Чтение онлайн

И я теряю сознание, не способная видеть дальше.

Я лечу и распадаюсь на части. Теряюсь в кромешной тьме, а она прячет каждый осколок меня. И как найти? Не знаю. Надо встать. Или нет…

… Кайя?

Он видел эту темноту. Мы вместе смотрели. Но она не была столь реальна, и теперь я чувствую запах дыма. А это, горькое, на губах — не пепел ли?

… Кайя!

Я знаю, что Кайя рядом. И если сосредоточиться, то найду… но я не в состоянии сосредоточиться. А где-то рядом бродит зверь.

… Кайя! Пожалуйста, отзовись!

Хищник. Крупный. С мягкой поступью, с острыми зубами. Его дыхание щекочет мне шею.

… все хорошо, сердце мое. Я здесь.

… ты…

Зверь тихо фыркает и обнимает.

… здесь.

Он держит меня, и я все равно вцепляюсь в него, потому что в такой темноте слишком легко потеряться.

… ну уж нет. Я теперь не позволю себе тебя потерять.

… ты больше не боишься?

… нет. Похоже, воплощаясь, кошмары теряют силу.

Мне хочется прикоснуться к его лицу, но я уже не уверена, что лицо есть. И Кайя сам кладет мою ладонь на щеку.

… все пройдет. Пару дней подождать.

… получилось?

… да. Похоже на то.

… а остальные?

… Ллойду досталось, кажется, перегорел. Но Гарт с ним, говорит — отойдет. А Биссот… он жив, но сказал, что почти потерял Меррон. Он помнит, где слышал ее в последний раз. Это недалеко.

Я рада, что Меррон жива, пусть и радость какая-то вымученная, удивляться же и вовсе сил нет. Но я уверена, что Сержант ее найдет.

… она или под сеть попала, или на откате задело. Как тебя. Ты знала, но…

Да, я знала, что Урфин уничтожит систему, исполняя договор с Хаотом.

…и что Хаот, создавая сеть, вычерпает резервуары почти до дна.

…и что попытается тотчас восстановить потери.

…и что перекачиваемая в хранилища энергия будет чужда Хаоту. Она еще больше дестабилизирует нестабильную аномалию. Это обычная проблема… резервуары имеют защиту. И предел прочности их высок. Главное, чтобы давление в сети не превышало критический порог.

Знала я также про волны и резонанс, который в теории увеличит совокупную мощность удара в разы, про цепную реакцию, что начнется в самой сети, а завершится в хранилищах. Про эффект обратной тяги… про дубль системы, который запустится в автоматическом режиме, закрыв мир от отката. Про рассредоточенную по внешним оболочкам энергию, которая будет использована как импульс для смены частоты.

Нет, я все это знала. В теории. Вот только на практике теория выглядела жутко.

Они наполнили парами бензина топливный склад, а затем кинули спичку.

Мне не жаль Хаот. Я просто темноты боюсь.

Впрочем, мое чудовище меня защищает…

Неудобно идти по лесу в чужих сапогах, которые при каждом шаге норовят слететь с ноги. И веревка, которой сапоги обмотаны, была слабым спасением. Меррон то поскальзывалась, то проваливалась, то цеплялась носком за корень и тогда, удерживаясь от падения, хваталась за ветки.

Ветки попадались большей частью колючие.

Но, пожалуй, хуже всего — комары…

Нет, куртка Терлака, как и сапоги, несколько великоватая, служила какой-никакой защитой от гнуса, чего нельзя было сказать о шелковых шароварах, сейчас больше похожих на драную тряпку.

— И не говори мне, что я сама виновата. — Меррон чувствовала, что если замолчит, точно задохнется от злости. — Конечно, можно было стянуть и штаны, ему-то все равно… но ты же их в крови изгваздал! И не только в крови, кровь я бы как-нибудь еще пережила…

…она пришла в себя на той же поляне оттого, что кто-то настойчиво пытался запихнуть ее левую ногу в сапог. Правая уже была обута. А голова лежала на чем-то мягком, с премерзким, но знакомым запахом. Меррон голову повернула, убедившись, что правильно запах истолковала.

Трупы в принципе пахнут не слишком приятно, а уж те, которым внутренности разворотило, и вовсе омерзительны. Над рваной раной вились мухи, их гудение как-то очень хорошо вписывалось в картину безумия Меррон.

Несколько секунд она просто лежала, вяло раздумывая, что ситуация подходит еще для одного обморока. Тварь, натянув таки сапог, оставила ногу Меррон в покое и села рядышком. На корточки. Руки в подмышки сунула. Раскачивается и посвистывает. Мух иногда отгоняет… заботливая.

— Все равно ведь сожрешь, — сказала Меррон и села, ощупывая затылок. Слипшиеся от чужой крови волосы, сосновые иглы, старые листья…

Тварь качнулась и, сунув руку за пазуху, вытащила письмо.

Меррон письмо взяла. Прочитала дважды. Потом еще дважды, пытаясь уложить в голове написанное. И еще раз перечитала.

— В добром здравии, значит… — Пожалуй, происходившее с ней было безумно даже для безумия. — Защитишь… препроводишь… намерения чистые…

Тварь кивнула.

И Меррон рассмеялась, она хохотала долго, до слез, икоты и дерущего горло кашля, понимая, что надо успокоиться, но не находя в себе сил.

— Ты… ты не обижайся… просто… просто все вот… глупо… дико… я устала от всего этого. Не хочу больше. Ни бегать. Ни воевать. Ни прятаться. Ни ждать, когда меня в очередной раз убивать станут. Ничего не хочу…

Тварь слушала, облизывая когти длинным языком.

— Давай ты меня проводишь к какой-нибудь деревеньке? И там я сама уже… захочет найти — найдет. А не захочет, то и ладно.

Но у твари имелось собственное мнение. Карто знал, куда надо идти, и шел, подталкивая Меррон в нужном направлении, высвистывая, перебегая дорогу, стоило ей сделать шаг в сторону. Когда же она просто отказалась идти, карто сел рядом.

Ждать он умел.

И охотиться. Исчезал — ненадолго, Меррон быстро поняла, что сбежать от этакого сопровождения не выйдет, — и возвращался с зайцем в зубах. Или с лисой. Однажды ежиков приволок…

Ежиков Меррон есть отказалась.

— Люди вообще не едят сырого мяса…

…разводить огонь получалось через раз.

— …а я варенья хочу… крыжовникового. Или крыжовенного. Не знаю, как оно правильно называется. С грецкими орехами. Тетя варила…

Лошадь сбежала. А среди тюков, оставленных на поляне, не нашлось ничего полезного. Столовое серебро, умопомрачительной красоты кофейный сервиз, из дюжины предметов которого уцелела лишь половина. Чьи-то — Меррон предпочла не задумываться, чьи именно, — украшения. Зеркальца. Десяток шкатулок и почти новый корсет. Фляга, в которой, судя по запаху, некогда был коньяк.