Чтение онлайн

После этого молчали долго, даже выпили молча. Но я не унимался:

— А почему бы не послать в прошлое какого-нибудь терминатора? Типа Шварценеггера?

— Терминатора? Это робота что ли? Пробовали они уже. Умора одна. Там ведь что получилось. В ходе отступления Батыя на юг, часть его сил (в виде, как я понимаю, не очень большого отряда) была направлена на взятие Смоленска. Взять его они не должны были и, чтобы не допустить этого, в город заранее наши потомки и отправили того, кого ты называешь «терминатором». По легенде прибыл он вроде, как и ты, пораньше, из неизвестной заграницы, но не купцом, а сразу воином. Причем не нашли ему другого имени, как Меркурий, скажем так, довольно странное для Руси. Надо же было такое придумать! Стал он вживаться, поступил служить к местному князю. Все вроде делал правильно, демонстрировал хорошее владение холодным оружием, был набожен, строгим постником и хранил целомудрие (что, впрочем, ему, по понятным причинам, было не трудно).

И вот час его пришел. Монгольский отряд стал лагерем в 25 верстах от Смоленска, возле большого топкого болота Долгомостье (на территории нынешнего Починковского района). Часть его смогла пройти болото и выйти к городу со стороны Молоховских ворот. Оборону Смоленска, как и полагается, возглавил его князь — Ростислав II, правнук Ростислава Мстиславича. У стен города разгорелась битва, в которой Меркурий мужественно сражался и поразил много сильных воинов врага. Монголы вынуждены были отступить. Тогда, испросив княжеского согласия, Меркурий (выполняя поставленную перед ним задачу) собрал воинов и двинулся к Долгомостью. Там и произошло памятное кровопролитное сражение, в ходе которого монгольский отряд, направленный на захват Смоленска, был фактически уничтожен.

— Ну вот, все же хорошо.

— Это верно. Все хорошо. Вот только вернулся Меркурий в Смоленск с отрубленной головой подмышкой.

— Это как?

— Ну, терминатор же, т. е. тот же робот. У него и «мозги-то», как оказалось, вовсе не в «голове» были расположены. В общем, представляешь, как смоляне обалдели? Надо бы дьяволом объявлять, так неудобно, — спаситель же. Объявили святым, вроде бы как сама Дева Мария его на подвиг направила, она ему и жизнь до возвращения в Смоленск сохранила. Даже день памяти мученика Меркурия установили — 7 декабря (24 ноября по старому стилю).

— А как же потом? Что с телом его сделали? Ведь внутри — металл, да металл … своеобразный, «мудреный». Вон, по фильму, так терминатор сам себя уничтожил, а тут как?

— Вот! Ты правильно определил продолжение проблемы. Меркурий был погребён в Успенском соборе, а поскольку его «умирающая голова» объявила смолянам о том, что «Пока храните мои доспехи, сила и благословение Пресвятой Богородицы будут с вами», то его эти самые доспехи, меч, копьё, щит и шлем рядом с его гробом положили, а служители собора с благоговением, но бдительно, стали охранять эти реликвии. Долго к ним потомки наши не могли подобраться. Только во время вооружённой интервенции 1611 г., когда польской шляхтой Смоленск был захвачен и разграблен, под шумок основные «улики» удалось из Смоленска изъять. Но потом выяснилось, что значительная часть их все-таки осталась. Тогда при реконструкции Успенского собора в XVII в. снова пришлось произвести зачистку и похитить оставшиеся вещички. Но оказалось, что в суете забыли железные воинские сандалии воина Меркурия. Думаю, однако, что они никогда не принадлежали воину-заступнику, уже ставшего к тому времени легендарным. И не забыли их, а подкинули, так сказать, «для успокоения умов». Ты не поверишь, они до сих пор в Смоленске стоят под стеклом в Свято-Успенском соборе. Можешь съездить посмотреть. Но одного взгляда на них достаточно, чтобы понять — это продукция явно не только не отечественного производства, но и вообще не является средневековым изделием. Они представляют собой откровенный самопал наших потомков «под старину», который не то, что носить, а даже надеть нельзя. В общем хлопот с этими терминаторами не оберешься. С людьми проще.

Он ненадолго задумался, а потом без перехода, видя мое настроение, видимо решил его хоть как-то исправить:

— Ты сильно не кручинься. Я тебе помогу. Чем? А тем, что я у тебя все твое имущество куплю. Все куплю за оговоренные тридцать четыре миллиона (миллион в виде накоплений, изделий из драгметаллов и прочего не считаю).

— Когда это мы цену моего имущества «оговорили» и откуда у тебя современные российские деньги, да еще в таком количестве? И зачем тебе мое имущество?

— Начнем с первого вопроса. Оговорили сумму только что. По второму вопросу. Сейчас российских денег у меня действительно нет. Но они очень скоро будут. Для этого у меня — вон тот мой сундук, а в нем три моих туза. Думаешь, зря мы его из гаража в дом затащили? Смотри, вот первый туз.

При этих словах он вытащил из сундука несколько обернутых в холстину икон.

