Чтение онлайн

Стоя нос к носу, мы орем друг на друга.

Джо появляется из неясного контура и налетает на нас:

— Эй! — кричит она на то, что, как я полагаю, является спиной исчезающего Риодана. — Ты не можешь просто бросить меня здесь!

— Вы оба, чтобы даже не рыпались нафиг! — рявкаю я.

И возвращаюсь назад к платформе со звуковым оборудованием, вокруг которой мы все носимся со свистом, пытаясь уклониться от сучки и выяснить, как обойти ее костяные копья!

Вопли Оззи разносятся далеко по округе. Я никогда не слышала эту песню через сотню динамиков и от Блэк Саббат на такой громкости у меня встают дыбом волоски на руках. Такое чувство, будто я реально присутствую на Черной Мессе и того и гляди, сейчас собственной персоной появится Алистер Кроули [131] . Забавно, как песни способны заставить вас по-разному себя чувствовать. Интересно, не потому ли Король Морозного Инея собирает звуки, что они заставляет его что-то чувствовать.

Метаясь туда-сюда зигзагами, я думаю о том, почему все вещи, созданные Темным Королем, оказались такими уродливыми и неполными, тогда как Видимые такие красивые и целостные.

Затем раздумываю над тем, как все Невидимые что-то забирают и это «что-то», обязательно оказывается тем, чего им всем так недостает. Почему при появлении Короля Морозного Инея пропадают звуки? Все замолкает, когда он появляется. Потому что он забирает звук, или потому, что само его существование его устраняет?

Или на самом деле все гораздо сложнее? Что если Ледяной Король, в конце концов, докопался до самого глубинного уровня проблемы Невидимых, до причин их ущербности? Что если он единственный из Невидимых оказался достаточно умен, чтобы добраться прямо до самой сути этой проблемы и, в отличие от недалекой Серой Дамы, которая проводит свою жизнь, пытаясь собрать красоту, никогда не будущую ей принадлежать, или Ведьмы, что никак не может закончить платье, которое никогда и не может быть завершено, Король Морозного Инея пытается собрать Песню, благодаря которой они были созданы? И он собирает Песнь Творения? Собирая ее по кусочку, частица за частицей?

— Дура, ты ебаная идиотка! — рычит Лор, я откатываюсь в сторону и вхожу в стоп-кадр. Потом в меня врезаются с разных сторон и практически сплющивают в лепешку. Я слышу, как пару ребер издают протестующие скрипы.

— Эй, отвалите от меня! — Кристиан и Риодан оба пытаются вывести меня отсюда. — Я потеряла концентрацию на пару секунд, потому что серьезно задумалась! Такого больше не повторится!

— Уж конечно, не повторится! — реагирует Риодан.

Меня перекидывают через плечо, и вот уже ветер свистит в волосах, потом меня кидают в овчарню!

Меня! Мегу! Выбросить на лужок!

— Меня здесь ничего не удержит! — выплевываю я, до безобразия возмущенная. Как только мои ноги касаются земли, я тут же приступаю к активным действиям в режиме стоп-кадра, но врезаюсь в Кристиана, который хватает меня за плечи и швыряет Риодану, который снова кидает меня в середину овчарни!

— Хватит! — Мои ребра болят. Им надо прекратить надо мной издеваться.

— Не будь обузой, — говорит Риодан и исчезает.

Я моргаю.

— Прекрасное чувство, не так ли, Мега? — Танцор холодно сморит на меня.

— Я не обуза! — Я жду, пока они возвращаются к другому краю, и снова вхожу в стоп-кадр. К черту всех, я супергерой. Супергерои не сидят на обочине.

Ведьма нацелилась на уничтожение Кристиана.

А Лор и Риодан ничего не делают, чтобы ему помочь! На самом деле, я вообще не врубаюсь, что они делают. Они упорно стараются остаться на противоположных сторонах от нее — один спереди, другой сзади — и продолжают со свистом носиться, избегая быть нанизанными одной из этих смертоносных ног. Они отступают, пролетают обратно, замирают на месте, отступают, пролетают, замирают на месте. Это продуманная, методичная атака, и если бы у них было в запасе все время мира, в конечном итоге это могло бы к чему-то да привести.

Могло бы. В конечном итоге.

Ну, допустим, приведет? И что дальше? Как они собираются ее уничтожить? На мой взгляд, это не самый, что ни на есть хорошо-продуманный план. Я не вижу у них никакого оружия.

Ведьма разгоняется и бомбардирует Кристиана. Он поскальзывается на льду и падает.

Он просеивается и исчезает, но вдруг возвращается туда, где только что был. И выглядит обеспокоенным, как будто его просеивание не сработало, как ожидалось.

Эта ошибка на долю секунды — все, что ей надо.

На сей раз Ведьма достанет его!

И всем плевать. Никто даже не чешется его спасать.

Блэк Саббат с каждой секундой звучат все зловеще, и все это в совокупности заставляет меня потерять последние капли самообладания. Я выхватываю свой меч и швыряю его прямо в голову этой суке. Услышав рассекаемый им воздух свист, она резко уходит в противоположную сторону и врезается в Лора, который отлетает назад.

Затем внезапно она исчезает!

Мой меч застревает в сугробе. Рука уже начала ныть от его отсутствия.

Кристиан переводит взгляд с меча на меня, его непривычные флуоресцирующие глаза становятся ярче:

— Ты ради меня бросила меч.

Я стою в оцепенении. Я никогда не выпускаю меча. В отличие от Мак, я не делюсь им ни с кем в битве. Никогда.

Склонив голову, Риодан смотрит на меня из-под нахмуренных бровей таким взглядом, какой мне уже доводилось видеть у него раньше, да и Лор выглядит не менее раздраженным.

— Чувак, — начинаю я, потому что не имею понятия, что сказать, — ну так ты собираешься бросать его мне назад, или как?

Кристиан откидывает длинные черные волосы через плечо и сверкает убийственной улыбкой:

— Принцесса, я бы отгрохал тебе гребаный Белый Дворец. — Мой меч рассекает ночь алебастровой сталью отблескивающей пурпурным огнем.

— Куда, нахер, подевалась чертова сука? — рычит Лор. — Я хочу от нее кусок.

— Без понятия, — отвечаю я, и мы все настороженно озираемся вокруг.

И в этот момент раздаются вопли ши-видящих.

Так и не сумев до нас добраться, Ведьма решает переключиться на более легкую добычу.

Мы переходим в стоп-кадр или просеиваемся. Я исчезаю последняя.

«Когда, черт подери, я успела стать тормозом?»

Двое ши-видящих умирают мгновенно, когда их внутренности отправляются в полет.

Через мгновение их кишки шлепаются на снег мокрыми блестящими клубками.

Мои челюсти сжимаются, и я ощущаю мышечный спазм величиной с грецкий орех. Зубы стиснуты так сильно, что становится больно.