Чтение онлайн

– Не могу. Государственная тайна. Если разболтаю, Мережковский со своим старым дружком меня накажут.
– Ольга только насмешливо фыркнула, но настаивать не стала.
– Спасибо за предупреждение. Прощай. Проведи прекрасно вечер. Это ведь и твой дебют.

– Без Давида мне скучно, - посетовала Ольга. В её голосе сквозила неподдельная грусть.

– Он всё ещё не вернулся?

– Нет. Пытается разузнать судьбу отца. После того, как он сдался узурпатору, о нём никто не слышал. Новый князь Донаури дал слово, что оставит своему брату жизнь, но… Ты же знаешь политиков. Даже клятву можно обмануть.

– Давид вернётся. Всё будет хорошо.

Дмитрий нежно сжал тонкую руку подруги, затем быстро скрылся, спустившись по ступенькам в сад. Свою повинность он отбыл, значит, можно с чистой совестью уносить ноги. Дмитрий не мог сказать, что он так уж недоволен своей судьбой. Принадлежать к дому Романовых и быть старшим сыном самого влиятельного человека в империи, к тому же одного из самых сильных одарённых — это честь. Вот только к обеспеченной жизни, в которой дети получали всё, что душе было угодно: лучшие игрушки, лучшие вкусности, лучшая одежда, лучшие условия быта, а также отличные учителя и наставники, превосходная и самая современная техника от коммуникаторов до автомобилей прилагалась ещё и тяжёлая ноша ответственности за честь рода. Всегда и везде нужно было быть образцом, примером для подражания. Дмитрия, несмотря на то что он родился с даром видящего, воспитывали как лидера. Его потенциал повелителя огня, способного достичь высшего уровня ранга, свидетельствовал о том, что его избранным будет необычный человек. Отец допускал, что им может оказаться новый вершитель, ведь Его Арктическое Величество Нордстром достаточно уже стар, чтобы покинуть бренный мир и дать дорогу более молодому преемнику.

«Интересно, как отреагировал бы отец, если бы ему стало известно о Коте? — подумал Дмитрий, вспомнив юного авантюриста, свалившегося столь неожиданно ему на голову. — Да, ранг среднего воителя в шестнадцать лет его вряд ли впечатлил бы. А может… Я просто плохо его рассмотрел? Конечно, был тогда так встревожен за Ольгу с Алексеем, что попросту забыл просканировать парня. Ладно. Мы с ним точно ещё встретимся. Ольга, со своей любовью к фатализму, говорит, что от судьбы не сбежишь. К тому же, я ведь знаю, где обитает этот котяра. Но я ведь не собираюсь искать с ним встречи?» Дмитрий замер посреди собственной комнаты, поймав себя на странной мысли проведать дом Логиновых. Потом помотал головой, и отправился в ванную освежить не только тело, но и голову. Особенно голову.

… Снова странный зал, огромный и словно бесконечный, высокий сводчатый потолок и дивные барельефы на стенах. Золотые блики, как игривые солнечные зайчики, мелькают по всему роскошному убранству необычного зала. Дмитрий прекрасно понимал, что вновь видит сон, который приходил к нему уже не раз за последние полгода. Приходил и вызывал странные чувства. Видящие редко получают информацию о собственной судьбе, но этот случай, видимо, был исключением. Дмитрий не раз пытался взять управление сном в свои руки, но все предыдущие попытки проваливались. В эту ночь он решил не сопротивляться, так смирился с тем, что это вовсе не сон. И избежать того, что он увидит, никак не получится. Это видение, посланное его даром.

Его обнажённое тело было почти по самую шею погружено в странную субстанцию, по цвету напоминающую расплавленный янтарь. Дмитрий чувствовал, что его голову поддерживали чьи-то руки, не давая полностью нырнуть в немного вязкую, но приятную «воду», наполняющую тело необычайной силой. Дмитрий приподнял руки и увидел, что вся кожа покрыта алыми язычками яркого пламени. Но… страха не было. Словно он знал, что так и должно быть. Он был огнём, а огонь был им. Чистая стихия жила в его крови, в его костях, в его сознании. Он сам стал стихией. Яркой и неудержимой. Дмитрий больше не чувствовал никаких оков, вечно сдерживающих его натуру. В душе царило умиротворение. Дмитрий твёрдо знал, что он в безопасности. Что держащие его руки не дадут пропасть, погибнуть или исчезнуть навсегда.

