Чтение онлайн

– И не озверевший тоже. Но такое не часто случается.

– А если, допустим кто-то сорвется во время ваших провоцирующих ритуалов?

– Это оскорбление Богов. Виновного мигом скрутят. Потом жрецы накачивают его успокоительным и вскоре изгоняют в лес за территорию. Неважно через сколько он придет в себя - обратно нельзя возвращаться минимум до полного прохода танца лун. Если, конечно, не зимовка. Я однажды так гулял. Вообще, крайне не рекомендуется доводить себя до такого состояния. Семь дней - и пора в путь. Хотя зверем охотиться приятней. Голова по-другому работает. Вот и затягиваешь, ищешь оптимальный баланс. А иногда просто кажется, что все нормально. "Потом, потом" и опаздываешь. Жрецы возможно специально объявляют праздники неожиданно, чтобы выявить если кто на пределе. Особенно когда погода подвела как сейчас. В замке следует сохранять благоприятную атмосферу. Это радует Богов.

В помещении появился Свест. Выглядел он как обычно и спросил как ни в чем не бывало:

– Какие дальше планы?

– Я уже забыл, что у меня были планы, - проворчал Ней, - впрочем нет, вспомнил, я собирался пройтись за едой. У меня сейчас почти шаром покати, а здесь еще скромней. Мы ж с Рином на общественном содержании. И ему тоже неплохо бы знать место склада.

– Давайте в компенсацию за примененное беспокойство я вам принесу. Ни у кого не возникнет сомнений для кого беру. Впрочем Рин, тебе лучше пойти со мной - дорогу узнаешь.

– С тобой дорогу ему не узнать - ты же внутренним переходом пойдешь? Так что хочешь посодействовать - валяй один. И не забудь для него спецпаек. Ему ж теперь восстанавливаться надо.

– Хорошо, уже иду - согласился Свест.

– - Пусть проветрится, - бросил мне Ней, - в башне есть внутренние колодцы, он наверняка предпочтет пролететь по ним. На Молебен все равно мимо склада пойдем - тогда и покажу.

– А откуда на складе еда?

– Не из воздуха же. Принято половину из того, что набрал оставлять там. Остальное - можно себе. Когда жрецы находят, что этого недостаточно - объявляют общественные работы.

– Ясно. А ведь мне правда надо восстанавливаться, но только сейчас сообразил - у меня никаких ваших трав-настоек в запасах нет. У меня сейчас появилось ощущение, что я только что бревна таскал.

– Нормальная реакция. Выкачал-то он тебя существенно. Мне-то нужно сейчас хоть чаще, но в итоге и меньше. Я сейчас от себя тебе принесу. Наглотаешься - и спать. К ночи восстановишься, не переживай.

Он мигом вернулся с сосудами и сушеной травой. Кроме моховки и сушеной сверики-издыри (свежей, конечно, не нашлось), он заставил меня отхлебнуть еще и сон травы. В общем возвращения Свеста я уже не застал.

***

Я на дне глубокого колодца, стены уходят вверх, в бесконечность. И тут раздается свист, гам, стены расступаются. И откуда-то сверху появляется жрец. Жрец племени Смиалоэтов, его руки складываются в знак проклятия и вдруг вместо знака он уже держит в руках огромный огненный шар. Раздается хлопок и тут мои плечи словно начинают раздвигаться в ширину я чувствую будто крылья растут за спиной. Непривычное ощущение сильных мышц, которых никогда ранее я в этом месте не ощущал, рывок и вот я в воздухе. Откуда-то издалека доносится гром и вдруг целый поток воды устремляется мне в лицо. Я резко открываю глаза - передо мной стоит Нияст с пустой пиалой:

– Извини, но просто не знал как тебя разбудить. Просыпайся. Нам надо быть на празднике дождя. Соберешься - заходи. Накинь плащ.

Окончательно проснувшись я встал, вытер лицо и даже выбрал набедренную повязку поновей. Плащ, выделанный словно из цельного листа какого-то растения лежал рядом со мной. Такие большие листья я видел на крыше хижины в лесу, которая стала первым общим домом Нею и мне и потом в тепличном саду замка. Но там листья казались жесткими и плотными, а плащ мягко струился по плечам. И здесь у них какая-то своя технология обработки.

Когда я зашел, Свест и Ней сидели на стульях у стола, общаясь на своем языке. Они оба были в таких же плащах. Конечно, они меня сразу заметили и встали.

– Ты только ничего не пугайся - нашел нужным предупредить Свест, - хотя вряд ли ты будешь паниковать.

Чем-то очень знакомым повеяло от его слов.

Сначала мы шли как обычно, спускаясь вниз и только где-то на втором ярусе пошли не к выходу, а в другую сторону.

– Следующий поворот направо ведет на склад, - заметил Ней.

Мы прошли прямо еще около трехсот шагов и коридор стал резко расширяться. Наконец мы попали в огромный зал, освещенный десятками факелов, свет которых и здесь усиливали зеркала. Посередине зала высилась статуя, изображающее человеческое существо с множеством рук. Я насчитал десять: две ладони лежали на коленях, запястьями вверх, две раздвинуты в стороны, остальные подняты вверх и с них, должно быть эмитируя стекающий поток, спускались грозди оплетенных сеткой самоцветных камней. Мы пришли сюда явно не первые. Жители башни располагались на полу небольшими группами. Мы также примостились около стены.

