В объективе тени
Шрифт:
— Что ты знаешь про астральную проекцию? — серьёзно спросил Воншик, наконец закрывшись от её эмпатии.
Фэй задумалась припоминания, что она уже слышала об этом. В лагере Линда учила её отделять себя от физического тела, но… Обернувшись через плечо, Дзы посмотрела на раскрытые чемоданы, крепко установленные на магниты. До неё стало доходить к чему все эти расспросы.
— Зачем мы здесь? — с осторожностью ответила вопросом на вопрос Фэй и инстинктивно коснулась на куртке заклёпок.
Кью ухмыльнулся. Фэй оказалась догадливой, хотя и с опаской смотрела на него. Значит, объяснять ничего не придётся. А это очень упрощало ему задачу.
— Чтобы прыгнуть, — быстро ответил мужчина и, схватив Дзы, потянул на себя.
Они падали быстро и неотвратимо, теряя высоту. Фэй судорожно смотрела на мужчину, в чьих руках была секунду назад. Сейчас Воншик летел, вниз расставив руки в стороны. Ещё и улыбался, прикрыв веки. Он будто наслаждался полётом и совсем не обращал внимания на её панику и приближающийся асфальт. Если в чемодане нет никакого замедлителя падения, то это их единственная тренировка. Дзы не хотелось закончить всё на этом. Чувствовался подвох, о котором ей не сообщили. Она хлопала себя по рукавам куртки, пытаясь нажать на эти дурацкие клёпки, только ничего не происходило.
— Сосредоточься, — посоветовал ей Кью, показывая, что земля неумолимо приближается. — Твоя задача — отделить душу от тела.
— Прямо сейчас?! Я не смогу! — округлив глаза, она смотрела на мужчину, как на безумца. В таких экстремальных условиях это невозможно.
— Придётся. У тебя десять секунд до столкновения с асфальтом.
— Ты шутишь?!
— Предупреждаю, — будто с насмешкой хмыкнул Воншик, совсем не заботясь о том, что разобьётся не только она.
Бешено колотящееся сердце никак не хотело униматься. Мысли будто бабл-шарики собрали в одну банку и потрясти, настолько разрозненным всё казалось. Кью посоветовал сосредоточиться, но как? Чтобы овладеть астральной проекцией мало одной концентрации. Нужно было раскрыть в себе все потоки и прийти в гармонию. В конце концов, просто успокоиться. А они падали, и тёмный асфальт действительно был уже очень близко. Фэй зажмурилась.
— Пять секунд!
«Ты сможешь!»
Стараясь отбросить волнение и мысль о том, что они разобьются, Фэй представила, что у неё в груди шар: лёгкий, невесомый, воздушный. Его пронизывает энергия земли, энергия её тела, он сияет от прикосновения с бесконечным потоком жизни…
«Ты — это только оболочка. Душе неподвластно время. Она прошлое и будущее. Вы едины» — вспомнились ей когда-то сказанные слова Линдой.
Фэй резко и глубоко вдохнула, а потом её с силой подбросило вверх. Где-то отдалённо чувствовалась боль, которая тут же исчезла. Открыв глаза, девушка поняла, что зависла в воздухе. Она парила над городом, высоко над землёй. Чувство свободы, лёгкости переполняло и окрыляло. Вокруг были яркие экраны высоток, контрастирующие с уснувшим ночным городом. Тишина лёгкая и таинственная. Она могла бы заглянуть в каждое из потухших окон, пройти сквозь стены и даже в темноте найти тень. От осознания того, что её душа отделилась, Дзы запаниковала, но тут же отмахнулась от подкрадывающегося холода по спине. Она больше не боится теней. От одной такой мысли в груди разгорался синий свет, похожий на свет звезды, постепенно становясь ярче.
— Дзы Фэй, вернись!
Она слышала, будто вдалеке чей-то голос. Но он мешал сосредоточиться. Ведь теперь найти Пейта было так просто. Он же наверняка прятался в квартире Йена. Он больше не посмеет никого убить!
«А что, если я навещу его? М?»
— Фэй Фэй! Ты сейчас сожжёшь эту улицу!
Испуганно осмотревшись вокруг, Дзы только сейчас заметила, как залила своим голубоватым светом всё вокруг. Если она не прекратит это свечение, то оно превратится в плазму, которая всё сожжёт. Только… Как это прекратить?
— Я не знаю, как это остановить, — с тревогой, мысленно обратилась она к Воншику, надеясь, что он услышит её.
— Просто успокойся. Подумай о чём-то другом.
«О чём-то другом?..»
В памяти всплыли синие, как небо глаза, иногда меняющие цвет на серый в хмурую и тоскливую погоду или в грустное настроение. И мягкий, чуть низковатый тембр голоса. Он ведь будет ждать её. Как и раньше. А ей нужно обязательно вернуться.
Темнота. И словно вспышка перед глазами, затуманившая сознание. Фэй очнулась, лёжа на крыше в руках Кью, который крепко держал её за плечи и, кажется, даже тряс, чтобы она очнулась.
— Разве я сказал использовать искру?! Не знаешь, что нужно подчиняться приказам?
— Я не… Какую искру? — приподнимаясь на локтях, Фэй ощутила, как голова трещит по швам, будто её кто-то хорошенько приложил.
— Искра — это твой внутренний свет! Ты должна это знать ещё из курса духовности и энергии.
Мозг определённо отказывался воспринимать какую-либо информацию, особенно такую сложную и непонятную, как сейчас. Фэй только хотелось прилечь и уснуть на пару часиков, чтобы её никто не трогал и не донимал вопросами. И больше не сбрасывал с крыши.
— Тяжело мне с тобой придётся, — качнул головой Кью и помог принять Дзы вертикальное положение.
Глава 17
— Я бы хотел побеседовать с господином Таррараком наедине, — раскрывая дверь нараспашку, вошёл в палату Ют Буатонг, сурово глядя на двух медработников.
— Командор, это может быть опасно.
— Не опаснее, чем гули, — беспечно отмахнулся мужчина и дождался, когда они останутся наедине.
Йен лежал привязанный к кровати и волком смотрел на вошедшего мужчину. Из-за препаратов, которые вводили ему два раза в день, он мучился от бессонницы и постоянного ворчания Рена в своей голове.
Буатонг присел на стул, рядом с кроватью, пролистал в сенсорной планшетке весь написанный там анамнез и, нахмурившись, уставился на Таррарака.
— Я глава ночного патруля, Командор Ют Буатонг, — представился мужчина уже официально. До этого момента он виделся с Йеном после инициации, когда того перевели в санчасть. — Я хотел бы поговорить с вами обоими.
— А он смелый, — не сдержавшись, с надменностью фыркнул Рен, чем заставил Йена беситься ещё больше.
— Заткнись, — процедил сквозь зубы Йен, мечтая придушить собственное «я».
— Раз все в сборе, — хмыкнул про себя Командор, — тогда начнём.