Чтение онлайн

— «Королева фей», Эдмунд Спенсер. Непростая для чтения.

— Но не для вас.

В голосе Бейна прозвучало что-то такое, что заставило Мэри ему подчиниться, ей по-прежнему было трудно разгадать его намерения. Он напоминал ей темного ангела, которого изгнали с небес. Ведь семья тоже не признавала его. Как же она его понимала. В сердце проснулось сочувствие.

Она прекрасно знала, каково это — чувствовать себя одинокой.

Мэри опустила глаза и открыла обложку.

«Навсегда поселившейся в моем сердце Лауре, ЛББ», — увидела она. Б, должно быть, означает Бейн. Если так, Мэри странно узнать имя графа. А если он дал книгу Лауре, почему она к нему вернулась? Мэри взглянула на него, он лишь кивнул, чтобы она продолжала. Мэри открывала самое начало. Страницы были потертыми и замусоленными.

— Похоже, книгу часто читали, — буркнула она.

— Да.

Мэри покраснела, услышав в его голосе нотки равнодушия. Он явно не собирался давать ей никаких пояснений. А она слишком горда, чтобы настаивать.

Мэри пробежала глазами первые несколько строк, чтобы поймать ритм.

Немного поколебавшись, она справилась со слогом и древним письмом. Однако все ее трудности были связаны не с текстом. Она почти кожей чувствовала присутствие графа. От одной только мысли о нем все чувства начинали путаться. Даже его взгляд вызывал дрожь по всему телу.

Несколько минут спустя она погрузилась в мир рыцарей. Одна за другой с ее языка слетали изящные строфы.

Постепенно Мэри стала осознавать, что ей вторит низкий мужской голос, сначала шепотом, потом все громче и громче, пока, наконец, их голоса не слились в унисон. Только граф читал по памяти.

Голос Мэри опустился до шепота и совсем стих. Она посмотрела на него. Мысленно он был в другом месте. Его мрачное лицо выражало печаль, словно строки, которые он произносил, воскрешали в памяти далеко не самые счастливые воспоминания.

Дочитав первую песнь, он, казалось, пришел в себя и понял, что Мэри давно перестала читать. Слабый румянец окрасил его скулы.

— Вы очень хорошо читали, — одобрил он.

— А вы знаете поэму наизусть, — отметила Мэри.

— Я так часто ее слышал, кажется, она навсегда запечатлелась в моей памяти.

Граф забрал книгу и сунул во внутренний карман.

Сердце Мэри сжалось при мысли о Лауре, чью книгу граф хранил у самого сердца. Уж не ревность ли это?

— Она принадлежала моей матери. — Его по обыкновению резкий голос стал совсем хриплым, словно ему трудно было говорить. — Это было единственное, что она взяла отсюда, кроме меня.

Мэри с удивлением обнаружила, что испытала облегчение — книга не принадлежала его возлюбленной.

— Кто ей подарил? — осмелилась спросить она.

— Муж.

Мэри отметила, что он не назвал его отцом.

— Она без конца ее перечитывала, — продолжал граф. — Много раз после того, как мы узнали о его смерти. — Он отвел глаза, явно не желая выдавать свои чувства. — Она напоминает мне о матери. Спасибо, что согласились почитать.

Мэри хотелось сказать слова утешения, но ее не покидало чувство, что он сказал больше, чем хотел.

— Благодарю. Мне не доводилось читать ее ранее.

— Разве она не входит в школьную программу? — Граф обрел привычный тон.

Мэри вздохнула.

— В сутках так мало времени, а успеть нужно многое.

— Например, погонять разбойников зонтиком?

Она подняла глаза и увидела легкую ухмылку на его губах. Граф шутит над ней? Или издевается? Мэри предпочитала об этом не думать.

— Есть вещи, которые считаются важнейшими занятиями для женщин, — ответила она как ни в чем не бывало. — Рукоделие, французский, с этим я согласна, рисование, правила хорошего тона.

— Очень полезные занятия, не так ли?

— Безусловно, полезные для тех, кто ищет мужа. — Мэри встала, граф последовал ее примеру.

— Прошу меня простить, милорд, но мне пора спать.

— Должен заметить, вашей ноге уже намного лучше.

Он прав. Мэри поправлялась гораздо быстрее, чем обещал доктор. Через день-другой она сможет нормально ходить. Но ей совершенно не хотелось показывать это графу.

— Я совсем не двигалась. Не сомневаюсь, когда доберусь до комнаты, нога снова заболит.

— Вы должны позволить мне вам помочь.

Ох, она бы с радостью попала в эту ловушку.

— Благодарю вас, но я прекрасно справляюсь одна. — Мэри потянулась за тростью.

Пока она вставала, напряженное выражение не покидало его лица, от былой теплоты в глазах не осталось и следа. Они стали холодными как лед. Неужели он обиделся на то, что она отказалась от его помощи?

— Мне полезно ходить, — проговорила Мэри, надеясь смягчить обиду, если, конечно, она правильно поняла выражение его лица. — Я слишком долго сидела.

На скулах графа заходили желваки.

— Как вам будет угодно, — поклонился он.

— Желаю вам спокойной ночи, милорд. Благодарю за приятный вечер.

— Видно, что хорошие манеры входили в учебную программу, — сухо бросил он.

На всем пути до своей комнаты Мэри не покидало чувство, будто за ней следят. Она ощущала покалывание в затылке, однако, всякий раз оборачиваясь, не находила никого за спиной. Мэри вздрогнула, вспомнив рассказы Джеральда о призраках.

Может быть, все гораздо проще, его светлость шел за ней, чтобы она не заблудилась? От этой мысли на душе стало теплее.

Но неровному полу расползался луч света. На скалах, прилегавших к тоннелю, и потолке плясали отблески. Внутри простиралась непроницаемая темнота. Пол под ногами уходил вниз. Крутой. Неровный. Мэри слышала шум моря, громкий рев, пробивавшийся через скалы.

Впереди замаячила фигура.

— Не бойся, — тихо прошептала она.

Фигура то появлялась перед ней, то исчезала за углом, оставляя за собой только слабое свечение. Пока она двигалась вперед, фигура все время находилась впереди. Белая Дама. Это могла быть только она.