Он не знал, сколько прошло времени. Во сне всё иначе. Там нет понятия времени или пространства. Там другая реальность. Дмитрий встал на ноги, глубоко вдохнул наполненный силой воздух. Сила была везде. Он медленно нехотя выдохнул и прикрыл глаза от удовольствия. Но… оно было немного не полным. Неожиданно по спине прошлась широкая горячая ладонь. Скользнула вперёд, нахальные пальцы пробежались по напрягшемуся в предвкушении животу. Вторая её подружка оказалась сначала на плече, потом плавно передвинулась ниже, скользнула ласково по руке до самых кончиков пальцев. Дмитрий опустил взгляд вниз, с удивлением понял, что нежит его… мужская рука! Но почему-то воспротивиться не было сил.

Эта рука захватила в свой плен естество Дмитрия, поласкало по всей длине, крепко властно сжала. Опытные пальцы снова ринулись в бой, вызывая горячую волну, накрывшую тело с головой. Спиной ощущалась чья-то крепкая сильная грудь, чьи-то губы касались шеи, покрывая горячими поцелуями. Дмитрий тонул в ласках, сердце билось неистово. В голове был полный сумбур, он совсем потерялся в этом странном сне. Ритмичные движения, плавное скольжение, подступающий неудержимый оргазм. Так чувственно, так непостижимо.

Когда сердце едва не выпрыгнуло из груди, Дмитрий всё же попытался… Он с трудом провернулся в кольце крепких рук и… на миг замер. Его сознание не удержало внезапный импульс желания и собственные руки протянулись, смыкаясь на шее высокого темноволосого молодого мужчины, спокойно стоявшего всё время позади. Это он подарил незабываемые моменты. Они были одного роста, почти одинакового телосложения. Дмитрий знал его и не знал, он был таким же и был другим. Его чётко очерченные чувственные губы тронула лёгкая манящая улыбка, а золотые глаза засияли ещё ярче… С губ сорвалось потрясённое: «Ты!»

Дмитрий проснулся, тяжело дыша. Его сердце билось неистовой птицей. А тело… оно требовало продолжения. Несмотря на произошедший во сне оргазм, напряжение и не думало отступать. Крепко удерживая в своих коготках. «Какого чёрта лысого ты снишься мне таким? — прошептал он в полумрак своей спальни, обращаясь к тому, кто пришёл в его сон в таком странном образе. — Почему меня так тянет к тебе? У меня никогда не было подобных фантазий. Только… Только не… Неужели мне суждено влюбиться в своего избранного? А если я не хочу?» Дмитрий почти прокричал последний вопрос, вскакивая со смятой постели. Вытащив из тумбочки пачку влажных салфеток, быстро стёр следы последствий своего сновидения. Затем накинул на обнажённое тело шелковый длинный халат и стремительно покинул комнату. Его путь пролегал в апартаменты одной маменькиной фрейлины.

– Ди-м-ма, - грудным голосом промурлыкала Клодия, графиня Сент-Пьер, открывая дверь, как только Дмитрий постучал. Он усмехнулся и шагнул в спальню прелестной дамы, решительно закрывая за собой дверь.

– Снова меня унюхала?

– От тебя за версту несёт сексом и возбуждением, мой мальчик. — Клодия небрежным движением сбросила с обманчиво слабых изящных плечиков кружевной пеньюар, демонстрируя роскошное стройное тело. — Разве мой чуткий носик мог такое упустить?

Дмитрий заглянул в глаза своей первой женщины и утонул в огне той страсти, которая уже горела там. Клодия была необыкновенной, яркой, темпераментной и свободолюбивой. Это и ценил в ней Дмитрий. Она не пыталась привязать его, но и он отвечал ей тем же. Эта молодая женщина была не только прекрасной любовницей, но и верным мудрым советчиком. Прошло несколько часов, прежде чем парочка угомонилась. Дмитрий, перебирая пальцами густые шелковистые, слегка вьющиеся каштановые волосы Клодии, вдруг задумчиво спросил её:

– Скажи мне… Почему ты выбрала мою мать? Ведь последняя из своего рода телохранителей-оборотней могла остаться с Его Величеством королём Франции, в родной стране. Почему ты последовала в холодную Россию за младшей из принцесс?

– Нас было девять родов, созданных Стражами и закреплённых за некими древними родами. Мы хранили их, были верны как никто другой. Но потом… Кто-то начал уничтожать нас одного за другим. Медведи австрийского дома исчезли совсем. Белые скандинавские волчицы спрятались, китайские чёрные лисы почти не покидают императорский дворец, пара последних японских псов живёт почти под замком. Я понимаю их императора. Он хочет их спасти. Судьбы оставшихся ничуть не лучше. Да, я последняя из рода снежных ирбисов. Я всего лишь родилась во Франции, но это не моя историческая родина. И да, я могла неплохо устроиться при французском дворе, получала не один раз заманчивые предложения от твоего любвеобильного дядюшки.