ее непригодной для жизни и скрылись в своих подземных убежищах. Спустя столетия, они стали вырождаться, дичать, питаться друг другом и плодиться от своих матерей. Человеческой души, в них больше нет, теперь все они, лишь животные.
–Плевать на них. Причем здесь девчонка? Оборвал затянувшийся рассказ Остап.
–Притом что девчонка еще живая, а там не осталось никого, кроме твоего глупого друга и старца. Они, спасаясь от диких, уйдут, и не станут входить в деревню. Эльзу сейчас сторожит, кстати, твой волк, но это ненадолго. Если им не помочь, то дикие люди скоро разорвут их на части.
–Я все еще не понимаю, какая Эльза? Я знал всех…
–Уймись, ты не всех знал. В том доме, возле церкви, который так усердно охраняли, не было никаких сокровищ. В нем жила Эльза. Это не просто женщина. Это даже не человек.
–Это уже интересно. И кто же она?– почесывая бороду, спросил Остап.
–Это Ангел. Не знаю для чего именно, но перед тем как стереть вас с лица земли, к вам отправили трех Ангелов. Она одна из этих посланников. Она должна жить.
–Да чтоб тебя! Чего ты тянул столько времени?! Возвращай меня туда пока не поздно!
–Не гони лошадей Орбодиан! Все под контролем. Ты вернешься в тот же момент, когда покинул тело. Здесь время течет иначе. Но я ценю твое рвение.
–Что еще за Орбодиан?– Вскинув бровь, спросил Остап.
–Здесь тебя так зовут. Твое бессмертное имя. Хотя называй себя как хочешь, мне до этого нет дела.
–Почему же я его не помню? – нахмурившись, спросил Остап.
–Вспомнил бы, если за ворота впустили. Не благодари за этот подарок, будет тебе авансом. Я верю, что ты справишься, и в следующий раз ворота окажутся более сговорчивыми.
Ангел несколько раз громко хлопнул в ладоши, и на опушке леса показался еще один конь, который рысцой приблизился к Остапу.
–Влезай в седло, мы отправляемся обратно. – Буркнул Ангел, и неспешно направил лошадь вверх по дороге.