Чтение онлайн

Сердце наполнилось безграничностью, неожиданно для себя самой - я начала импровизировать. Та мелодия, что разлилась по залу, казалось, очаровала присутствующих. Зрители поднялись со своих мест и стоя ждали окончания игры. После чего одушевленно аплодировали и кричали «браво». Поднявшись, я гордо направилась за кулисы.

После - пришел черед Княжницкой. Ее серенькая песенка после моей оды звучала жалко. Как я и ожидала, жюри исключило Руслану из списка конкурсантов. На финишную прямую вышло шесть человек, точнее пять, ибо я была вне конкуренции.

9 ноября 200Х года (пятница)

Диву даюсь… Во что меня превратила жизнь?... Чем более успешным становится мое творчество, тем глубже в моем сознании прорастают жестокость, неискренность, лицемерие, апатия. Откуда все это?... Ведь раньше я не была такой. Не лгала близким, не грубила друзьям, умела радоваться жизни. Умела прощать.

Вчера я переспала с Даниловым. Я знала, что ему будет больно и знала, что он будет страдать, ведь, похоже, он и вправду в меня влюблен. И все равно сделала это. Вот только зачем?... Я не знаю…

Сегодня понимаю, что нашей дружбе пришел конец. Но что самое страшное, мне все равно… Данилов не смог заменить ЕГО, не смог заставить забыть, не стал целебным зельем. И я винила Данилова в своей боли. Имела ли я право кого-то винить?...

10 ноября 200Х года (суббота)

Я лежала в темной, мрачной комнате и понемногу сходила с ума. Пустота обволакивала мое сознание горьким безверием. Подняться с постели не было сил, голова раскалывалась от мыслей о безысходности, в глазах блистали осколки утерянного величия. Ибо хоть раз в жизни познав настоящую любовь, забыть это сказочное чувство – невозможно.

«За что мне все это?» - ныло воспаленное сознание. – «Ведь ничего просто так не случается. И должна быть разумная причина моему крушению. Следовательно, я допустила ужасную ошибку в своей жизни. Но вот какую?... До встречи с D@nger я была паинькой. Любила этот мир, не причиняла страданий окружающим. Разве, что иногда подкалывала Нэт. Но ведь я не со зла, значит, это не считается. Почему после встречи с НИМ все пошло наперекосяк?»

Я продолжала лежать на скомканных простынях в преддверии чуда - долгожданного прозрения. Но оно никак не посещало меня. И я хаотично начала проваливаться в безликий мрак.

После встречи с НИМ я изменилась. Я познала неведомую ранее жизнь за гранью, обрела гармонию с окружающим миром, почувствовала грандиозное величие единения с природой. Полеты при луне, сказочные путешествия по водной глади, ЕГО магнетические прикосновения… Он был во мне… Он был мною… Мы были частью друг друга… Мы были единым целым…

А потом его не стало… И ту часть меня, которая жила им, заполнила пустота. С каждым днем пустота пожирала мои духовные ценности, порывы, привязанности. На смену восхищению миром пришло безразличие, умению прощать – жестокость и цинизм. Я превратилась в инфантильную стерву, которая ни во что не ставила чувства близких людей.

Позавчера я разрушила нашу дружбу с Сашей. Что ж, еще одного человека можно смело вычеркнуть из моей жизни. Как исправить ситуацию – я не знаю. Как объяснить Данилову, что секс был всего лишь дружеским жестом?... Ума не приложу. Да и слова «дружеский жест» звучат как-то издевательски. Но и ошибкой идентифицировать свой проступок с Сашей у меня просто не хватит смелости. Ошибка с моих уст для него равнозначна предательству.

Ты хочешь услышать о проведенной с кудрявым ночи, милый дневник?...Думаю, не очень. Боюсь, все же придется. Epistola non erubescit, как-никак…

…Утро восьмого ноября выдалось неописуемо прекрасным: на улице ярко светило солнце, природа отпевала прощальную оду осени. Как ни странно, посреди ноября воздушными паутинками пролетало бабье лето. На сердце стало так приятно, в воображении замелькали пестрые картинки; печаль, словно туман, развеялась в утреннем поднебесье. Я гуляла возле академии в преддверии волшебства. И волшебство случилось – Александр Данилов начал со мной разговаривать.

 - Привет! – окликнул меня кудрявый у входа в университет.

 - Привет, Саш! – ответила я.

 - Как дела?

 - Да, нормально, Саш. У тебя как?

 - Нормально.

Похоже, наш разговор зашел в тупик. Я тут же бросилась спасать ситуацию.

 - На репетиции со списка исключили Руслану. Слышал?

 - Твоя заслуга? – лукаво подмигнул голубоглазый.

 - Угу…

 - Княжницкая, видимо, ногти себе кусает от злости…

 - Она просила меня о помощи, представляешь? Говорит: «Пропусти меня, пожалуйста…»

 - Надеюсь, ты не поверила в эту чушь?

 - Судя по тому, что у нее не допуск к выступлению – не поверила.

 - Хорошо… - довольно улыбнулся юноша.

После минуты молчания он продолжил.

 - Маш, давай сегодня после занятий погуляем в Мариинском. Мне нужно объяснить тебе мои слова, глупое поведение…

 - Ладно, Данилов! Сегодня после пар идем гулять, - согласилась я, и мы разбрелись по репетициям.

Впервые за наше знакомство Михаил Иванович на меня накричал.

 - Мария, ну, что ты играешь? Где чувства, вдохновение? Почему авторская программа у тебя идеальна, а классика – чертовски сухая?

Старик обессилено опустил руки. Он был прав – классику нужно чувствовать. «А что если…» - мгновенно мои пальцы забегали по клавишам. Я начала импровизировать в темпах и немного отошла от авторской сюжетной линии. Перед глазами посыпались осколки комнаты, воображение унесло меня на дачу тетушки. Ночь. Звезды. Одинокий силуэт. Небесно-синие васильки, красные маки, крупные колосья пшеницы. Меня поглотило летнее упоение…

Музыка сладким торжеством лилась из-под холодных пальцев. Когда я закончила, глаза Квасницкого сияли восторгом.

 - Мария, если ты так сыграешь перед швейцарцами – я лишусь лучшей студентки своей жизни! – профессор подошел ко мне и крепко обнял.

После репетиции я набрала Данилова.

 - Сашка, я уже свободна. Ты долго еще?

 - Спускайся! Через десять минут встретимся у входа.

***

 Как назло на улице начался дождь - соответственно прогулка отменялась.

 - Маш, нам нужно поговорить… А денег на ресторан или паб у меня нет… - юноша замялся. – Может, поедем ко мне домой?