— Смотри-смотри. Новгородская школа! Какая симметрия расположенных образов. Какие теплые цвета. Обрати внимание, кроны деревьев напоминают веер, а листва изображается заостренным углом. Особенностью новгородской иконы является также символизм в изображении рук. Вот смотри, их положение как бы показывает то или иное эмоциональное состояние. Фигуры персонажей несколько удлиненные. Имей в виду, все иконы написаны не кем-нибудь, а Олисеем Гречиным. Слыхал, наверное?

— Да нет, я кроме Феофана Грека, да Андрея Рублева из отечественных иконописцев и не знаю никого. А из зарубежных тем более.

— Не, эти жили позже. А это — Олисей Гречин. Вот посмотри, характерные для него ошибки в написании слов. Вот «МАРО-ФУ» вместо МР ФУ — Богоматерь. Он автор знаменитых новгородских икон «Спас нерукотворный», ну и …

Но я прервал его:

— Стой. Так иконы же выглядят совершенно новыми. Ты хочешь, чтобы тебя за твой новодел, который ты за старину выдаешь, на правило поставили?

— Никакой это не новодел, а значит и никакого правила, и ты свой уголовный жаргон можешь по отношению ко мне не применять. Любую экспертизу по авторству проводи, бери на анализ состав краски, дерева. Все подтвердят, и авторство икон, и соответствующий химический состав. Другое дело, что я их немного состарю. Но ведь это не мошенничество. Я подлинники продавать буду. Под-лин-ники!

— Ладно, что еще?

— Вот кратиры — сосуды для причастного вина, изготовленные из позолоченного серебра, украшенные чеканными изображениями святых и чернью. Они выполнены новгородскими мастерами Братилой и Костой. Что, тоже не слыхал? Правда, жили они еще в XII веке, так что я их получил не из их рук. Но работы подлинные, можешь не сомневаться. Знаешь сколько они у антикваров стоят? А у меня в кругах этих антикваров связи еще с тех времен…

— С этим тоже понятно. Ну а третье?

— Да вот почти десяток книг рукописных… Но и это еще не все. В будущем думаю вообще круто навариться.

— Это как же.

— Понимаешь, серебро в ХIII веке дешевле золота всего в 12–15 раз. Америка еще не открыта, а там найдут серебра целую гору, а это собьет цену на сей благородный металл.

— Ну и что?

— Я когда улетал из Москвы, то, помнится, серебро у нас дешевле золота было раз в 40. А сейчас — вон у тебя газетка под банкой сайры, я пока сидел на крыльце, так всю ее на несколько раз прочитал. Нет, ты вот тут, вот тут посмотри. Золото дороже серебра почти в 80 раз! Но в Новгороде ХIII века по-прежнему только максимум в 15. Между веками туда и обратно слетал и больше до конца жизни можно не работать. Я как раз с собой на пробу сюда тамошнего золота прихватил. В изделиях, но без клейма пробирной палаты. Попробую в скупку сдать. Посмотрю, как пойдет. Потери неизбежны, но прибыль огромна. Здесь серебро закупил и вперед…Там на золото поменял и назад…

— Да, сильно тебя Новгород изменил.

— Я в Новгороде женился, ребенок у меня. Мне не только о себе, но и о семье думать надо. И вообще, ты попробуй купцом столько лет пробыть. Посмотрел бы я, как бы ты не изменился. Впрочем, такая возможность, как я понимаю, у тебя будет.

— Да ты не обижайся, Сергей. Ну, чего ты? Давай лучше еще по рюмочке.

— А давай.

Выпили по маленькой, и Сергей снова заговорил:

— А теперь скажу зачем мне твое имущество. Я хочу назад вернуться, да не один, а со своей семьей. Насмотрелся я на Новгород в страшный голод на переломе 20-х и 30-х годов, боюсь за семью, а тут еще такие времена для всей Руси наступают… Одно слово — иго!

Я, между прочим, потом специально посмотрел. В 1230 году в Новгороде действительно был ужасный голод, вызванный неурожаем, от которого погибли тысячи и тысячи людей. Только прибытие (с началом навигации 1931 г.) немецких купцов с хлебом спасло город от полного вымирания.

Тем временем, Сергей вышел из задумчивости и продолжил:

— Жене и дочери к новой обстановке нужно пообвыкнуть, для этого дача и сгодится. Самолеты, автомашины, холодильник, телевизор, телефон, аксессуары разные, сам понимаешь, с этим надо постепенно знакомиться. Тайны из ее покупки ни ты, ни я, как я понимаю, делать не собираемся. А здесь тихо и меня многие соседи еще с тех пор знают. Думаю, что примут они и мою семью. Ну из тайги привез, люди же, ничего страшного. А жить потом в Москве тоже где-то надо, почему бы не твою квартиру купить? Да и вопросов у продавца, — он хитро подмигнул, — к покупателю, скорее всего, не будет. Тем более, что я в Новгороде подарю (т. е. отдам даром!) этому самому продавцу расположенный в престижном районе здоровенный (между прочим, двухэтажный) дом, с большим двором, пристройками и конюшней на 10 лошадей, с санями и телегами, с холопами и холопками (правда их немного), да еще и с охраной.