Чтение онлайн

Зятем кастелян был доволен. Красив. Молод. Отважен. И самое главное неглупый человек. А, что родину сменил, так это на его месте любой сделал. Завистники на весь род Боголюбовых напраслину навели. Царь и приказал казнить. Так под пытками и на плахе отец с братьями богу душу отдали. Жёнам тоже не повезло. Опозорили опричники и поубивали женщин. Детишек не пожалели даже. Один князь Алексей остался. Пока расправа над его семьёй шла, он под Нарвой за царя кровь проливал. Как узнал, в какой немилости оказался, тайно в свои земли вернулся. Детишек спрятанных у мамушки – няньки забрал и в земли Короны подался. И был простым воякой в услужении короля, пока не отличился.

– Да, я твоей Ижбете ноги-то повыдёргиваю, чтоб по городу не шаталась, а с воспитанницей сидела, – разозлился хозяин дома.

Ну, теперь хозяин. По завещанию дом и треть земель на полотчине ему принадлежат. Прибавилось богатства у кастеляна Туровца. И больше бы было, если бы религиозный дядя остальное униятам не отписал за райские кущи. Ему за свою грешную жизнь никаких богатств не хватит от ада откупиться. Всё равно там уже прибывает.

– Мне, значит, дома сиди. К подругам не ходи! А ты по бабам бегаешь! – орала капризная дочь.

– А ты теперь замужем, доченька, – напомнил ей отец, – и я перед зятем в ответе за мужнюю честь. А твоих подружек я знаю. Анна Лисицкая – танцорка! На приёме у пана Дитко до скандала дотанцевалась. Мужу пришлось на дуэли честь жены отстаивать. Марьяна и вовсе отличилась. Третьего ребёнка пан Бельский не признаёт. А мальчишке лет шесть, как исполнилось. Да, и я не слепой вижу. Рыжий пацан от англицкого посланника.

– И что! Я к ним в гости зайти не могу. Я замужем, вот пусть мой муж за мной и смотрит! Ты теперь на меня прав не имеешь. Я мужняя жена! – не унималась Янина. – Даже Жолевский за мной не бегал!

– Твой покойный муж, был старым человеком. Ему не до тебя, было, – защитил зятя тесть.

Они с Ежи выгодно договаривались тогда по браку. Ежи – жена молодая и красивая, что на короля влиять. Гариславу – земли достанутся после смерти Жолевского. Ну, официально Янина наследница, а её отец пожизненный управляющий. Дочке такой брак был по душе. Свобода и блистательная жизнь королевского двора. Всё изменилось после смерти многоуважаемого зятя. И милая хохотушка девчушка превратилась в фурию. Замуж за князя идти не хотела! За какого-то безродного щенка Богдана собралась. Мол, я богата и сама буду решать. Не позволили. Политика и благодарность короля встали на счастье Янины. Теперь и злиться.

– Да, я лучше бы за Фердинанда Сфорца вышла. Он старый и глухой. Уехала бы от вас в Италию и счастлива была, – надула пухлые губки Янина.

– Ага, вышла и своего Богдана собою забрала, – напомнил дочке о недостойном женихе. – Мне надо было приказать плетей всыпать этому казаку, а не просто выставить за двери. На дочку шляхтича безродный пёс позарился!

– Не смей! – закричала на отца непокорная дочь.

В покои вбежал пасынок Янины. Отрок был на десять лет младше собственной мачехи. Пятнадцатилетний статный не по своему возрасту, мальчик держал в руках саблю. И был надет, как на битву.

– Ты куда, собрался? – в один голос спросили мачеха и её отец.

Отрок гордо поднял чуть поросшую детским пухом, а не мужской щетиной, бороду.

– С царём биться! За мать и деда отомщу ему! – поставил в известность опекуна княжич.

Гарислав Давыдыч развёл руками. Ему своевольной дочки хватает. И приёмный внук туда же.

– Ишь, ты храбрый какой. С царём биться. Ты, Ярослав Алексееч, сабельку – то положи и послушай, – кастелян сделал шаг к отроку, но тот, сжав оружие сильнее, отступил. – Царям не мстят, мальчишка. Цари может и с нами по земле ходят. Только они под богом, а мы уже под ними. Царю мстить - на бога хулу возводить. Ясно?

