Чтение онлайн

Грохот на втором этаже, заставил зельевара метнуться в сторону от двери, приготовившись к схватке. Идти внутрь дома мужчина не собирался. Во всяком случае, один. Наложив на себя чары ускорения, зельевар принялся осмотривать фасад здания, стараясь не упускать из вида выход из постройки.

Раздавшийся звон разбитого стекла, заставил Северуса повторить свой маневр, уходя из под дождя стеклянных осколков и какой-то массивной туши, с грохотом приземлившейся на то место, где секундой раннее находился Снейп. Брошенное зельеваром Bleez прошло мимо твари, что с невероятной для своих размеров скоростью увернулось от темного сгустка заклятия. Ещё мгновение и существо вплотную приблизилось к волшебнику, едва успевшему попросту отпрыгнуть ещё раз. Только данный факт спас Северуса от знакомства с длинными когтями, что со свистом рассекли воздух там, где он только что стоял.

Тварь двигалась невероятно быстро, заставляя мага постоянно отступать, уворачиваться от её ударов и прыжков, не давая времени на передышку и легко маневрируя, благодаря чему заклятия Снейпа уходили в «молоко». Ситуацию усугубляли последствия яда, из-за которых зельевар двигался куда медленнее, чем мог бы, а так же головокружение, из-за которого приходилось тратить силы на банальное удержание равновесия.

Северус понимал — стоит ему допустить ошибку, оступиться или задержаться на одном месте хоть на долю секунды, как его противник мгновенно этим воспользуется. Тварь — не человек, а нечто хищное, не прощающее промахов. Она не будет рассуждать и не проявит милосердия — удьёт на месте. К тому же, слабость, убранная антидотом, начала вновь подступать. В глазах появились раноцветные круги, а дыхание быстро сбилось.

Всё это говорило о скором финале. Если Альбус задержится ещё немного, то земной путь алхимика бесславно прервется у входа в дом Предателей Крови. Не так Северус представлял свой финал. Во всяком случае, ему всегда хотелось утянуть за собой столь ненавистных Дамблдора и Гонта, а не подохнуть в лапах непонятной твари и сошедшего с ума Артура, коего алхимик никогда не воспринимал всерьёз.

«Где Дамблдор? — мысленно взвыл Снейп, — Опять не может явиться, когда это нужно?»

Однако, следующий прыжок странного противника оказался прерван внезапно загустевшим воздухом, что стал похож на прозрачную смолу, а затем и вовсе затвердел, став темным, наполнившимся чем-то напоминающим туман.

— Неужели тут нашелся крестаж? — раздался голос Дамблдора, с интересом рассматривающего пойманную им тварь.

Осознав появление Альбуса, Северус позволил себе остановиться, а затем рухнул на колени, ловя раскрытым ртом неожиданно сладкий воздух. Мышцы болели, а легкие буквально разрывало огнём. Сердце алхимика рвалось из груди.

Удивленно оглядев своего подчиненного, Дамблдор нахмурился, а затем принялся оглядываться, дожидаясь пока зельевар сможет нормально говорить. Состояние алхимика директору Хогвартса не понравилось. Не такое ожидал тут увидеть пожилой маг. Во всяком случае, не выдохшегося Северуса, не способного удержаться на ногах. Да и упырь, равно как и связанный Артур, вызывали вопросы.

— Не уверен, — вздохнул Снейп, восстанавливая сбитое дыхание, — Как бы у нас помимо крестажа проблемы не начались.

* * *

Информация от «Лонгботтома» требовала обдумывания. Причин тому было достаточно.

Во-первых, если Волдеморт захватил тело Джинни Уизли, то кто расшвырял наемников на Тисовой? Во-вторых, почему именно она? Неужели во всей Британии не нашлось других волшебников? Обязательно надо было использовать в качестве нового вместилища именно малолетнюю Предательницу Крови? В-третьих, действительно ли всё это имеет место? «Лонгботтом», между прочим, вполне может таким образом попросту подставлять меня.

В любом случае, даже если Джинни Уизли стала сосудом для души Волдеморта, я не собирался нападать… первым. Если, конечно, не потребуется обороняться самому или защищать моих родственников или друзей. Однако, даже тогда придется соблюдать осторожность и всячески избегать применения смертельных техник. Явных и легко выявляемых. Убийство, пусть даже Предательницы Крови, серьёзная вещь. Оно может завести меня в местные тюрьмы, чего совершенно не хочется. А если заикнуться про Тёмного Лорда, то колония для несовершеннолетних просто будет заменена на местную психушку, а что здешние эскулапы смогут выяснить и понять обо мне — тот ещё вопрос.

