Чтение онлайн

Кроме ярости. Ее я ощущаю все время. Она никогда не стихает и не проходит. Провалы в сознании, когда я теряю чувство времени, становятся более частыми и продолжительными.

Она валиться на землю. Я бросаюсь с крыши, плавно приземляюсь на ноги и поднимаю ее на руки. Где я был, когда она нуждалась во мне? Трахал очередную безликую женщину. В попытке удовлетворить необъятную жажду.

Она такая крохотная у моей груди.

Неудивительно, что меня всего так колотит. Ведь я касаюсь своей богини.

— Ох, девушка, что ты на этот раз с собой сотворила? — Я убираю волосы с ее лица. На ней так много крови, что я не вижу вызывающих кровотечение ран. Как она вообще была способна идти? Меня сводит с ума, что она в этом городе без охраны или сопровождения, постоянно нарываясь на неприятности. Мне хочется запереть ее где-нибудь, где навсегда смогу уберечь ее от беды. Где-нибудь, где все белое, яркое и прекрасное, где всегда все идет так, как надо.

У нее мозгов больше чем мускулов в теле, но со здравомыслием дефицит. Страсть к жизни заставляет ее двигаться дольше, чем она может идти. Она сгорит дотла, если не найдет кого-то или что-то, что будет остужать ее пыл и заряжать энергией. Ей нужно настолько основательное столкновение насколько она живет, иначе Дэни просто умрет молодой. Не могу вынести даже мысли о ее смерти. Если бы я только знал как, то превратил бы ее в Фейри, чтобы она жила вечно. Не имеет значения, что я совершенно не горю желанием становится им сам, или, чтобы она стала такой же. Бессмертие есть бессмертие.

Я бегу с ней на руках, стараясь двигаться как можно ровнее и осторожней. Я отнесу ее туда, где представлял ее уже тысячи раз. Но я не такой дурак, и на этот раз буду умнее. Рано или поздно я все равно когда-нибудь этого да добьюсь.

Всего на миг — прежде, чем окончательно превращусь во зло, всего на мгновение — прежде, чем стану четвертым и последним Принцем Невидимых, я хочу быть ее Горцем. И ее героем.

Она это запомнит, даже если больше ничего достойного воспоминаний обо мне не останется.

***

Дождаться не могу, когда же уже, наконец, закончится смой супергеройский переходный период и я вырасту. Достало уже постоянно просыпаться дезориентированной. Волосы на моем лице в первые секунды доводят практически до безумия, и едва не вырываю их с корнем, пытаясь откинуть с глаз, но они запутываются в моем браслете а затем ощущаю в волосах что-то твердое.

— Фу, — бурчу раздраженно, и в этот момент кто-то запускает в них пальцы, пытаясь осторожно выпутать мое запястье.

Кто? Что? Где?

Просыпаясь, я всегда первым делом пытаюсь вспомнить, что произошло перед тем, как отрубилась, чтобы понять, где нахожусь и как я там оказалась. Когда я впервые совершила забег по аббатству (офигеть, оно было в миллион раз больше, чем мамина клетка!), я постоянно во все врезалась, так как не могла управиться с тем, как далеко и быстро я могла перемещаться в стоп-кадре. И по пробуждению никогда на сто процентов не была уверена, заснула ли я нормально или снова загоняла себя до потери сознания. А потом меня еще вырубил этот чертов Риодан, и теперь я вынуждена добавить к заботам еще и это, когда просыпаюсь.

Воспоминания неожиданно врезаются мне в голову. Я как ополоумевшая вырываю зацепившейся браслет с добрым клоком волос и судорожно шарю рукой в поисках меча, даже зная, что не найду его на бедре или где-то поблизости.

Мужской голос чертыхается вслух. Мои многострадальные уши болезненно вибрируют, а череп вот-вот расколется на части.

Я открываю глаза:

— Кристиан, убавь звук!