Пасынок дочери замотал головой, не соглашаясь с дедом.

– Царь нас защищать поставлен, а не невинных карать, – твёрдо стоял на своём Ярослав.

Ну, настоящий сын своего отца. Пан Азинский хоть и мало общался с новым зятем, но хорошо разобрался в нем. Упёртый и справедливый. Дочери с мужем повезло. Жаль, только, что мужу с женой, ох, как не повезло. Корона и Литва, не Московия. Здесь женщины в теремах не сидят. Они свой нос всюду сунут. И в политику тоже стали пихать. Свой голос подают. Теперь каждый шляхтич о красавице дочке мечтает, а не о наследнике сыне. На дочери может взгляд короля остановиться. И поставляй шапку, золото с привилегиями не заставят себя ждать.

Гарислав Давыдыч посмотрел на мальчишку. Ну, почему у него дочка? Дал бы бог вот такого сына. А лучше двух. Вот счастье для отца. Было бы кому фамилию и земли передать. Но, сына нет. Одна взбалмошная дочь. Всё ей останется. Хорошо, хоть в руки князя Боголюбова и его потомков. Бездарно труды кастеляна не погибнут. Всю жизнь сам аршин к аршину земельку собирал.

– Повоюешь ещё. Осада долго продлиться, – обнадёжил парнишку кастелян.

– Я на стену пойду, – выпрямился горе воин.

– Пойдёшь. Пойдёшь… – посмеялся Гористав. – Только, потом, когда я разрешу. А сейчас, пошёл с глаз долой, неслух!

Разозлился пан Азинский. Его в Туровце уважают. Он за свою долгую жизнь не одно сражение прошёл, а дома ни во что не ставят. Дочка командует. Пасынок её перечит. Ещё прислуга шпионит. За своим паном! Уму непостижимо! Стар, что ли так. Страх перестал внушать домочадцам.

Ярослав опустил саблю. Ссутулившись, пошёл наверх, в свои покои. Дочь тоже не задержалась. Вертихвостка. Шмыгнув носом, якобы на папу обиделась, убежала. К Ижбете жаловаться. Точно, к ней. Ведьме старой. Ух, давно надо было выгнать её. Да, никак не получается. Жалко. Всю жизнь с семьёй кастеляна живёт. Янину нянчила. Как давно это было. Лет двадцать пять назад.

Янина забежала в свои покои. Как же она зла на отца? Привёз в Полоцк и к подругам не пускает. Лучше бы в имении под Новогрудком сидели. А сам в Полоцк ехал. Хоть надышалась бы свободой. Без отца и мужа. О муже так совсем отдельный разговор. Три года женаты, а виделись четыре раза. Один перед свадьбой. Король похвастался, какую невесту выбрал новому фавориту. Из своих самых лучших фавориток выбирал. Красивая и богатая. Второй в церкви на венчании и пиру. Третий раз в прошлом году на святки приезжал. И четвёртый пару месяцев назад. К детям заехал. Радуйся. Муж, который есть, и нет. Не мешает. Не надоедает. Янина и радовалась бы, будь она, как и с первым мужем в Кракове. Не успела невеста опомниться от скоро брака, муж и бывший любовник к отцу сослали в Житницу. Детям среди природы лучше будет. Имение большое, но скучное. Милый папочка с Туровца каждые три дня наведывался. Проведывал дочку с приёмными внуками. Как же проведывал? Контролировал. Не сбежала ли?

– Янина, девочка моя. Что опять не так? – взволнованно спросила нянька, держа на руках падчерицу.

– Ничего. Отец мне врёт. Сам живёт, как знает, а мне не даёт, – посетовала бывшая подопечная на нелёгкую жизнь.

Малышка потянулась к мачехе. Янина взяла ребёнка к себе и улыбнулась.

– Ты, хоть меня Машенька не расстраиваешь и радуешь всегда, – поцеловала повеселевшая княгиня.

– Да, мамочка! – обвила ручонками пятилетняя девочка.

– Большуха, а всё на руки просишься, – пожурила воспитанницу нянька.