Чтение онлайн

– Чем же моя мать такая особенная?

– Не она, - загадочно улыбнулась Клодия. — Оборотни не видящие, но мы обладаем неким… чутьём. Можешь назвать это своего рода даром предвидения. Ещё моя бабка предсказала, что в стране снегов и холодных зим появится тот, в ком проснётся истинная кровь. А мы всегда были её хранителями и шли за теми, в ком была хотя бы капля её.

– Что за кровь? — Дмитрий мгновенно перевернулся, подмяв Клодию под себя и, нависнув над ней, настойчиво уставился в её глубокие словно омуты глаза, повторил: - Истинная кровь кого? Клодия?

– Таэре, - выдохнула красавица-оборотень и впилась в губы молодого любовника. — Больше я не скажу ничего, мой мальчик.

Меня точило беспокойство. Был уже полдень, а в доме подозрительно тихо. Парочка шалопаев где-то засела и это не к добру. За месяц, что я провёл в доме Логиновых Никки и Жанетта подтверждали сие незыблемое правило. У них на двоих было одно большое шило. Ребятки были очень одарёнными и не только силой. Кстати, то место, куда они сбежали от гнева Игната Даниловича и где он их отыскал, меня весьма заинтересовало. Дело в том, что огромный подвал дома был разделён на несколько частей. На мастерскую Михаила, в которой каких только странных приспособлений не было. Я, конечно, парень и в прошлой жизни мои руки вроде бы росли из нужного места, но там даже я терялся. А Мишка ничего, прекрасно ориентировался. Он будет настоящим наследником Игната Даниловича. Они теперь на пару пропадают в мастерской, приманив туда и Деда. И, кстати, в «диадемах» щеголяют теперь оба старших Логинова.

Вторая же половина была отдана под музыкальную студию. Среди моих друзей никогда не было профессиональных музыкантов высокого уровня и в такие места меня не заносило. Куча всякой сложной аппаратуры, стеллажи, где аккуратно были закреплены инструменты, ящички со всякими нужными мелочами. И Жанетта с Никки очень вольготно себя чувствовали среди этого царства музыки. Мне не стоило так удивляться, ведь их мать была знаменитой оперной певицей с уникальным голосом в шесть с половиной октав, к тому же с широким диапазоном. Мария-Луиза очаровывала своим непревзойдённым лирическим меццо-сопрано, к тому же, её уникальность состояла ещё и в том, что она легко могла петь и более низким голосом, таким как контральто. Поэтому поклонники оперы помнили её до сих пор и сожалели о потере такого таланта.

Я заглянул в студию, но неугомонную парочку не обнаружил. Поднялся по лестнице, добрался до гостиной и, плюхнувшись в мягкие объятия кресла, задумался.

– Не стоит так переживать. Они сегодня не настроены шалить, - раздался рядом спокойный голос Деда.

– Неужели ты оторвался от парочки чудиков-изобретателей?

– Просто почувствовал твоё смятение. Оно слишком сильно фонит.

– Завтра нужно отвозить документы в Академию, а этих обормотов нигде нет. А вдруг они о чём-нибудь забыли? Надо проследить, - вздохнул я.

– Миша утром всё проверил. Он хоть и чудик-изобретатель, - мягко усмехнулся Дед, - но ещё и ответственный молодой человек.

– Тогда где они засели? Я весь дом уже осмотрел!

– На чердаке смотрел?

– Нет. А что там?

– Там норка Жанетты. Должно же и у неё быть своё убежище, - пожал призрачными плечами Дед. — Вставай. Покажу дорогу.

«Ничего себе норка» - подумал я и, не удержавшись присвистнул. Всё пространство чердака было переделано под танцевальную студию. Зеркальная стена с поручнями для растяжки и тренировок классического танца, если не ошибаюсь, называется всё это балетным станком, я не спец - мне простительно, плюс к этому гладкий паркет и мягкие, песочного цвета маты с кучей цветных разбросанных кое-как подушек. Настоящее девичье царство. Никки и Жанетта валялись на широченном подоконнике, с грустью пялясь в высокое торцевое окно. Печальная картина.