Я убираю волосы с лица и осматриваюсь. Я лежу в кровати, а он сидит рядом со мной, глядя на меня сверху вниз. Что-то изменилось. Он уже не выглядит так пугающе. Нет, я погорячилась. Да, выглядит, но либо я наловчилась понимать его эмоции, либо он четче их стал демонстрировать, потому что в его флуоресцирующих глазах плещется сожаление. Ого, его глаза стали прям как у Фейри! В последний раз, когда я его видела, они были еще не такие.

— Прости, девушка. Я уже почти выпутал твой браслет. Ты сама вырвала пару прядей. Нужно было подождать еще пару секунд.

 Он поднимает выдранный мной почти под корень клок волос и расправляет его между пальцами. Кудряшки мгновенно скручиваются обратно.

— Упрямые, как и головка, на которой они росли, — бормочет он. Потом делает дико странную вещь. Он кладет их в свой карман. Кто знает, может чувак коллекционирует волосы. У меня есть проблемы и поважнее.

— Он забрал мой меч! Этот выродок реально забрал его у меня!

 Не могу в это поверить. Как мне теперь убивать врагов? Я в любое время могла на них охотиться — а сейчас они покажут мне огромную жирную дулю. Это настолько выбешивает, что не в силах больше терпеть. Я пытаюсь вскочить с кровати, но ноги еще не до конца меня слушаются.

— Кто забрал твой меч?

— Инспектор Джейни. Я его убью.

— ЭТО ОН ТЕБЯ ТАК ПОКАЛЕЧИЛ?

Меня мгновенно разрывает головная боль, я переворачиваюсь, хватаюсь за голову руками и ныряю под подушки.

Он вздыхает так громко, что я отлично все слышу, хотя уши до сих пор заткнуты.

— Извини, девушка. Так это он?

Я все еще не убрала руки с ушей. Думаю, не сказать ли ему «да», чтобы он вместо меня ломанулся за Джейни, но не люблю врать, если только не получу от этого огромную выгоду. Вранье — это как маленькие похотливые негодники, они размножаются как кролики и как сумасшедшие скачут вокруг, а потом приходится следить за всей этой оравой.

— Покромсалась сама, но по его вине. Он спугнул меня, и я слишком быстро вошла в стоп-кадр. Кстати о ранах, мне не так дерьмово, как раньше и кровотечения прекратились.

— Помочь расправиться с ним?

В его вопросе слишком кучу энтузиазма. Как у маньяка-убийцы.

— Ни в чьей вонючей помощи я не нуждаюсь, — сердито отвечаю я. Ушам по-прежнему больно. — В смысле, не то чтобы твоя помощь воняет или что-то еще. Это было бы круто. Но я сама должна справиться.

— Не хочешь уже оттуда выбраться, девушка?

— Не мог бы ты больше так не горланить? Ты просто убиваешь меня. Мой суперслух такого не выдержит. — Я высовываю голову. — Кстати где это я? — Я утопаю в пуховых подушках и одеялах на высокой кровати в углу огромной комнаты.

— В моей квартире.

Я оглядываюсь по сторонам. Клевая берлога. Кристиан осел в переделанном в лофт промышленном складе с не хилой отделкой, в одном из тех, где гигантская жилая площадь не имеет стен, за исключением тех перегородок, которые вы создаете с помощью мебели и прочих вещей. Сплошной кирпич, деревянные полы и не зашитые отопительные трубопроводы. Высокие окна, пропускающие тонны света и огромный плоский экран 3D телевизора, расположенный перед гигантским, удобным на вид диваном. В помещении стоит бильярдный стол, несколько старых игровых автоматов и офигенный бар, оборудованная кухня из нержавеющей стали и нигде не дыбы или пыточных инструментов. Это просто гнездышко, за которое отдал бы богу душу студент колледжа… какая жаль, что Кристиан им больше не приходится, но, эй, мы имеем то, что имеем. В поле видимости никакой устрашающе выглядящей коллекции ножей. Ни красного, ни черного — их любимых цветов. Место явно не похоже на собственность Темного Принца.