Чтение онлайн

И здоровенный монстр, яростно кося круглым глазом на оцепеневшего Мотыгу, проскользил в кузов «М35».

– Мля!

Это восклицание пришло издалека – Коряга врезался в ограждающий территорию забор. Следом из темноты донеслось остальное:

– Спасите!

– Убью!

– Дайте я перелезу!

– Мама!

А вот из кузова прозвучало фальцетом:

– А-ар-ррр-гррр-х?

Ничего не понимающий зверь, разом потерявший и вес, и размер, попытался выбраться из кузова на пандус, но Мотыга не подкачал. Опомнившийся боец с размаха пнул несчастного монстра ногой в голову – обутая в тяжёлый ботинок конечность отправила чудовище в нокаут, – после чего подбоченился и громко спросил:

– Ну, мля, и кто теперь тут главный нав?

Ответом ему стала подозрительная тишина.

– До сих пор не пойму, как это они ухитрились устроить тут остров? – не сдержался Жан-Жак Бердт. – За ночь! Не потревожив наших наблюдателей… – Короткая пауза, выразительный взгляд на комиссара Темного Двора и ожидаемое продолжение: – И ваших особенно.

Навы заслуженно гордились своим умением предвидеть и предчувствовать важные события. И своей разведывательной сетью из шпионов и следящих артефактов, позволяющей им держать под наблюдением всю территорию Тайного Города. И вот – невиданный прокол: темной мрачной ночью посреди реки, которая когда-нибудь станет Москвой, появился небольшой остров, а всезнающий Тёмный Двор услышал о событии от людов. Зелёным, правда, тоже гордиться нечем: новую землю заприметил обыкновенный дружинник, вышедший на зорьке половить плотвы на завтрак.

Стыдобища, одним словом.

– Вопрос в затратах магической энергии, – пожала плечами жрица Добринка. – Они залили её столько, что выстроили остров и скрыли процесс от наших наблюдателей. – Колдунья помолчала и с легким презрением в голосе добавила: – Мы можем двигать горы – но зачем?

– Как зачем? – легко рассмеялся Сантьяга. – Украсить пейзаж.

– Не остри, нав, ты прекрасно понял, что я имела в виду.

– Сантьяга не острит, он нервничает, – проворчал рыцарь.

– Правда? – заинтересовалась жрица.

И в комиссара врезался насмешливый удар пронзительно зелёных глаз.

– Немного, – не стал скрывать комиссар. – Как все мы.

– Только не я, – мотнул головой Бердт.

А его правая рука скользнула к поясу, туда, где обыкновенно торчала рукоять зачарованного кинжала.

– Нав оказался честнее. – По губам зелёной ведьмы ядовитой змеей скользнула тонкая улыбка.

– Мы – тёмные, а не лживые.

Ответное замечание рыцаря прозвучало неразборчиво.

К условленному месту, расположенному в четырех сотнях ярдов от берега, они подъехали на лошадях. Но вовсе не потому, что обожали прогулки верхом – такова была первая договоренность, больше напоминающая условие: никакой магии при первой встрече. То есть ни эффектных порталов, ни классической левитации, ни драконов – Жан-Жак хотел примчаться на огнедышащем монстре, продемонстрировать опасным новичкам силу, но его переубедили.

«Правило вежливости», – так обозвал условие Сказочник.

А Сантьяга почему-то настоял на его соблюдении.

Сантьяга, кстати, нервозность свою демонстрировал мирно: много улыбался, иронизировал и чаще обыкновенного стряхивал с белоснежного рукава несуществующие пылинки. Остальные же едва сдерживали раздражение. Но независимо от владеющих ими чувств, члены отряда, или посольства – можно назвать и так, – соблюдали все договоренности. Больше напоминающие условия. Они оставили лошадей на месте встречи и пешком отправились к воде. Без свиты и сопровождения.

Тёмный Двор представлял Сантьяга, который, даже зная, что придется пробираться сквозь кусты по топкой прибрежной грязи, все равно явился в щегольском белом кафтане с чёрными вставками. Орден прислал мастера войны, вечно всем недовольного и никому не доверяющего Бердта – под его темно-бордовым плащом виднелась обыкновенная, не усиленная магией кольчуга, необходимость которой вызывала у спутников рыцаря серьёзные сомнения. От Великой Люди прибыла жрица Добринка, а не ожидаемая в данном случае воевода дружины Дочерей Журавля. Высокая – под стать длинному Сантьяге – жрица никак не объяснила свое появление, но слухи утверждали, что Добринка планирует занять трон после смерти дряхлеющей на глазах Радмилы, вот и решила лично разузнать о странных пришельцах. Добавить в копилку авторитета лишнюю монетку.

«Похоже, с этой непоседой мы наплачемся…»

– Ты что-то сказал?

Добринка не услышала, а почувствовала, что нав думает о ней, и не удержалась от мимолетной демонстрации способностей.

– Собирался сказать, – чарующе, насколько это было возможно в данных обстоятельствах, ответил Сантьяга.

Вторая договоренность, больше напоминающая условие, запрещала им идти вдоль берега. И безоружным, не имеющим права на магию волшебникам приходилось медведями ломиться сквозь густой кустарник.

«Правило известной дороги», – сказал Сказочник.

На его соблюдении Сантьяга не настаивал, но деваться было некуда.

– Никогда ещё господствующая раса не проникала в Тайный Город.

– Да ещё с такой наглостью, – поддержал коллегу пыхтящий впереди Жан-Жак.

– Ситуация и в самом деле тревожная, – кивнула Добринка. – Но разве мы не обсуждали её на вчерашнем совещании?

В переводе с дипломатического: хватит переливать из пустого в порожнее, мальчики.

– Ночью князь видел в Зеркале Нави странные знаки, – сообщил Сантьяга. – В настоящий момент повелитель предается размышлениям, но, прощаясь со мной, он обронил, что будущее челов представляется незаурядным.

– Князю? – удивилась или сделала вид, что удивилась, Добринка.

Несколько шагов назад гибкая ветка сильно стеганула жрицу, и на её лбу появилась короткая ранка. Однако ругательств её спутники не услышали – ведьма не вскрикнула и, как показалось Сантьяге, даже не вздрогнула.

– Человские маги вырождаются на глазах, – напомнил нав. – Гиперборейцы истреблены, атланты упражняются с запрещенными арканами и наверняка доиграются, Братство Папоротника закуклилось в самом себе…

– И мы сможем захватить планету? – перебил комиссара Жан-Жак.

Сантьяга остановился, перестав таранить густой кустарник, выдержал короткую, но весьма выразительную паузу, продемонстрировав Бердту, что не следует забывать о воспитании, и продолжил: