Чтение онлайн

– Почему ты забрал их у меня? Почему ты дал Хиту шанс испортить жизнь мне, Юте, Алане и самому себе? Почему ты не остановил Сэма? Почему ты не оберегал нас? Где же твои ангелы-хранители, которые как ты говоришь, днем и ночью охраняют нас? Увольняй их к чертовой матери, потому что они ни на что не способны. Они не справились со своей работой. А на что ты вообще рассчитывал, если даже твои славные ангелы не могут справиться с единственным заданием, которое им поручено? Или ты его им вовсе не поручал? Ведь ты забрал их совсем молодыми, разве это не подло? А еще ты говоришь, что посылаешь нам только те испытания, которые мы в силах вынести. Так вот, я обламываю всю твою теорию, разрушаю вселенский миф. Я не выдержу всего этого, в какой-то степени ты сделал меня сиротой, навсегда забрав то, что так было мне дорого. "Они в лучшем месте", - скажешь ты. На что я отвечу: "Они сами к тебе пришли, если бы этого хотели, но они не сделали бы этого, потому что лучшим местом для них был их родной дом, родители и друзья". Ты забрал их у меня без спросу, не подготовил меня и сделал все самым ужасным образом. А вместе с ними забирая часть меня, говоришь, что ты благородный? Мама говорит, что ты хочешь, чтобы люди исправлялись, становились на правильный путь, но теперь я вижу, что это неправда. Юта Энн Смит, если ты, конечно, знаешь такую, находилась в полном отчаянии последние несколько лет. Она проходила по очень неровному и ужасному жизненному пути. Кстати, это ты проложил этот путь для неё. И Юта шла в сопровождении твоих ни на что не способных хранителей. В детстве ты дал маленькой Юте сбежать из дома, поставить на уши её родителей, а потом нагло лишил её их. И это твоё наказание? Хорошо. Допустим, я когда-нибудь это пойму, но чего я не пойму точно, это то, что ты лишил самого дорогого в жизни младшую сестру Юты, Каю. За что ей все это? Но и на этом ты не остановился. Вдобавок ко всему, ты еще и развел Юту и Каю, лишил единственных родных людей быть рядом друг с другом и чувствовать тепло, которое никто другой на свете больше не в силах им подарить. За какие такие грехи эта маленькая девочка испытала на себе то, отчего на её сердце навсегда останется большой уродливый шрам? И даже на этом ты не смог остановиться. Ты взял Юту и привел её ко мне, заставил влюбиться меня в неё, а её, возможно, в меня. (Кстати, ты так и не дал мне этого узнать). Ты был так благороден в этот момент, что я даже стал сомневаться, действительно ли всё это происходило по-твоему мудрому велению. На секунду мне показалось, что картина потихоньку начала обретать ясность, ведь постепенно Юта Энн начала выбираться из этого черт бы его побрал лабиринта вечных страданий и отчаяний. Она медленно, но верно, возвращалась к жизни и это не твоя заслуга, потому что это я сумел найти к ней подход, это я был рядом с ней в трудные минуты её жизни, это рядом со мной она могла плакать и чувствовать себя беспомощной и в то же время защищенной. И вот, когда, казалось бы, всё начинало постепенно налаживаться, тебе вздумалось забрать её. Мы для тебя всего лишь игрушки, вот что я понял. Тебе нет дела до наших чувств и желаний. Зачем ты дал их нам, если не можешь прислушиваться к ним? Где смысл всего этого? Ты дал нам сознание, которое не в силах понять этого. Ты думаешь, что совершаешь великие дела, ведь мудрость, которой ты обладаешь, не имеет границ. Так вот, я объясняю на простом языке, на языке, который ты нам дал. Твоя мудрость заключается вот в чём:

Ты лишил Джона и Холли Кастера сына и единственного продолжателя их рода - это раз.

Два: ты навсегда убил в их сердцах всё живое и лишил их смысла дальнейшей жизни.

Три: ты лишил Каю любимой сестры и оставил её одну. Ты скажешь, что она не одна, ведь рядом есть ты, но довериться тебе, это всё равно, что прыгать в пропасть, думая, что ты останешься в живых.

