В объективе тени
Шрифт:
— Я десять лет ждал, когда смогу забрать твою душу, — будто безумный оскалился Пейт. — Ты не задумывалась о том, почему вокруг тебя умирают близкие люди? Потому что ты забрала моего брата. Он, как дурак влюбился в тебя.
— Это его выбор, — прошипела Фэй, пытаясь незаметно нащупать в кармане кубик. Ведь одно её неловкое движение и он просто перережет ей глотку.
— Он вообще не должен был родиться! Наша с ним связь, с самого рождения, была очень сильной. Если он падал, мне тоже было больно. Но когда он влюбился, то стал слабее. И я тоже! Из-за тебя меня подрезали в той драке. Это он должен был умереть, а не я!
Мгновение и Пейт занёс стилет, чтобы нанести удар, но тот внезапно вылетел из рук. Ему на спину бросилась Эми. Изнеможенная, иссохшая, с впавшими глазами, она потратила последние силы, чтобы выиграть время для Фэй.
— Уходи! — крикнула она Дзы, повиснув на спине близнеца, словно кошка, которую он не мог с себя скинуть.
Нанесённая рана удушала. Фэй понимала, что сбежать не получится. Кубик упал на бетон, подскочил несколько раз и, провернувшись, застыл. Пространство начало меняться. Словно скомканный лист, который снова попытались распрямить — именно таким, казалось, всё вокруг. Смещённые стены, будто обломки, прыгали вверх и вниз, теперь отдаляя Фэй и Пейта друг от друга. Сумрак сгущался, словно подстраивался под настроение близнеца. Дзы попыталась связаться с Тори, но её мысли, будто блокировались. Казалось, что сюда вообще невозможно пробиться. Пейт создал собственное сумрачное пространство. Опираясь о кусок кривой стены, Фэй судорожно думала, что делать.
— Ты забыла, что здесь мои правила? — прорычал близнец и, наконец сбросив с себя Эми, воткнул в неё стилет.
Душа девушки застыла в неестественной позе. Он будто выпивал её силу, которая серой дымкой поднимались по лезвию стилета к нему. Эми осыпалась пеплом, навсегда исчезнув. Округлёнными глазами Фэй смотрела на происходящее. Она опоздала.
— Она мне больше не нужна.
— Ты всё равно не выберешься отсюда! — зло сжимая кулаки, прокричала Фэй.
Они стояли друг напротив друга, на расстоянии одного прыжка. На расстоянии смерти.
— Мне всё равно, — язвительно парировал Пейт. — Я знаю, что ты пришла не одна. Но сюда никто не сможет войти. Никто. Поэтому в любом случае мы умрём вместе.
В его глазах плескалось безумие. Сумрак становился тягучим, будто вязким, сжимался, чтобы стереть в порошок обоих. Но, кажется, Пейту это не особо мешало. Он легко двигался по перпендикулярной стене, примеряясь для атаки. Она только сейчас заметила, что нанесённая ею рана исчезла с его плеча. Как он смог её залечить?
— Удивлена? — проследил он за её взглядом.
— Совру, если скажу, нет.
— Ты всегда была такой же слабой, как и Йен. Наверное, поэтому вы и притянулись. И наверняка до сих пор не встречаетесь. Ведь я прав?
Хмыкнув, Фэй отвела взгляд. Он был прав. Она никогда не верила в свои силы, даже обладая незаурядными способностями, стояла сейчас перед ним беспомощной. Всё это время она убегала от себя, но даже вновь вернувшись, не делала ничего. Жалкая и никчёмная. Она посмотрела в ту сторону, где исчезло тело Эми, и закрыла глаза.
«Нет! Я не никчёмная!»
Из груди стал пробиваться свет. Поначалу еле заметный, но с каждой секундой он становился всё ярче и ярче. Фэй зажигала в себе Искру.
— Ну нет, так не пойдёт.
Пейт крутанул в руке рукоять стилета, превращая его в катану, и оттолкнулся от стены. С занесённым мечом он летел прямо на Фэй…
— Кью, пространство искажается, — обеспокоенно говорил Макс, наблюдавший за показателями на экране планшета.
— Тори дала ей кубик, — быстро догадался Рю и обеспокоенно посмотрел на Воншика.
Мужчина чертыхнулся. Если Фэй воспользовалась сжателем, то что-то пошло не так. Теперь он не сможет воспользоваться хаосом, чтобы повернуть время вспять. Искажённое пространство невозможно распрямить правильно, это лишь разорвёт тех, кто в нём.
— Тори, — мысленно позвал он девушку, которая оставалась на улице. — Ты должна помочь Фэй. Заходи в сумрак.
— Я не могу, — с остервенением отвечала Камиширо. — Он создал собственный сумрак, воспользовавшись сжателем. Я только могу наблюдать за тем, что происходит внутри.
— Покажи мне! — потребовал Кью и настроился на её внутреннее зрение.
— Это что сейчас было? — оглядываясь по сторонам, обеспокоенно спрашивал Йен.
Глухой хлопок донёсся с верхних этажей, так что не совсем понятно было, на что это похоже.
— Может быть, Фэй балуется, — едко прокомментировал Рен, шевелясь в сознании.
Йен уже понемногу привык к его постоянному присутствию. Всё это время ему вводили какой-то препарат и через каждые пару часов проверяли общее состояние. Поначалу Таррарак думал, что хотят усыпить его субличность, но когда понял, что активность Рена увеличилась, стал раздражаться. Тот был невыносим.
— Она ведь сегодня едет ловить твоего брата, — продолжал бросаться издевками Рен, словно наступал на больную мозоль.
— Мой брат наша общая вина. Ты его впустил!
— Потому что ты пил таблетки, делая меня слабым. Забыл?
Если бы Рен был настоящим, не им, а другим человеком, Йен бы точно сейчас его избил. Но так приходилось терпеть собственную субличность и злиться, что он, как никогда, прав.
— Слабак! — не унимался Рен, кажется, готовый добить Йена окончательно.
— Заткнись!
За дверью послышались голоса. Йен напряг слух, пытаясь услышать, о чём говорят.
— Что происходит? — послышался знакомый мужской голос.
— Командор, в лаборатории небольшие неполадки. Феликс просил передать, что по техническим причинам у него не получилось синтезировать кристалл, — докладывал патрульный дежуривший у палаты.
— Где Кью и почему меня сразу не поставили в известность?
— Его группа уже выехала на место проведения операции.
— Свяжись лично с Камиширо и передай ей это. Она всегда их берёт с собой.
Йен и Рен разом затихли. Затаив дыхание Таррарак слушал то, что происходило за дверью, и в очередной раз убеждался, что хочет придушить Рена, который снова оказался прав.
— Ну вот, Фэй едет сражаться с Пейтом, а ты опять ничем не сможешь помочь. Какая жалость…