Чтение онлайн

Город Оксиринх, в котором Грэнфелл и Хант сделали важные открытия, был одним из древних городов эллинистического Египта, расположенных в Фаюмском оазисе. Еще до того, как указанные английские исследователи начали здесь свои работы, интересные открытия были сделаны в этом районе известным археологом и востоковедом Флиндерсом Петри в 1888 году. Во время раскопок, проводившихся им в Фаюме, ему удалось обнаружить папирусы с текстом диалога «Федон», принадлежавшего Платону, фрагменты утраченных пьес Эврипида и другие разнообразные литературные и исторические тексты, помимо множества других папирусов документального и частного характера. В 90-х гг. XIX века стала публиковаться серия «Папирусов Флиндерса Петри», привлекшая внимание ученых к бесценной сокровищнице древних текстов, какой оказались пески Фаюма. Так родилась новая научная дисциплина — античная папирология, вскоре занявшая видное (а в некоторых областях, как, например, история Египта эпохи Птолемеев, даже ведущее) место среди других вспомогательных источниковедческих дисциплин.

Исследовавшие фаюмские древние города в конце XIX в. Грэнфелл и Хант издали в 1900 г. совместно с Хогартом книгу «Фаюмские города и их папирусы» (Fay^um towns and their Papyri), содержавшую предварительные итоги их изысканий в этом районе. Особенно блестящими успехами увенчались их работы в Оксиринхе. В 1905 году они открыли остатки библиотеки какого-то древнего грамматика, среди которых оказались фрагменты памятников античной литературы, до этого совершенно неизвестных. Поэтому серия «Оксиринхских папирусов», в которой оба ученых стали публиковать свои находки, продолжает оставаться одной из наиболее интересных для историка античной литературы и культуры вообще.

Может быть, самым замечательным открытием, сделанным в Оксиринхе, была находка отрывков произведений греческих поэтов VI в. до н. э. Алкея и Сапфо, — до этого, казалось, безвозвратно утерянных для науки. Так, например, X том «Оксиринхских папирусов» содержит отрывок первой книги «Песен» поэтессы Сапфо. Состояние папируса оставляет желать лучшего, но сохранился конец, представляющий значительный интерес с точки зрения знакомства с античной книжной техникой. Здесь мы читаем:

Слово значит «песен», буква — порядковое числительное «первый» — обозначает первую книгу сочинений Сапфо. Внизу проставлено число стихов первой книги — 1320. Характерно, что использованы не милетские цифры, обычно применявшиеся в эллинистическом и римском Египте, а староаттические, где означает «тысячу», — «сто», — «десять» и т. д. Это говорит о том, что здесь перед нами ученое издание «Песен» Сапфо (аттическое влияние наиболее явственно ощущалось именно в этой среде). Мы увидим ниже, что количество стихов, так называемые «стихометрические данные», непременно содержались в каждом античном издании, по причинам, о которых речь пойдет ниже.

Выше указывалось, что подавляющее большинство литературных папирусов содержит отрывки из поэм Гомера. Число гомеровских текстов, открытых на папирусах, достигает многих сотен, и с точки зрения книжной техники представляют особый интерес благодаря особой тщательности, с которой они выполнены. Несомненно, весьма изысканному изданию «Одиссеи» принадлежит отрывок, демонстрируемый на постоянной выставке папирусов Австрийской Национальной библиотеки в Вене. Фрагмент содержит две колонки стихов из III песни «Одиссеи» (353–400 и 405–421). Издание отличается необыкновенно четким каллиграфическим письмом. Мы находим в нем и исправления, и знаки для чтения, и цифры, обозначающие число стихов; они позволяли античному читателю быстро отыскать требуемый стих. На полях между колонками вписаны примечания («схолии»), выполненные курсивным письмом [80] .

Интересно сравнить папирусные тексты с рукописной традицией «Илиады» и «Одиссеи», идущей от византийской эпохи и лежащей в основе современных изданий этих поэм (сохранилось около 200 рукописей «Илиады» и до 75 рукописей «Одиссеи»). Большой знаток проблем, связанных с гомеровским эпосом, Виламовиц-Мёллендорф писал по поводу папирусных отрывков с гомеровскими текстами (относящихся к раннептолемеевскому периоду): «Мы находим здесь совершенно неоценимые фрагменты. Как и следовало ожидать, в этих поэмах, давно ставших достоянием всего народа, текст найденных фрагментов отклоняется от того, который был установлен в результате усилий античных ученых и дошел до нас, притом весьма существенно. Тот, кого это смущает, должен учесть, что мы таким образом получили ряд новых стихов Гомера, которые не хуже, но и не лучше, чем многие из тех, которые нам известны. Действительно, отрадно сознавать, что они мало подходят для того, чтобы взять их в текст поэм, так как это обстоятельство увеличивает степень доверия, питаемого нами к античным критикам, установившим текст гомеровских поэм» [81] .

Одним из древнейших образцов античной книги является открытый в 1902 г. в древней гробнице, рядом с египетской деревушкой Абусир, папирус с текстом произведения древнегреческого поэта Тимофея, номом «Персы». Книга относится к последним десятилетиям IV века до н. э. Начало папируса повреждено, но хорошо сохранились колонки с третьей по шестую. Открыл папирус Людвиг Бохардт, прочел и подготовил образцовое его издание Виламовиц-Мёллендорф [82] .

