Чтение онлайн

Энни решила, что хочет исчезнуть, если не может летать или превратиться. И напиться до состояния разве-мы-только-что-трахались. Все, что ей было нужно, это одно пиво или двенадцать.

И мужик, Хэзер будет взбешена, когда обнаружит, что Энни украла несколько сувениров из дорожной сумки Данте, когда убегала.

Энни рассмеялась. Смех был таким же хрупким, какой она себя чувствовала. Если бы она споткнулась и ударилась головой о тротуар, разбилась бы? Как старый добрый Шалтай-Болтай? Она глубоко вдохнула и тут же пожалела об этом, потому что пряный запах карри и сосисок заставил ее желудок сжаться от мигрени-тошноты.

Шины шуршали по мокрому асфальту, когда машины проезжали мимо нее, огни раскрывались сине-белыми светящимися баннерами по всей блестящей улице. Пара ярких фар, словно два солнца, ослепила Энни. Она подняла руку, чтобы защитить глаза. Автомобиль, большой урчащий пикап, остановился на обочине. Она подошла к пассажирской двери, как только та открылась.

Симпатичный кудрявый блондин, которого Хэзер расспрашивала в доме, облокотился на сиденье, на его губах была улыбка.

— Тебя подвезти, Энни? — спросил он.

Потому что тоненький голосок внутри нее кричал: «Нет», — Энни забралась в пикап с бешеным пульсом и закрыла дверь.

Сиэтл, Вашингтон

24 марта

Нет-нет-нет! Я пошла повеселиться! Оставь чертово сообщение! Или не оставляй!

Хэзер не стала оставлять сообщение. Она завершила звонок, затем в отчаянии швырнула телефон на кровать.

— Черт! — Она не могла не думать, что Энни убежала из-за того, что услышала от Лайонса.

Она не знает, что я виню отца, а не ее.

Но даже не это было хуже всего. По пути к окну Энни обшарила сумку Данте, сперла его iPod, несколько рубашек, бутылку абсента и его песенный журнал.

— Она может забрать себе весь гребаный хлам. Единственная вещь, что меня заботит, — это журнал, — сказал Данте мягко, потом пожал плечами — ничего страшного.

Но Хэзер слышала боль в его голосе; журнал был особенным.

У нее возникло ощущение, что Энни нутром чуяла, утрата каких предметов ранит Данте больше всего. Наверно, потому что она тоже музыкант. Хэзер не была полностью уверена, почему Энни хотела причинить боль Данте. Возможно, просто чтобы убедиться, что может это сделать, или потому что он ей понравился. И, возможно, она даже хотела причинить боль не Данте, а Хэзер.

А возможно, что все это вместе.

Хэзер могла разоблачить личность убийцы, разгадать его мотивы и, иногда, предсказать следующие действия, но не могла понять собственную младшую сестру, как бы ни старалась.

Она плюхнулась на кровать и потерла лицо, чувствуя себя измученной и уставшей. Энни могла быть где угодно, с кем угодно, делать что угодно. А время бежало очень быстро. Для нее, для Данте, даже для Энни. Хэзер отказывалась оставить сестру, чтобы ее использовал отец или власти.

ТО существует. Дрожь прошла по спине.

А доктор Роберт Уэллс…

Хотя Данте ничего не сказал, она знала, что слова Лайонса — Каждую минуту, что ты позволяешь моему отцу дышать, ты отрицаешь справедливость — глубоко резали. Данте хотел разыскать Уэллса, и она не осуждала его. Но, скорее всего, это будет невозможно. Как он столкнется лицом к лицу с Уэллсом, если даже не может удержать в голове его имя?

Данте вошел в спальню, его волосы были влажными после душа, голубое полотенце завязано на бедрах.

— Все так же ничего? — спросил он.

Хэзер вздохнула и покачала головой.

— Наверно, она едет в Портленд. У нее там квартира, и наш отец тоже в Портленде. Возможно, она хочет встретиться с ним.

— Да, возможно. — Данте снял полотенце и повесил его на дверную ручку.

— Я бы встретился. И держу пари, ты тоже.

— Тем не менее, это только возможность.

Пульс Хэзер ускорился, пока она наблюдала, как Данте одевается, как мышцы перекатываются под его бледной кожей. Ей хотелось, чтобы он побыл голым немного дольше, чтобы у них было время поиграть.

Данте натянул черные кожаные брюки и сумеречно-фиолетовую майку из ПВХ с перекрещенными черными латексно-металлическими ремнями. Он сел на кровать рядом с ней, и она уловила слабый запах своего шампуня с ароматом жимолости под его запахом осени.

— Мы найдем ее, — пообещал он и приобнял ее за плечи.

Хэзер закрыла глаза и прислонилась к нему.

— Ты должен лететь домой с ребятами, — сказала она. — Тебе здесь опасно.

— Не говори мне, что я должен делать, ch'erie. Я не оставлю тебя одну.

— Лайонс мог нагло соврать.

— Лживый Лайонс. Возможно и такое, да. Но не обо всем. Думаю, насчет тебя он сказал правду. Я не оставлю тебя одну.

— Упрямый осел.

— А ты нет? — Данте провел тыльной стороной ладони по ее щеке. — Куда собираешься податься?

Хэзер открыла глаза.

— Не знаю, если честно. Просто куда-нибудь из Сиэтла. Мой брат в Нью-Йорке, но я ненавижу мысль о том, что могу принести проблемы или что похуже к нему на порог.

— Как насчет того, чтобы ты, Энни и Исчадие перебрались в Новый Орлеан? Останетесь со мной, пока не минует опасность, — сказал Данте. — Я — причина того, что ты в этом дерьме. Позволь мне помочь, Хэзер.

— Ни в чем нет твоей вины. — Хэзер выдержала его темный взгляд, изучила красивое лицо. Она могла сказать, что он думал иначе. — Я влипла во все, делая свою работу. И я не сожалею об этом. Мы в этом дерьме вместе.

— Так давай тогда и бороться будем вместе, catin.

Вместе, прикрывая друг другу спины. Это казалось правильным, так же как за кулисами «Весперса», когда она защищала его, пока он Спал. Интуитивный ритм пульсировал между ними, электрический, стихийный, кроваво-ночной. Она коснулась места, где пуля вошла в ее грудь. Он даже не представлял, каким особенным был.

— Я посоветуюсь с Исчадием. Если он против этой идеи… — она пожала плечами.

Улыбка появилась в уголке рта Данте. Дьявольская улыбка. И сексуальная, чтоб его.

— Я обещал ему свое место в самолете.

— Ты это можешь?

— Обещать?

— Нет, другое.

— Ага. Первый класс, и Исчадие-minou может устроиться в своей клетке на оплаченном мной кресле.

— Хорошая идея, — согласилась Хэзер. — Меньше стресса для Исчадия.

— Oui.

— Мы можем отвезти ребят в аэропорт, затем вернуться, загрузить коробки, что я упаковала, и направиться в Портленд, — сказала Хэзер, обдумав варианты. — Мы найдем Энни, поедем в Новый Орлеан, будем оставаться в мотеле в течение всего дня. — Она провела пальцем по подбородку Данте, коснулась его губ. Он поцеловал кончики ее пальцев. — Это может сработать.