Чтение онлайн

— Замуж не возьму, — хмыкнул я, не отрываясь от очередного эссе для МакГоннагалл.

— Тогда два, — усмехнулась Браун, — принявшись демонстративно накручивать на указательный палец локон волос и надувать губы.

— Никого из твоих подруг тоже, — эссе как раз было закончено и теперь оставалось подождать пока чернила высохнут и можно будет его сложить.

Рассмеявшись, Лаванда демонстративно бросила взгляд на сидящую неподалеку Гермиону и покачала головой:

— Ты скучный… Сухой… Рядом с тобой сидят красивые и умные девочки, а ты пишешь эссе.

— А ещё таинственный и злой, — улыбнулся я, поворачиваясь к ней, — Что случилось?

Браун, изрядно меня удивив, подсела ближе, не забыв удостовериться в отсутствии рядом лишних ушей.

— Ну… Тут ходят слухи, что МакГоннагалл обыскивала замок, — начала издали девочка.

Припомнив ту суматоху, что имела место всю первую неделю, я пожал плечами.

— Наша декан носилась по всему Хогвартсу с оравой домовиков, но что они делали — я не в курсе. Может, она им для будущего ремонта разъяснения давала?

— Может, — кивнула Лаванда, поджав губы, а затем тихо, почти шепотом, добавила, — Только сегодня утром Дамблдор куда-то отбыл, хотя планировалось, что он проведет урок трансфигурации у седьмого курса… А вернулся он полчаса назад со Снейпом и связанным Артуром Уизли.

«Ничего себе новости! — удивленно подумал я, уставившись на Браун, — Да и Дамблдор хорош. Использовать школу в качестве места содержания нелегальных заключенных. Он сошел с ума? Или у него нет других мест для подобных дел?»

Впрочем, вспомнив всё то, что происходило в течении года, включая газетные статьи об уничтоженном семейном особняке нашего директора, можно было предположить, что он не стал рисковать и воспользовался крепостью. Вполне возможно, что другие его «базы» могут подвергнуться нападению, например. И Дамблдор об этом знает.

— Интересно… А в чем связь между МакГоннагалл и действиями директора?

— Она их встретила неподалеку от главного входа и спросила нашли ли они дневник, — всё так же тихо произнесла Браун.

В этот момент к нам подошла Грейнджер, хмуро глядя на Лаванду. И, по всей видимости, последнюю фразу девочки они смогла услышать.

— А что они делали у главного входа? — поинтересовалась Гермиона, до этого лишь мрачно наблюдавшая за нашей беседой.

— Так мистер Уизли же связан был! Видимо, заклятием. А когда через камины перемещаешься, то такие заклинания разрушаются, — пояснила девочка, покачав головой, — Короче, выходит, что…

— Лаванда, — вздохнул я, перебив девочку, — Скажи, тебе твоя жизнь дорога?

— Эм… Да, — удивленно уставилась на меня Браун.

— Если ты никому больше не успела об этом сказать, то постарайся вообще сделать вид, что тебя в том месте не было. А лучше — напиши родителям. Им виднее как воспользоваться этой ситуацией. Но только с помощью личной совы, а не школьной. На всякий случай. Ты меня поняла?

— Я… Да. Спасибо, Гарри, — поцеловала меня в щеку Лаванда и покинула гостинную факультетского общежития.

Проводив Браун раздраженным взглядом Грейнджер, повернулась ко мне и поинтересовалась:

— Мне кажется или она позволила себе перейти личные границы и…

— Гермиона, может хватит отваживать от меня людей? — покосился я на подругу, — Если ты не заметила, то общение с Браун имеет деловой характер. Остальное уже нюансы её поведения.

— Да? Когда я демонстрирую подобные… нюансы… ты становишься невероятно напряженным и подозрительным. А тут — такая расслабленность, — фыркнула Гермиона.

— Ревнуешь? — покачал я головой, демонстративно улыбнувшись.

— Что? Я? Нет! Ты дурак! — тут же покраснела и возмутилась моя сокурсница.

— Тогда в чем дело?

— Они меня раздражают, — поморщилась Грейнджер, — Особенно, девочки… Что им от тебя надо всем?

Покачав головой, я тяжело вздохнул. Процессы внутри Гермиона набирали обороты и становились всё более заметны при общении. Мне же стоило больших трудов таки найти главный узел этой структуры, что проводит трансформацию Грейнджер. Увы, но он очень качественно закрыт от считывания и защищен. С наскока взломать его щиты не выйдет. Оставалось лишь терпеливо, шаг за шагом, разбираться с тем, что наворотил Вишейт… Если, конечно, это был он.

— Всё очень просто. У Лаванды на меня нет никаких планов.

— Учту, — фыркнула в ответ Гермиона, разворачиваясь чтобы уйти.

— В любом случае, — мне удалось поймать девочку за руку и остановить, — Не надо отваживать от меня людей. Я не вещь, чтобы подобным образом вести себя со мной.

— Я тоже, если ты не заметил, — нахмурился девочка.

Летнее поражение заставило Риддла задуматься о том, что одними волшебниками-людьми войну не выиграть и потребуется кто-то или что-то ещё. Причем, взятые под контроль маглы в грядущей войне будут далеко не самым удачным вариантом. Стоит кому-то снять с них чары, как они вполне смогут повернуть оружие против своих недавних хозяев, что обернется ещё большими потерями и проблемами.

Делать ставку на некромантию, которая давалась Тёмному Лорду с большим трудом просто в силу того, что он был вынужден перерабатывать найденные им когда-то методики под себя, дабы обойти проблему отсутствия врожденного дара к этой мрачной науке, тоже не стоило. Слишком много в этом деле проблем и сложностей. Да и не поймет население, если по магическим кварталам и поселениям волшебников станут разгуливать патрули из личей и зомби. Тех же химер ещё примут, ибо они живые. А вот нежить уже нет.

Тогда-то и вспомнился Август Руквуд, бывший сотрудник Отдела Тайн и гениальный химеролог, что ещё в прошлую войну радовал Тома своими смертоносными существами. Питер Петтигрю смог освободить его из Азкабана ещё в восьмидесятых, практически одновременно с Барти, благодаря чему процесс создания из биоматериала последователей Тома гомункулов для подмены на них заключенных пошел в разы быстрее. После восстановления финансирования организации, Риддл не поскупился и выделил необходимые бюджеты на нужды некоего долгосрочного проекта, что, как обещал ученый, даст выдающиеся результаты. В словах Августа Том не сомневался, поскольку никогда прежде бывший сотрудник Отдела Тайн его не подводил.