В Огне
Шрифт:
– Скорее они спешат к его величеству, - злобно отозвался Гаррак.
– Лобызать королевский зад и вымаливать себе прощение.
Рикан опустил глаза, но от лорда не укрылись его мысли.
– Размышляешь, где мы оплошали?
– угрюмо хмыкнул Гаррак.
– Нигде. Когда я призывал лордов Итлисса к сепарации, они вздымали кубки и наперебой кричали: "Слава - Освободителю, Честь - Родине, Хер - Королю!". Однако, как только полилась настоящая кровь, эти трусливые свиньи заводили пятаками, при этом удивлённо похрюкивая: "Как так? На войне убивают? Не может того быть!". На людей нельзя рассчитывать, Рикан. Большинство из них при выборе вступиться за правое дело или сберечь свою шкуру, выбирают шкуру. А те же, кто не боятся за неё, обычно погибают первыми.
– Что же нам теперь делать, мой господин?
– Готовиться к бою. Бартун крепкий орешек. Пускай же его херово величество поломает себе все зубы, пытаясь сей орешек разгрызть! Собирай всех способных, даже лапотников на стены. Что там с его чародейством? Еще не сбежал к своему Ордену?
– Нет. Сатон сидит под стражей.
– Очень интересно, - пробурчал Гаррак.
– Что-ж, посмотрим, будет ли толк от его магии, когда начнётся сеча. Ступай, Рикан, подготовь крепость к битве. Мне нужно остаться одному.
– Позволите задать еще один вопрос, мой господин?
– Позволяю.
– Почему мы не пытались прорваться, когда у нас имелся шанс? Мы ведь могли бежать. В Предгорье и даже дальше. Зачем нужно было ждать до последнего?
Со стороны коридора послышался детский плач, лорд и советник повернулись. В дверях стояла бледная девушка, держа за руку хныкающего карапуза.
– Наддин?
– удивился Гаррак.
– Что ты здесь делаешь? Почему Райан до сих пор не в постели?
– Мы были у матери, - тихо ответила дочь.
– Братик не хотел покидать её. Он тоже всё понимает.
– Ну, чего ты плачешь, Райан?
– мягко поинтересовался Гаррак, опустившись к сыну.
– Мужчины не должны лить слёз. Особенно те, что носят славное имя де Краудов.
– Мама... маме плохо...
– пролепетал малец.
– Мама поправится. Я обещаю. Теперь же ступай с сестричкой. Тебе пора в кроватку.
Чмокнув сына в щёку, Гаррак обернулся к советнику.
– Рикан! Проводи их до спален и распорядись, что бы ко мне привели чародея. Он еще послужит своему лорду.
Уже на выходе из зала советника догнал голос Гаррака:
– Ты получил ответ на свой вопрос, Рикан?
– Да, мой господин, - отозвался тот, глядя в спины отпрыскам своего лорда.
– Получил. Надеюсь, вы сможете меня простить.
***
Сатон Баф, придворный чародей де Краудов, стоял возле окна. Тучный, тихий и трусливый маг боялся ближайшего будущего. С момента начала войны, Сатон отсиживался в Бартуне, взятый лордом под стражу. Как сказал ему Гаррак перед уходом: 'В войнах людей благородных, вам, орденским приблудам, доверия нет и быть не может'. Даже по возвращению Гаррака в крепость, Сатона из башни так и не выпустили. Конечно же, взяв чародея - лицо неприкосновенное - под стражу, Гаррак нарушил закон орденской братии, но решать самостоятельно, как теперь ему быть, Сатон не мог, а пытаться бежать - не хватало смелости. Помимо отсутствия этого свойственного далеко не всем качества, его руки сковывали тяжёлые кандалы из железа с примесью редкого и очень дорого минерала. Круадий или на языке посвящённых - Силентиум - нёс в себе очень полезное для всех, кроме чародеев свойство. А, именно - он отрезал последних от дара, от их врождённого Стамноса чем блокировал возможность связи с Энергиями.
В браслетах, которые перед заточением надели на руки Сатона, имелся маленький изъян. Либо нахалтурил изготовитель, либо Круадий потихоньку выветривался, но чародей потерял связь с даром не полностью - Сатон мог черпать Энергии, правда, в совсем уж мизерных количествах. На какие-либо сильные, мощные и дарующие возможность к побегу чары рассчитывать не приходилось, но на мелочь вроде обнаружения магического послания сил хватало. Чем, собственно, Сатон и занимался, изо дня в день проверяя округу на наличие весточки от Ордена, в надежде на столь необходимую пленнику помощь. Маг в сотый раз открыл окно башни, гремя цепями начертил знак, пропустил сквозь него Силу и почувствовал вибрацию Энергий на кончиках пальцев. Неужели? Свершилось! Наконец-то Орден ответил! Кто-то из братьев находился неподалёку от крепости.
Сатон сосредоточился на поиске витающей в округе "нити", наконец увидел её, ухватил и аккуратно притянул. Небрежным движением руки, распечатал невидимое простому смертному послание. В голове зазвучал голос чародея-отправителя:
– Приветствую тебя, Сатон. Говорит Малькон Фин.
"Ого! Сам Огонёк ответил, - подумал тучный чародей.
– Его архимагичество тоже здесь?"
– По решению Совета, мы не станем принимать участия в данном конфликте. Не удивляйся. Нынешняя война - личное дело правящих господ Семирии, а мы, в свою очередь, клялись защищать эти земли от внешних угроз, но не от внутренних перебранок, пускай и настолько масштабных, как война Гаррака. Хвала Богам-Братьям, что Кинвальд не настаивает на нашем участии. Теперь же, перейдём к делам насущным. Войско короля уже вошло в долину. Штурм назначен на завтрашнее утро, после переговоров, которые скорее всего ни к чему не приведут. Дальше, передаю тебе прямой приказ Совета.
Сатон застыл, стараясь даже не дышать.
– Ты должен найти укрытие на время военных действий. Ни в коем случае, даже под угрозой смерти, не вступать в бой. Мы, несмотря ни на что, обязаны сохранять лояльность Короне, пускай даже и в форме нейтралитета. При первой возможности беги из замка, но только если ты будешь уверен в успехе побега. На этом всё. Держись, Сатон Баф. Да защитят тебя Ветра Эвэра.
На этом послание закончилось. Придворный чародей, проведя большую часть жизни на унылых заседаниях и переговорах знатных особ, покрылся холодной испариной.
"Отлично!
– подумал он.
– Лучше и не придумаешь! Особенно мне понравилось часть про "даже под угрозой смерти". И как прикажете мне быть, если вдруг Гаррак решит, что я должен защищать крепость?"
Словно в ответ на его мысли, сухо щёлкнул замок двери, и на пороге показались четверо вооружённых кнехтов.
– Ты, чародей. Идёшь с нами. Тебя желает видеть его светлость.
***
На дворе стояла ночь. В долине Пангра, в миле от крепости, армия короля соединилась с войсками лордов де Флама и Турбальда, возле деревушки Рафо. Иссиня-чёрную тьму ночи освещали огоньки сотен костров-стоянок. Самым счастливым довелось занять места на ночлег в крестьянских домишках, остальные располагались под небом.
– Ваше величество. Господа.
Алинтан де Флам учтиво поклонился, но не глубже, чем того требовал этикет. Фадагас Хук, по прозвищу Левша, неуклюже повторил движение своего лорда. Кинвальд внимательно осмотрел обоих. Герцог и солдат были похожи, как два жёлудя с ветки одного дуба - лишь различия в одежде давали понять, кто есть кто.