Чтение онлайн

– Зачем? Наверное, мне интересно, потому что в нем будешь участвовать ты. Мне хочется знать, какой ты боец. Разве этого мало? К тому же я вижу много женщин, и часть их точно с кораблей. Вы сгущаете краски. Ким была права, здесь не настолько опасно. Никто не бегает за людьми с топором и разделочной доской.

Все умолкли. Воспользовавшись моментом, я легко избавилась от руки капитана на своем плече и просто пошла к двери.

А чего тут стоять и трепаться? Нам нужно заправиться, для этого надо добыть наличность.

Вот арена, там бои и выигрыш.

Главное, чтобы Айзек Лоу умел кулаками махать.

О да, это он умел. На импровизированную, выложенную из резиновых блоков вторичной переработки арену выплыла… хм… пусть будет очень низко падшая женщина с пятым размером груди и подняла вверх табличку с цифрой семь. Грудь ее, правда, осталась на месте, ибо была слишком тяжела, чтобы кокетливо трястись перед мужиками.

Да-да, мне все хорошо было видно. На дамочке висели лишь три нитки, служащие ей трусами, и то спереди вместо куска тряпки болтались бусики. Приличия ради скажу, бусины все же были довольно крупными. Так что, можно сказать, сия женщина таки была в нижнем белье.

Получив культурный шок, я не знала, куда глаза девать.

Куда ни глянь, титьки да зады. И мужские, и женские. Разбитые в кровь рожи, горы мышц под металлическими имплантатами. Поэтому, потягивая слабоалкогольный местный напиток под интересным названием бормотуха, я смотрела только на Айзека Лоу. А тот, в свою очередь, радовал меня отличной тактикой боя. А народ неистовствовал… Наш капитан пришелся им по вкусу.

Шаг влево… Удар по лицу соперника… Отскочил. Вправо… Заблокировал атаку, и тут же удары по корпусу.

Рядом со мной, болея за брата, Дик размахивал кулаками, словно это он там, на ринге укатывает бритого амбала.

Пропустив удар, Айзек качнулся, схватился за канаты, но быстро выпрямился и успел уйти в сторону. Кулак его соперника рассек воздух. По скуле капитана и без того стекала кровь. Противник в предыдущем раунде уже исхитрился разбить ему лоб. Он явно целился в висок, но промазал.

Мне стало страшновато.

Серия быстрых ударов, я не могла разобрать, кто кого лупит. Отскок, Айзек снова, теряя опору под ногами, хватался за канат, его соперник и вовсе, упав на колени, ползал на четвереньках, тряся головой, как собака. Здоровый, гад, сплошное железо.

Если бы я реально представляла, что здесь не бойцы, а вот такие мутанты, – всех бы стриптиз погнала танцевать.

– Дик, – жалобно простонала я, глядя, как противник Айзека встает на ноги, – а может, уйти, а? Всем вместе, и ну его, поединок этот.

– Останавливать бой нельзя, – выкрикнул он мне на ухо, оглушая. – К тому же брат явно побеждает. Долгий бой – хорошая оплата. Ему бы раунд еще помусолить этот мусорный бочонок, и мы в шоколаде. Во втором бою ляжет быстро, и готово.

– Какой второй?! – Мой голос упал до шепота. – Сдурел? Я его больше туда не пущу!

– Женщины, что вы понимаете в хорошем бое?

– Все, что мне нужно понимать, – это то, что Айзек получает по голове. Мне достаточно! – Надувшись, я допила бормотуху и поставила стакан на стол.

Мимо прошла группа громил. Я бы, может, и не обратила на них внимания, если бы они буквально не прожигали во мне дыры своими взглядами. Усевшись за стол напротив, мужики снова на меня вылупились. Поджав губы, я повернулась к Ану и поправила лиф сарафана, чтобы там все было поприличнее.

Прошла, наверное, минута, и вся эта компания поднялась и скрылась в толпе. Не успела я расслабиться, как рядом послышалось:

– А вы откуда будете?

К нам подсел пожилой мужичок. Вроде и обычный человек: ни худой, ни толстый, ни высокий, ни низкий. Никакой, короче. Только вот мелочи – след от кольца на пальце и блеск золотой цепочки на шее – весьма смущали и настораживали. Не вязалось все это с потертой курткой, что он накинул поверх незастегнутой добротной рубахи.

Я осторожно положила ладонь на запястье Ана. Тот кивнул мне и обернулся на незваного гостя.

– Раз мы тебя не знаем, значит, не из ваших, – грубовато отчеканил он. – С какой целью интересуешься?

– Да больно боец у вас занятный. Из вояк…

Кулаки Дика замерли в воздухе.

Резкое движение, и мухичок оказался в его цепких руках. При этом он буквально упал грудью на мои колени.

– Ты тут на что намекаешь, морда?

– Да лица новые, вот и интересуюсь. – Мужик покраснел. Его глаза лихорадочно забегали, словно он выискивал кого в толпе.

– Тебе чем мое лицо не нравится? – рычал Дик.

Вокруг нас загалдели. Вопли, свист, улюлюканье. Обернувшись, я поняла, что Айзек отправил в нокаут соперника. Правда, при этом сам еле держался на ногах.

– Ладно, Большой Д, пари за тобой. – Ан поднялся.

Не смекнув, о чем он, я покосилась на Дика.

– Вот так-то, знай наших, браток. Хватаем Айза и по бабам. – Руки техника разжались, и мужик окончательно развалился на моих коленях. – Надеюсь, выигрыша хватит и на нашу малышку. Развлечется, малая.

Я улыбнулась через силу, спихивая с себя чужое мужское тело.

– Бордель ярусом выше, – прокряхтела, придерживая подол. – Но я предпочту своего малыша. Айзек в таком виде особенно горяч.

Мужик наконец соизволил подняться. Поправляя куртку, он хищно прищурился, слушая нас.

Я вопросительно приподняла бровь, словно спрашивая, что еще ему нужно. Ничего не сказав, он отвернулся и ушел в сторону арены.

– Так, забираем капитана, деньги и делаем ноги. Нами заинтересовались, – сухо отчеканил Ан. – Не торгуйся особо, бери что дают, Дик. Никаких вторых боев, не поддавайся на уговоры. Все, а я на арену. Лидия, не отстаешь от меня ни на шаг.

Кивнув, я для верности схватила Ана за рукав и засеменила за ним. Дик направился в противоположную сторону.

Утащив с арены изрядно помятого Айзека, я усадила его на пластиковый стул и, уперевшись на стол, наблюдала, как Дик теснит к стенке организатора боев. Платить тот не торопился.

– Ш-ш-ш. – Услышав это странное шипение, я опустила взгляд на капитана и замерла.

Моя ладонь нежно поглаживала его по волосам, пропуская сквозь пальцы густые черные пряди. При этом я задевала открытую рану выше виска.

– Прости. – Я сконфуженно убрала руку.

– Мне казалось, ты меня боишься, – прошептал он разбитыми губами и, обхватив за талию, прижался лбом к моему животу.