– Эй, парочка бесенят, чего замерли?

– Жизнь — дерьмо! Особенно сегодня, - выдал Никки, присаживаясь и разворачиваясь в мою сторону. Жанетта только лениво махнула рукой в знак приветствия.

– Дело — труба, - констатировал я. — Колитесь, что у вас произошло! Чем смогу помогу.

– Маменькин театр на грани банкротства, - расстроено вздохнул Никки. — У меня ничего не получилось.

– У нас, - толкнула его в бок сестра. Жанетта встала, подошла ко мне и доверчиво обняла за пояс. Глаза у неё были на мокром месте. «Совсем дело плохо» - сделал я вывод.

– Пошли уроним кости на маты, удобно устроимся и вы мне всё выложите.

Минут через пятнадцать я знал всю историю. Как оказалось, после гибели Марии-Луизы и нескольких ведущих певцов, театр начал терять свою популярность. Да, второй оперной дивы подобного масштаба так просто не найти. Игнат Данилович ничего не понимал в развлекательной индустрии и доверился управляющему. Тот был человеком ответственным, но, как говорят в моём старом мире, вовсе не креативным. Поспевать за переменчивым ритмом жизни он был не в состоянии. В итоге репертуар застарел, самых талантливых исполнителей переманили конкуренты. Последним ударом стал переход в Императорскую Оперу австрийской певицы, пару лет назад приглашённой из-за неплохого голоса в четыре октавы. Несмотря на выплаченную Логиновым большую неустойку, настроения это никому, понятное дело, не повысило. Управляющий предложил продать театр, который когда-то Логинов построил для своей молодой жены.

Никки с детства увлекался музыкой и писал неплохие песни, делал аранжировки. Жанетта была автором текстов к его песням. Ребята даже были довольно популярны среди своих друзей и знакомых, часто выступая на школьных турнирах и концертах. У Жанетты голос был не такой уникальный, как у матери. Всего четыре с половиной октавы с небольшим запасом вверх. Она могла бы заменить примадонну собственного театра, но отец был против, в основном мотивируя её юным возрастом. Но, скорее всего, я думаю, он просто боялся. Она ведь так похожа на мать.

– Мы даже попробовали популярный в Австрийской империи жанр оперетты, но у нашей публики не зашло. — Никки вновь печально вздохнул. — Хотя там есть неплохие классические вещи Кальмана и Штрауса. Но… В императорской Опере репертуар лучше, певцы лучше, декорации и костюмы вообще… Правда, там и финансирование не то, что можем мы сейчас позволить себе.

– А что так? У вашей семьи проблемы? — Игнат Данилович ни словом, ни полусловом не обмолвился о чём-то подобном. Взял и приютил меня. А я и не туда, да и Дед похоже не в курсе. Я бросил на него вопросительный взгляд, и он ответил мне таким же. Карася ждёт допрос с пристрастием.

– Демидовы отхватили часть наших клиентов. Теперь наши образцы оружия не так популярны. У Демидовых более современные модели, навороченные. В декабре будет очередная оружейная ярмарка, а у нас нет новинок. Подробности у меня не выспрашивай. Где я, а где оружие. — Жанетта развела руками.

– С вашим отцом разговор потом будет, - бросил я задумчиво. — А вот с вами… Знаете, ребятки, а есть у меня идея. Как насчёт того, чтобы замутить новый жанр? Сделать то, чего в этом мире нет, а в моём очень даже популярно?

– Очень? И что это? — Жанетта встрепенулась первой, заставив меня улыбнуться.

– Мюзикл. Это более лёгкий жанр, чем опера, но по-своему очень увлекательный. Только как мне вам это объяснить?.. А лучше было бы показать…

– Я могу гитару притащить, - вызвался Никки. Я испуганно покачал головой и замахал руками.

– Нет, нет, нет. Я хоть и попаданец, но уволь меня от роли артиста. Бренчать на гитаре я могу только для узкого круга друзей. А уж петь? Слышали вопли мартовских котов? Вот и я пою так же, особенно в душе.