Вдруг откуда-то раздалась барабанная дробь. Неожиданно стало светлей - вспыхнули словно сами собой еще десятки факелов. Все, кто был в поле моего зрения встали на колени и уставились вверх. Я последовал общему примеру и увидел как из верхней ниши спикировала прямо к статуе божества фигура жреца. Тут же к нему подошли младшие жрецы и помогли ему обрядиться в пурпурное одеяние. Затем жрец взмахнул руками и помощники встали полукругом, сложив руки на груди. Он же уселся как на троне у ног статуи. Затем жрец развел руки в стороны и начал что-то говорить, сначала чуть слышно, в конце он почти кричал. В тот момент, когда он резко подскочил вверх, по статуе словно прошел огонь. Он резко развернулся и упал в ноги изображению божества, продолжая что-то настойчиво говорить и выкрикивать. На некоторых фразах пламя вторило ему всполохами. В какой-то момент на колени статуи положили сооружение, состоящие из спелых фруктов, украшенных драгоценными камнями. Немедленно пламя прошло и по ним, обратив в пепел. Помощник жреца тут же унес оставшееся блюдо. Предварительно жрец вытащил из него один из потемневших камней. Взял на ладонь, провел над ним другой рукой. Я заметил, что камень снова засиял. Жрец какое-то время внимательно вглядывался в него и только потом передал помощнику. Он еще несколько раз обходил вокруг статуи, кружась в своеобразном танце, опускался перед ней на колени, вскидывал руки непрерывно что-то лопоча и прищелкивая. Разумеется я ничего не мог разобрать и даже не старался и вдруг мне показалось, что в общем сопровождающем соло жреца аккомпанементе помощников все настойчивее звучит знакомое слово: ... линна, ... линна, ... линна. И вдруг мой слух уловил уже совсем понятные слова: "общая сила, общая кровь". Здесь я заметил, что народ в зале начал вставать, сбрасывая на пол плащи. А жрец со своей свитой направился вглубь зала, занимая каменное возвышение. Стоявший рядом со мною наэрл, наклонился к плечу своего товарища и присосался выше ключиц. Я оглянулся - Свест также поступал с Неем. Ней смотрел на меня. Я подошел. Свест оторвался, но кровь тонкой струйкой стекала вниз по груди Нияста. Тот чуть заметно кивнул. Я аккуратно дотронулся до места прокуса языком и только затем решился прижаться губами. Капли попавшие в рот имели уже знакомый солоноватый вкус. Свест мягко отстранил меня и приложился на миг сам - ранка закрылась. Тут же Ней наклонился ко мне и вот уже он тянет мою кровь, его сменил Свест. Потом настала очередь Свеста делиться линной. Ней также уступил мне прокушенное им плечо и так же отстранил меня и остановил кровь. На губах сохранялся не очень мне приятный привкус.

– Можешь дальше не участвовать, только если к тебе не подойдет жрец, - напомнил Нияст.

В стороне один из наэрлов поднял вверх руку и сразу несколько других направились к нему и по очереди сменяли друг друга у его шеи. Затем я заметил, что над головами взметнулось еще несколько рук. Растворились в этой кровавой вакханалии Нияст и Свест. Не могу сказать, что мне было приятно происходящее, но дурноты я не почувствовал. Однако нашел не лишним выпить воды. Благо несколько открытых баков стояли около стен. В это этот момент рядом со мной на миг оказался Свест, ничего не сказал, только недолго и внимательно всматривался мне в глаза. И снова исчез среди толпы. Наконец, вниз, в толпу спустился жрец. Мягко передвигаясь по залу он протягивал руку то одному, то другому участнику обряда. Облагодетельствованный тут же опускался на колени и присасывался к ней. Следя за жрецом я заметил, что однажды он протянул руку аллиолу. Тот выделялся в толпе в первую очередь, конечно, цветом кожи, но еще и более узкой линией плеч. Кроме того у него в отличие от остальных была абсолютно гладкая спина и плечи Впрочем, такие же гладкие спину и плечи, без намеков на где-то прячущиеся подкрылки имел и Нияст. Жрец разумеется, подносил руку к своим губам и до и после этого угощения. Идя дальше по залу не обошел он вниманием и меня. И я честно отыграл под его пристальным взглядом навязанную мне часть обряда. Я успел заметить, что это был другой, не знакомый мне жрец. Ну, конечно, в племени никогда не бывает только один служитель Богов.

– Ты - с нами, ты - наш, общая сила, общая кровь, общая сила, общая кровь...
– прошептал жрец.

Когда он отошел, я оглянулся в поисках своих, и тут же поймал взгляд Нияста, стоявшего в нескольких шагах. Конечно, он хотел убедиться, что я принял всерьез его слова. Со спины ко мне подошел повеселевший Свест и положил руку на плечо. Вскоре мы снова расположились на полу, около сброшенных нами плащей.

Закончив свой обход жрец выбрал одного наэрла и повел к статуе Божества. Они вместе опустились пред ней и жрец присосался к горлу избранника. Он довольно долго пил и когда оторвался, наэрл остался лежать на полу. Его подхватили товарищи и окружив по всей видимости стали подкармливать.