Чтение онлайн

Впрочем, имелось одно важное отличие. Те отставники испытывали страх, навсегда поселившийся в их глазах и душах. Поттер же смотрел на окружающий мир с холодным равнодушием. Не фатализмом и принятием своей смерти. Нет. Странный второкурсник будто бы понимал, что в состоянии справиться с потенциальной угрозой и потому был готов к её появлению, но не видел смысла беспокоиться, попросту контролируя пространство вокруг себя.

Глядя в его глаза с помощью захваченного тела юной Уизли, крестаж начинал беспокоиться. Когда-то ему довелось увидеть состав, с которого спускали танки. Эти грозные машины, издавая лязг гусениц и ревя двигателями, казались тогда Тому непобедимыми монстрами. Настоящими хозяевами полей войны. Богами механизмов, что способны сокрушить кого угодно. От них буквально разило холодной, лишенной чувств и эмоций, опасностью.

Поттер, походил на них этим. Его странное спокойствие вызывало ассоциации с теми танками. Разве что имелся нюанс.

От темной силы второкурсника несло чем-то агрессивным, обжигающе горячим и злым. Будто бы речь шла о раскаленном металле, который заливают в глотку пленника озверевшие палачи. Столь странное впечатление совершенно не вязалось с тем, какой была привычная Тому Тьма. Среди слизеринцев всегда хватало потомственных темных. И их сила была совершенно другой. Тягучей, тяжелой, давящей… Но не обжигающей своей яростью.

От чего-то, связываться с Поттером не хотелось совершенно. Чутьё выходца с лондонского дна, почти звериное по своей сути, настоятельно рекомендовало держаться от этого второкурсника как можно дальше.

Симус и Дин были в разы слабее и делили третье по уровню личной силы место в этой странной четверке. Однако, как и их вожак, мальчики быстро прогрессировали. Несмотря на отсутствие средств защиты разума, они уже к концу сентября обзавелись базовыми оккулюментными щитами, которые постепенно дорабатывали. Из-за этого считывать их память уже не получалось, как прежде. А ломать защиты — выдать себя, чего Тому делать не хотелось совершенно. Особенно, в свете того, что ему удалось узнать из их памяти по поводу «дополнительных занятий» и самой жизни Поттера, оказавшегося ещё более странным и опасным, чем он выглядел со стороны.

Увы, но эта парочка уже к концу сентября щеголяла с достаточно сложными защитными артефактами в виде браслетов и колец. К тому же, Дин и Симус никуда не ходят по одному. У Риддла даже начали появляться сомнения в том, как они посещают уборную.

Оставалась Грейнджер. Эта второкурсница сильнее Робинс, Финнигана и Томаса, но уступает Поттеру. Артефактов у неё не меньше, чем у её друзей, а окклюментные щиты куда сложнее, тех, что успели сделать Дин и Симус. Однако, имеется важнейший момент, заставляющий всерьёз задуматься на её счет. Гермиона далеко не такая компанейская особа и порой гуляет по замку в гордом одиночестве. Причем, происходит это именно по воскресеньям.

Если бы не её сила и артефакты…

Среди первокурсников, если говорить о более-менее подходящих в качестве жертвы личностях, выделялась Робинс. Эта рыжая девочка быстро прогрессировала, имела неплохой дар и врожденную связь с Тьмой и Пламенем. Однако, уже к концу сентября и у неё появились защитные артефакты, а вне занятий она стала проводить время с компанией Поттера. Сей неприятный факт выводил Демельзу из числа возможных жертв.

Итог для обретшего разум темного артефакта был неутешительным.

Фактически можно было ставить крест на возможности захвата Робинс для смены носителя. Тем более, что артефакты у неё оказались не такими уж простыми. Кто-то прислал первокурснице довольно качественные средства личной защиты и обороны разума. От Авады не защитят, конечно, но смогут принять на себя первый удар наиболее распространёнными заклятиями.

«Значит, возвращаемся к первоначальному плану, — устало подумал Риддл, — Иначе так можно дождаться старости этого тела…»

Нет, имелся ещё один вариант, который осколок души Темного Лорда не сбрасывал со счетов.

Невилл Лонгботтом.

Ещё один одиночка на факультете Гриффиндор. И столь же странный, как и Поттер.

Помимо мощнейших окклюментных щитов, этот мальчик практически ни с кем не общался, находясь в добровольной изоляции. При этом он казался каким-то неуверенным, демонстрируя странную, неожиданную для него, слабость на уроках. Взрывы на предмете Слагхорна, постоянные ошибки у МакГоннагалл и Дожа, молчаливость и откровенный страх у Локхарта, хоть тот и сам не слишком требователен к студентам и больше внимания уделяет своим побасенкам…

Однако, стоило взглянуть на энергетику Лонгботтома, как у Тома появлялось острое желание прирезать его без каких-то ритуалов и сложностей. Невилл обладал силой, что присуща магам крови и химерологам Розье, а уж никак не потомственным мастерам боевого друидизма, коими являлись предки мальчика, которых полвека назад видел Том. Да и взгляд Лонгботтома вызывал удивление и оторопь. Так смотрят на мир матерые душегубы, а не второкурсники, даже если они выросли на улице.

Всё это крестаж смог понять наблюдая за учениками факультета из угла гостиной и разгуливая по коридорам Хоргвартса. Добиться хоть какого-то общения с нынешними детьми у него не удалось. Фамилия Уизли была практически приговором для его попыток наладить контакт.

Собственно, именно тотальная изоляция и откровенное одиночество помогли Тому внимательно изучить окружающих, пусть и лишь внешшне да прислушываясь к обрывкам чужих разговоров. Но даже это знание позволило вовремя сделать правильные выводы, избежав глупостей и фатальных ошибок.

«Ну и детки пошли, — горько подумал осколок души Тёмного Лорда, — Куда ни глянь — одно зверьё. Даже в жертву не принесёшь…»

Ни допрос Артура, ни обыск «Норы» результатов не принесли. Дамблдор и Снейп, облазили все помещения, включая подвал и чердак. Подчиняясь своей паранойе, зельевар не поленился изучить и содержимое пристройки — гаража и находящегося в нём зачарованного автомобиля. Да и отдельно стоящий сарай, что в лучшие годы Молли использовался ею в качестве алхимической лаборатории, Северус не обошел своим вниманием.

Увы, но среди многочисленных находок, что вызвали серьёзные вопросы у обоих магов, крестажа не было. Дамблдор и Снейп умудрились найти даже фамильные артефакты семейства Уизли, за сам факт наличия многих из которых тот же Артур мог отправиться в Азкабан на четверть века.

Не меньше вопросов вызвала и комната дочери Артура. Там Альбус смог выявить на уровне ментального и астрального спектров следы неких ритуалов, но понять их суть и цель у старика не получилось. Ясно было одно — они не имели отношения к чему-то деструктивному — совершенно нейтральная магия.

Зато позади дома нашлась глубокая яма, наполненная человеческими костями, часть из которых явно были проварены. Иные так и вовсе несли на себе следы трапезы, будто бы кто-то голодный их обгладывал.