Интересны обстоятельства находки. Селение Абусир ведет свое начало от древнего египетского поселения Бусирис (название которого продолжает жить в форме Абусир). Это древнее поселение имело кладбище, часть которого занята греческими погребениями. По-видимому, еще до Александра Македонского здесь жили греческие торговцы, наемные солдаты и иные иностранцы, которые, как это очень часто случалось в истории Египта, усвоили египетский обычай мумификации покойников. В одной из таких греческих могил и был найден (в головах мумии) этот папирусный свиток высотой в 18.5 см. Развернутый, он составил в длину 1.11 метра. Хорошо сохранились три последних колонки текста, тогда как первая, которая не была ничем защищена, сильно фрагментирована. Значительно попорчена и вторая колонка, нижняя ее половина. Характерно, что рядом с папирусом в гробнице была обнаружена сумочка, в которой хранилась губка! Этот предмет был важной письменной принадлежностью: губкой, предварительно намоченной, смывали текст на папирусе, если он чем-то не удовлетворял писавшего. Не был ли покойник писцом, изготовлявшим книги? Виламовиц в своем издании памятника отрицательно относится к такому предположению, так как рядом не были найдены чернильница и каламы. Как бы то ни было, книга была положена покойному в качестве дорожного чтения по пути в загробное царство, наравне с дорожной обувью, которая тоже могла пригодиться в пути.

Открытый при таких обстоятельствах экземпляр произведения Тимофея «Персы» представляет собой книгу, которая без всякого сомнения старше любой другой, обнаруженной в Египте (здесь имеются в виду, конечно, только греческие книги) [83] . О том, что это не частный список, говорят каллиграфически выписанные буквы, без следа наклонности к курсиву. По-видимому, так выглядели книги, продававшиеся в Афинах, содержавшие трагедии афинских драматургов или речи аттических ораторов.

В этой древнейшей книге можно различить уже некоторые надстрочные знаки: начало абзаца обозначено чертой над первой буквой. Рядом с началом предпоследней части нома нарисована странного вида птица —

смысл этого знака по-разному толкуется исследователями.

Текст папируса написан четким, ясным письмом, каждая буква стоит отдельно от другой, строки не разделяются на слова. Отсутствие деления текста на слова характерно для всех вообще античных книг: поэтому для того, чтобы читателю было легче схватить смысл текста, он писался узкими колонками. В поле зрения читающего попадали несколько таких колонок, когда он держал в руках развернутый свиток.

Конец папирусной книги-свитка с текстом сочинения Платона «Пир». Справа от заключительной колонки ясно виден титул книги: «ПЛАТОНА ПИР».

Около 200 г. до нашей эры.

The Oxyrh. Papyri, t. V, 1908, Pl. VI.

Характерным образцом обычного прозаического книжного текста может служить довольно хорошо сохранившийся литературный папирус конца III или начала II века до н. э., опубликованный в V томе «Оксиринхских папирусов». На снимке мы видим конец этого свитка, содержащего сочинение Платона «Пир». Длина всего свитка составляет 7.5 м. Ясные и четкие буквы текста ничем не связаны между собой, слова не отделяются друг от друга, знаки ударений и придыханий (как обычно в античных книгах) отсутствуют, но знаки интерпункции — точка, двоеточие — встречаются довольно часто. Справа на полях (на снимке — вверху, так как в снимок попала половина страницы) написаны два слова: . В каждом слове вверху над первой и над последней буквой, а во втором слове — еще и внизу, проведены черты — «параграфы». Они служат здесь для выделения титула книги. Параграф особенно часто применялся в книгах, содержавших произведения драматургии, для отделения речей действующих лиц. Мы видим такие параграфы, например, на обрывке папируса, содержавшего текст пьесы Менандра «Отрезанная коса» (папирус опубликован во II томе «Оксиринхских папирусов», № 211).

Находки папирусов в Египте зачастую возвращают к жизни произведения таких античных авторов, которые считались безвозвратно утраченными. Одной из самых замечательных находок такого рода может служить открытие речей Гиперида в середине XIX века. В 1847 году египетские феллахи извлекли из одной могилы фиванского некрополя папирус, состоявший из нескольких десятков фрагментов, который они продали итальянцу Кастелларио. Впоследствии он попал к англичанину Гаррису. Как оказалось, папирус содержал речи аттического оратора IV века до н. э. Гиперида, считавшиеся давно утраченными. Так были открыты речи Гиперида «Против Демосфена» и «За Ликофрона». Однако феллахи продали только половину фрагментов, оставив другую у себя. Оставшуюся часть удалось приобрести путешествующему английскому юристу Джозефу Ардену за 350 турецких золотых монет. В этой приобретенной Арденом части содержался конец речи «За Ликофрона» и вся речь «За Эвксениппа» [84] .

Но, может быть, самой поразительной находкой, сделанной уже в XX веке, является открытие пьес Менандра, основателя Новой аттической комедии. Драмы Менандра, пользовавшегося в древности громкой славой, считались полностью утраченными. Их почти не переписывали для нужд византийской школы, так как содержание пьес этого драматурга, в которых так много внимания уделялось земной, «плотской» любви, противоречило идеалам христианства, бывшего официальной идеологией византийского государства и проповедовавшего умерщвление плоти. Последний удар наследию Менандра был нанесен в XIV веке, когда изуверствующие монахи Византии сожгли его книги вместе с произведениями других гениальных греческих поэтов и драматургов. Единственным источником, позволявшим получить представление о его творчестве, оставались произведения римских драматургов и прежде всего Теренция, довольно близко следовавшего своему оригиналу.