Так или иначе, но я решил ограничиться наблюдением за Уизли… В пределах возможного и разумного. В остальном же наша четверка постепенно вошла в прежний график с его доработкой под изменившееся расписание и те новшества в тренировках, что я планировал ввести после общения с наёмниками.

Кроме того, я решился начать обрабатывать первокурсников, благо, двое подходящих кандидатов для этого быстро нашлось… Хотя, я и не старался кого-то искать — они сами ко мне явились.

Первым из них был Колин Криви. Если честно, то это не самый лучший вариант, но не воспользоваться его весьма странным почитанием некоего Гарри Поттера — практически преступление. Увы, но фанатичность мальчика являлась его единственным плюсом. В остальном же, он не выделялся ни чем положительным. Магически слабый ребенок, в разум которого пришлось вмешиваться для того, чтобы он соизволил вынуть голову из собственной задницы и начал изучать магию. К счастью, опыт работы со своей психикой тут оказался более чем полезным подспорьем. Именно он помог мне понять как можно совместить банальные приемы психологического манипулирования и небольшие коррекции в уже существующих элементах разума ребенка. Да и то, эффект оказался спорным. Всё же, Колин — ребенок, выросший среди простецов. Этот факт накладывал серьёзнейший отпечаток на его восприятие, из-за чего подвести его к мыслям о необходимости действительно серьёзной подготовки, а не простого выполнения школьных даомашних заданий, было крайне сложно.

Второй стала Демельза Робинс. Рыжеволосая девочка из числа маглорожденных… Якобы. В реальности ещё необходимо разобраться кто же её настоящие родители. Искомую особу семья простецов попросту забрала из детдома, когда ей было чуть больше года. При этом Демельза — четко выраженный двуталант. У неё довольно сильный для ребенка темный дар и связь со огненной стихией. В Магической Британии не так много семей с подобными способностями. Гойлы, Брауны, Паркинсоны и Гринграссы. Однако, врожденные связи с Тьмой и Огнём — единственное, что указывает на наличие магической родни Робинс. В её внешности нет характерных черт ни одной из известных чистокровных семей. Из-за этого среди тех же старшекурсников быстро пошли слухи, что её отцом был кто-то из местной знати, а матерью — магла, погибшая в первое время после гражданской войны. Ведь, бои между политическими группировками продолжались аж до восемьдесят третьего года. Под их кровавый каток попали как многие чистокровные и потомственные, так и простецы, становившиеся случайными жертвами.

Учитывая возраст Демельзы, такой вариант тоже не стоило исключать.

В пользу данной версии говорила и выдающаяся для первокурсников личная сила Робинс. Девочка превосходила ровесников на голову, даже если говорить о потомственных одаренных с Когтеврана, которых с девяти лет обучали магии и алхимии.

Естественно, учитывая жесточайший кадровый голод, я не мог пройти мимо подобной личности. Тем более, Демельза сама решилась начать диалог, старательно пытаясь наладить отношения с нашей компанией. Оттолкнуть потенциального сторонника, который сам пришел и напросился — практически преступление.

Итогом моих раздумий стали договоренности с детьми, согласно которым они становятся частью нашего небольшого коллектива, но получают у МакГоннагал разрешение на самостоятельные внекласные занятия и тренируются по тому графику, что я для них составлю. Демельза согласилась сразу, к слову, а вот с Колином всё вышло не лучшим образом. Мальчик не мог взять в толк зачем ему надрываться и что-то делать за пределами Хогвартской программы. Именно этот акт и послужил причиной моего вмешательства в психику юнца.

Теперь, даже если он не оправдает даже минимальных ожиданий, хоть чего-то по жизни всё равно добьется. Во всяком случае, на это нацелено одно из корректирующих воздействий, внедренных в его личность. Можно сказать, я решил «оплатить» Колину свои действия. Этакая «вира», как ещё прошлой зимой сказал Дамблдор.

— Гарри, — уселась рядом со мной на диван Лаванда, — Можно к тебе вопрос?

После того, как Брауны прошедшим летом выступили в качестве посредников, да ещё и сами купили мои артефакты, девочка начала постоянно крутиться возле меня и моих друзей. Не меньше сближению с ней способствовала и многомесячная переписка, не прекратившаяся и после заключения сделок. Учитывая ту пользу, что приносила юная грифиндорка, попросту сливая информацию о происходящем в стенах Хогвартса, я не имел ничего против. Таких людей надо держать как можно ближе к себе… Не забывая фильтровать собственную речь и позволяя видеть только то, что самому выгодно показывать.