Четыре: ты искалечил меня так, что даже не знаю, смогу ли я вообще в этой жизни снова встать на ноги.

Пять: ты убил почти самое дорогое, что у меня было.

Шесть: ты оставил еще один глубокий шрам в сердце Аланы. Напомню тебе, что первый шрам у неё появился после того, как ты забрал у неё родную маму.

И последнее.

Семь: За семь дней ты создал землю и ровно за один день ты отнял у меня семь самых главных вещей в жизни: любовь, здоровье, радость, счастье, доброту, веру и силу. А вместо них оставил злость, ненависть, отчаяние, ужас, страдание, страх и жуткую боль. Я безумно благодарен тебе, за то, что ты навсегда омрачил мою жизнь и жизнь еще нескольких дорогих мне людей. Ты же хотел благодарности, так вот же, получи эти семь пунктов моих личных благодарностей тебе.

Мои щеки были залиты слезами, словно стены, облитые толстым слоем краски, и я почувствовал, как кожа лица плотно стянулась. Я почти не плакал, потому что уже выдавил всю жидкость, что была в моем организме. Учитель по биологии говорила, что человек на восемьдесят процентов состоит из воды, так вот сейчас во мне осталось около двадцати. Через некоторое время, услышав звук приближающихся шагов к двери моей палаты, я прикинулся, что сплю. Когда дверь открылась, я успел подсмотреть, кто это был. И моему удивлению не было предела, когда я увидел своих родителей и заходящих за ними следом, Хамида Али и Алану. В этот момент желание притворяться спящим у меня окончательно отпало, и я открыл глаза. На лицах Фрэнка и Лоис были натянутые улыбки. И пусть выглядел я не в лучшей форме, но всё ведь могло быть намного печальнее. Я посмотрел на Мистера Али, и он лишь кивнул, добавив к этому короткую улыбку. Алана стояла рядом и ничего не произносила. Сегодня она не выглядела также изящно, как прежде. Глаза были сильно заплаканными, никакого макияжа на её лице я не заметил. Мне показалось, ей есть что мне сказать, но видимо какие-либо слова от неё я смогу услышать только наедине. Через мгновение рядом со мной присел отец и, выдержав небольшую паузу, тихо проговорил:

– Ну и видок у тебя.

Чувство юмора отца не покидало почти никогда. Он всегда пытался сгладить сложную ситуацию. Помню, каждый раз, когда мама начинала скандалы, Фрэнк ни на секунду не поддавался её провокациям, просто отшучивался на каждую претензию мамы и сохранял спокойствие до того момента, пока Лоис не сдастся. Однажды он мне кое-что сказал: "Запомни, сын, в этом мире есть два типа женщин, вода и огонь. Первые представляют собой аморфных, бесформенных милых существ, которые никогда не будут нагнетать ситуацию, а просто будут выполнять всё, что им не скажешь. Такие женщины хранят домашний очаг и следуют везде за своим спутником жизни. Они просто впитывают в себя всё, что им дают. От них почти не дождешься никакого всплеска или скачка эмоций. Второй тип женщин представляет полную противоположность первым. Феникс - огненная птица - вот что живет внутри них. К ним нужен особый подход, можно даже сказать, что с такими женщинами нужно проявлять внеземное терпение и феноменальную твердость характера. Твоя мама именно такая. По-крайней мере была такой, когда я её впервые встретил. С фениксами нужно быть очень осторожным, потому что это очень жгучие существа. Есть некая тонкая грань, которую ты должен с ними соблюдать. Дашь слабину и они погаснут, переусердствуешь, они будут пылать и сжигать всё вокруг, при этом сгорая дотла они убьют и сами себя. Поэтому с такими может ужиться не каждый, а кому это по силам, будет очень счастлив, потому что фениксы невероятно чувственные существа. Они будут вести тебя по жизни, не давая ни на секунду задуматься о том, насколько твоя жизнь скучна и неэмоциональна. Почему я тебе это всё говорю, потому что женами всех в роду Куперов всегда были фениксы, так что ты не исключение, и тебе достанется огонь, который будет поддерживать тебя на протяжении всей твоей жизни".

