Чтение онлайн

От его взгляда у нее по коже побежали мурашки — уже не в первый раз.

— Тебе действительно будет легче жить в этом доме, стараясь даже дышать тише, чтобы не привлечь его внимание, чем обрести шанс на свободу? Прислушиваться к его шагам за дверью? Любыми правдами и неправдами скрываться от него, чтобы, мать твою, хотя бы ребенка нормально доносить?

С каждой фразой Деймона злость в нем закипала все сильнее.

Елена вздрогнула и опустила взгляд, услышав его последние слова. Она почувствовала, как к горлу подступил предательский комок, а на глазах вновь появились слезы.

— Чем ты лучше? — дрожащим голосом спросила она. — Ты не давал мне покоя все это время, и я пряталась от тебя так же, как и от Стефана. Я не хочу это продолжать.

— Твоя проблема в том, Елена, — Сальваторе встал с софы и подошел к девушке, — что выбор, который ты делаешь, ты считаешь единственно правильным, в упор не видя никаких других вариантов того, как можно поступить. И в твоей ситуации это глупо.

— Однажды я уже поверила Стефану, когда осталась с ним.

— Что еще раз говорит о том, что у тебя хреновая интуиция.

— Думай, что хочешь, — Елена нервно дернула плечами и облизала губы. — Я не буду жить с тобой. Я не знаю, что ты себе нафантазировал и какие чувства хочешь от меня получить. Этого не будет.

— Елена, — процедил сквозь зубы брюнет.

Гилберт молчала, больно, чуть ли не до крови кусая губы.

— Ни одного дня, — мотнула головой она. — Не пытайся строить из себя благодетеля. Я верю в то, что ты испытываешь ко мне физическое влечение. Тебе нужно только мое тело, и ты сам этого не отрицаешь. На меня саму тебе плевать, иначе бы ты не поставил меня перед таким выбором, который я сделаю явно не в пользу этого сомнительного освобождения. Лучше ты мне этим не сделаешь, даже если заберешь отсюда. Я не пойду на это.

Деймон стоял, стиснув зубы и плотно сжав губы, и чувствовал, как внутри все горит, прожигая насквозь, кажется, каждую клетку организма, от осознания собственного фиаско.

— Елена, подумай.

— Деймон, пожалуйста, оставь меня в покое, если в тебе осталась хоть капля человечности, — попросила она.

Последние слова Елены звучали с такой мольбой и были пропитаны такой сильной болью, что Сальваторе на мгновение замер. Сердце пропустило один удар.

Девушка молчала, опустив глаза в пол.

— Это твое окончательное решение? — еле слышно прошептал Деймон.

— Да, — одними губами произнесла Гилберт.

Мужчина еще полминуты стоял напротив нее, ожидая, что она хотя бы поднимет на него глаза, но Елена старательно прятала взгляд. Больше Деймон не сказал ни слова и направился к выходу.

Она считала каждый его шаг.

— Столько хватит? — небрежно спросил старший Сальваторе, отсчитав Энзо семь стодолларовых купюр, когда на следующий день пригласил его, чтобы рассчитаться за то, что тот обо всем ему рассказал.

— У тебя уже есть какой-то план? — спросил итальянец, не обращая никакого внимания на деньги.

Деймон нахмурился.

— Я никого не собираюсь забирать, — рыкнул он.

В этот момент на Энзо словно бы вылили ведро холодной воды. Он поднял глаза на брюнета. От мыслей, что, на самом деле, Сальваторе не собирался никому помогать, у Энзо внутри все замерло.

— В смысле? — пробормотал охранник. — Но ведь ты обещал…

Сейчас итальянец напоминал Деймону маленького ребенка, которому родители долго обещали купить игрушку, но так и не купили.

— Я тебе ничего не обещал, — отрезал Деймон. — Я лишь узнал у тебя то, что мне было нужно.

Энзо почувствовал, как начали холодеть руки. «Неужели Деймон такой же, как его брат, и надеяться не на что?..» — только эта мысль кровью до боли в висках стучала сейчас в его голове.

— То есть… Как? — недоумевал Энзо. — Зачем тебе тогда вообще нужно было узнавать обо всем этом?!

— А это, шкаф, извини, не твоего ума дела, — сказал Сальваторе, похлопав охранника по плечу и встав с дивана.

— Деймон, он же может убить ее! — не выдержав, воскликнул Энзо, вскочив вслед за ним.

Деймон поднял голову и посмотрел парню прямо в глаза.

— А меня это как-то должно заботить? — хмыкнул он. — Я ничего никому не обязан, — отрезал Деймон. — Я не бюро по спасению маленьких девочек, попавших по собственной глупости вот в такие передряги. Я пообещал вознаградить тебя за информацию — вот твои деньги. На этом все.

Энзо смотрел на него широко распахнутыми глазами и совершенно не понимал, что случилось и послужило причиной таких резких перемен в настрое Деймона. Сент-Джон верил, действительно верил, что он как-то сможет помочь Елене, он видел, что тот поражен тем, что происходит в доме брата. Но сейчас брат Стефана вел себя так, будто бы не имеет к этому ни малейшего отношения.

— Как это возможно — так поступать… — тихо пробормотал итальянец. — Она беременна, Деймон. Она…

— Искренне рад за молодую семью, — развел руками Деймон. — Держи, — с усмешкой сказал он, протянув купюры Энзо.

— Да подавись ты своими деньгами, — прорычал тот. — Ну и урод же ты, Сальваторе.

Он чувствовал, как внутри все закипает. От безысходности хотелось выть.

— Какая эмоциональность, — с нескрываемой насмешкой проговорил брюнет. — Невероятно, сколько чувств может вызвать одна девушка. Ну, принц, беги спасать свою

Белоснежку! Ну, или кто она там для тебя? Я с удовольствием посмотрю, как ты будешь бороться с моим братцем. Это будет…весело.

— Какая же вы поганая семья… — тяжело дыша, прохрипел Энзо.

— Ну так тебя вроде в нее никто и не приглашает, чтобы так возмущаться.

Деймон взглянул на наручные часы.

— Мне уже в офис надо, — сказал он. — Так что давай, гуляй, Челентано, пока волшебного пинка не дал, — усмехнулся Деймон.

Энзо, не чуя под собой ног, совершенно не смотря под них, сжимая кулаки, пулей вылетел из дома.

«Это не люди… Звери…» — думал он.

Елена еще долго прокручивала разговор с Деймоном у себя в голове. Именно он произнес фразу, за которую она сейчас была готова отдать все: «Я помогу тебе». Он просил за это пробыть с ним двенадцать месяцев. Довериться ему? Войти в его жизнь? Быть с ним… Немыслимо. Неправильно. Мерзко.

Елена не сомневалась в правильности принятого ею решения, но именно встреча с Деймоном послужила для нее важным толчком к тому, чтобы начать действовать самой. Она ясно понимала: сейчас на кону стоят три жизни — ее, Никки и будущего ребенка. И с каждым днем шансы на то, чтобы сбежать, становились все меньше: теперь Энзо и Тайлеру была известна, кажется, каждая сторона жизни Елены. Они могли заходить в ее комнату, проверять ноутбук и телефон, отслеживая каждое сообщение, каждый просмотренный ею сайт. Это было безумие, и Елене казалось, что сейчас она будто бы наблюдает за всем со стороны: она чувствовала, что ее жизнь уже не принадлежит ей. Так было больше невозможно.