Чтение онлайн

– Но нет! Вот вам наше с карасиком! Мы будем молча страдать и резать вены! Хрясть - и все! У вас пятьдесят минут, чтобы собраться и прийти на опушку Волшебного леса. Опоздунов ждать не будем!

С этими словами он удалился.

Вероника бежала во дворец наместника. За спиной у неё висел огромный рюкзак, доверху набитый всевозможными лекарствами и снадобьями, о бедро бился мешок с личными вещами и кратким лекарским справочником.

Этот скарб Вероника собрала после встречи с Миррой и сразу побежала в главное здание врачевальни. Она хотела оповестить всех о приближающейся опасности и сообща организовать эвакуацию горожан. Но Веронику никто не слушал. Люди проходили мимо нее, скользили по ней взглядами, переговаривались между собой. Вероника подумала, что эта какая-то коллективная шутка. С ней уже такое бывало: и в школе, и в лекарском училище. Стоило Веронике чуть-чуть выбиться из общих рядов, выделиться, "сумничать" - и ей объявляли бойкот. Он мог длиться неделями. Но сейчас на такие штуки просто не было времени! Вероника отыскала Ру, которая всегда хорошо к ней относилась. Но и она не пожелала ничего слушать. Просто прошла мимо, весело болтая с пустотой.

Вероника поняла, что в одиночку ей с этим безумием не справиться. Но теперь ей было к кому обратиться. И она помчалась во дворец наместника.

Удивительно дело! Ещё несколько недель назад она считала этого человека кровавым тираном, деспотом и чудовищем. Таким он и был в действительности. Наверное. Но, как известно, с близкого расстояния все выглядит несколько иначе.

Вероника беспрепятственно вошла во дворец. Стражники смотрели сквозь неё, будто она была пустым местом, к тому же скучнейшим. Секретарь в приёмной, как заведенный, перекладывал бумаги из одной стопки в другую.

– Его светлости нет, - механически информировал он посетительницу, даже не взглянув на неё.

– И где его светлость?
– едва сдерживаясь, поинтересовалась Вероника.

– У себя в покоях. Прямо по коридору, потом налево, четвертая дверь от окна...

Секретарь слегка подпрыгнул на стуле, моргнул и стал перекладывать бумаги обратно.

Вероника почти бегом преодолела указанный маршрут и ворвалась в покои наместника.

Гостиная была пуста.

– Септимус! Это я!

– А...Привет, - вяло кивнул наместник, появляясь на пороге спальни и убирая в ножны кинжал.
– Разве уже пора?

До прихода Вероники наместник занимался финансовой политикой: рассовывал по карманам и сумкам банковские карты, деньги и драгоценности. Он не знал, сумеют ли они выбраться из Города и куда попадут после, но подозревал, что некоторое время ему придётся кормить спутников из собственного кармана.

– Ты должен что-то сделать!
– вскричала Вероника.

– Не понял.

– Ты должен спасти людей! Мы не можем бросить Город!

Наместник скептически скривился:

– Я объявил всеобщую эвакуацию. Разослал гонцов по деревням. Что тебе ещё надо?

– Но они ведь не уходят!
– воскликнула Вероника.
– Они даже не слушают...Они...

– Вот именно, - терпеливо завел наместник.
– Всем пофигу. Никто не чувствует наступающий каюк. Прямо как в начале войны...

Вероника содрогнулась. Потом решительно заявила:

– Уходите без меня! Я не брошу людей!

С этими словами она метнулась к выходу, но Септимус опередил её и захлопнул дверь прямо перед носом Вероники.

– Решила повыделываться?
– злобно процедил наместник.
– Не вздумай! Мы не можем взять каждого за ручку и вывести к светлому будущему! Когда до тебя наконец дойдет? Они не хотят идти! Они даже не знают про барьер. Они вообще никогда его не замечали! Их все устраивает! Они счастливы! Выведи их наружу - и они будут ныть, что ты испоганил их прекрасную жизнь, развалил Город, уничтожил устои. Такое бывало, и не раз, и безо всякой магии. Мы честно предупредили их. Они не послушали. Они не поверили. Что ж, пусть тонут. Но без нас.

Вероника лишь мотала головой, словно отгоняя от себя эти жестокие слова.

– Я не могу так, Септимус, - жалобно простонала она.
– Пойми!

– Понимаю, - кивнул наместник.
– Но так не могу я.

Он коротко рубанул ребром ладони по вероникиной шее и подхватил лишившуюся чувств девушку:

– Пускай я не могу вытащить за химок всех и каждого, - Септимус заботливо уложил Веронику на кровать, - но с одной-то дурёхой справлюсь.

Септимус метался по комнате. На кровати лежала без сознания связанная Вероника. У стены стояло чаровское зерцало. Скрипя мозгами, Септимус соображал, как в одиночку утащить обоих. Мыслительный процесс бесцеремонно прервала диванная подушка, врезавшаяся наместнику прямо в голову.

– Ты чего наделал, изувер?
– раздался крик Мирры.

– Я её всего лишь вырубил!

– Всего лишь?!

– Она наотрез отказалась уходить из Города, пока мы не спасем всех до последнего таракана!

– Ладно, согласна. А почему до сих пор копаешься?

– Зеркало!

– А?

– Я не могу одновременно нести и Веронику, и зеркало.

– Нахрен тебе зеркало?
– удивилась Мирра.

– Дура! Это же твое зеркало! Если я его потеряю, то больше никогда тебя не увижу! Сама говорила!

– Пфф! И ты купился? Спятить можно! Это была шутка! Мне просто хотелось тебе подгадить. Забавно было смотреть, как ты прёшь эту махину. Плюнь на него и пошли уже.

– Но как же...А что с ним будет, когда Город схлопнется?

– Ну...Не знаю. Наверное, вернется в пещеру. Оно всегда туда возвращается.

– Убиться опахалом! Так пещера тоже схлопнется - она ведь внутри барьера!

– Расслабься! За тысячи лет это зеркало разбивали, крошили в пыль, бросали в жерло вулкана, топили в реке. А ему хоть бы хны!

– А такое с ним уже бывало?
– уточнил Септимус, показывая на предапокалиптический пейзаж за окном.

– Э...Нет.