Но мой огонь уже погас.... И погас так, что разжечь его больше не в силах никто.

– Прекрати, Фрэнк. Сейчас не время, чтобы шутить, - не сказать, что неожиданно вмешалась мама.

– Я всего лишь хотел увидеть улыбку на лице своего сына, - проговорил грустным голосом Фрэнк.
– Да простят меня все те, кто посчитал, что это плохо.

– Вы все сделали правильно, - вмешался голос мистера Али.
– Это самое лучшее, что можно сделать в тяжелые минуты жизни. Заставить человека искренне улыбнуться и хотя бы на секунду забыть об ужасном - дорогого стоит.

– И почему же я раньше не был знаком с таким человеком как вы, мистер Али, - достаточно импульсивно произнес отец.
– Я бесконечно вам рад. Сожалею только о том, что не узнал вас раньше.

– Всему свое время, мистер Купер, - сказал Хамид Али.

Спустя несколько секунд в палате наступила тишина, но не потому, что все покинули её, а потому что подобрать нужные слова было нелегко. Фрэнк, тяжело вздохнув, направил свой взор в сторону окна. Мне показалось, что он смотрел куда-то далеко за пределы горизонта. Если подумать, что это невозможно с точки зрения законов физики, то никто не отнимал у человека его собственное воображение, так что получается невозможное возможно. Он смотрел туда около минуты, а потом, тяжело вздохнув, заговорил:

– Жизнь, сынок, тяжелая штука, мы с Лоис прошли через все тяготы этой жизни и пытались оградить тебя от всего ужасного, что в ней есть. Но всю жизнь мы этого делать не можем, поэтому тебе нужно стать сильнее и идти дальше, встречая каждую преграду на своем пути достойно. Как бы сильно не била тебя жизнь всегда помни, что найдется тот, кто протянет тебе руку. И что еще важнее, ты будешь думать, что это рука человека, но по правде говоря, это совсем не так, потому что это рука Бога, ведь только ему известно, что у тебя на душе, только ему слышны твои молитвы и только он в силах тебе помочь. Вот поэтому, сын, все мы сейчас рядом с тобой. Так что ничего не бойся, мы будем тебя постоянно навещать, пока ты не окрепнешь и не встанешь на ноги.

– Когда я был в полу осознанном состоянии, я услышал от одного из врачей, что есть вероятность того, что я больше не смогу ходить, - без каких-либо эмоций произнес я, уставившись в сторону окна.

– Ты должен слушать себя, а не каких-то там троечников, которые с трудом оканчивают университеты, а потом ставят все эти дурацкие диагнозы таким, как мы с тобой.

– Полностью с вами согласен Фрэнк, - поддержал мистер Али.
– Если бы мы слушали всё, что нам говорят доктора, то больше полвины людей на земле умерли бы абсолютно здоровыми.

Мы болтали в такой обстановке еще где-то минут десять, пока родители вместе с Хамидом Али не решили уйти. Единственной причиной столь раннего ухода крылась в той самой молчаливо стоящей рядом Алане Рамос. Мне показалось, что они сами очень сильно желали, чтобы мы с Аланой могли просто выговориться. Ведь мы были такими близкими в этот самый момент. Кажется, таких людей, как мы называют братья по несчастью.

Когда Фрэнк, Лоис и мистер Али скрылись за дверью больничной палаты, Алана словно подлетела ко мне и обняла так крепко, что единственной фразой, которую я успел ей сказать, была: "Ребра, Алана". А она даже не пыталась ослабить хватку, тихо при этом добавив:

– Если бы ты знал, как я счастлива тебя видеть.
– Ты единственный, с кем я могу выговориться и выплакать все накопившиеся слезы, хотя навряд ли они еще во мне остались

– Главное, что сейчас мы есть друг у друга, - с трудом выговорил я.

– Прости, я совсем дурочка, сделала тебе больно.

– Такими темпами жить мне осталось не долго, - попытался снять нависшее напряжение я.
– И я тоже очень рад, что ты пришла.

Сейчас на душе мне стало намного спокойнее. Когда вы видите Алану Рамос, то по определению вы не можете не улыбнуться ей, даже когда она злая или выглядит такой побитой, как сейчас.