Чтение онлайн

Мы переглянулись, утвердительно кивнули и быстро пошли за ним.

Войдя в зал второго этажа, Октай вновь включил мобильник и отошёл от нас в дальний угол. Мы, от нечего делать, облокотились на барьер и сверху начали разглядывать разноязычных и разношёрстных пассажиров на первом этаже. Вдруг нас как будто ударило током, и мы на мгновение отлетели от барьера. Я заморгал, не веря своим глазам, Фуада застыл, только брови пошли вверх. Он посмотрел на меня, затем зоркий взгляд горца устремился вниз, и он выкрикнул:

– Видишь? Зи…Зи…Вон там, у входа.

Он был похож на самоубийцу перед прыжком в пропасть.

– У тебя проблемы с речью?
–  рявкнул я.
–  Не слепой, вижу. Её тяжело не заметить.

– Как она ляжками машет!
–  не унимался Фуад.
–  Она похожа на рыжую с картины Ренуара. Скажи мне, Малик.

– Неужели! Может, сбегаем за букетом цветов и оркестром?

На первом этаже в зал входила пышногрудая Зинаида с боевым раскрасом лица и головы в сопровождении двух мужчин с бульдожьими физиономиями.

Впереди себя они катили тележку и все трое, не поднимая головы, почему-то смотрели в тележку.

– Они высматривают что-то…

– Попались, популис, — уставившись на них, прошептал я.

Мы пригнулись, чтобы лучше рассмотреть.

– На тележке установлен прибор.

– Смотри, они её двигают в нашу сторону

– Точно. Пробил час расплаты!

Я выпрямился, прислонился к колонне и упавшим голосом спросил:

– Выходит, они ищут нас?

– Не сомневаюсь, заодно и деньги, которые ты положил в банк.

– Размечтались… Их прибор реагирует на нас, выворачивай быстро карманы!

– Зачем?
–  в свою очередь спросил Фуад.

– Вопросы оставим на потом. Чего вытаращил глаза? Быстро, - вскрикнул я.

Мы начали вытаскивать всё, что лежало в карманах, последним Фуад вынул позолочённый мобильник. Я выхватил из его рук мобильник Арама и хлопнул ему по лбу:

– Вот он. Это маяк и от него надо срочно отделаться.

Фуад уставился на меня и открыл рот, явно собираясь мне возразить.

– Постой, Фофа. Как только ты в кухне включил и активизировал мобильник, на наш след постоянно выходят. Вспомни крышу….

– Не может быть, ты что-то путаешь.

Они медленно, но точно приближались к нам, любое промедление могло нам дорого обойтись.

– Не перебивай меня и слушай, видишь слева в дальнем углу толпа, кинешь мобильник в сумку любого из пассажиров и обратно. Двигайся!
–  решительно заявил я, хотя в глубине души у меня всё-таки было сомнение, что решение было правильное.

Фуад развернулся и побежал.

Прошло некоторое время, Зинаида с подручными подняли головы, ничего не понимая, затем начали разворачивать тележку то в одну, то в другую сторону.

– Всё, ”птичка улетела”, закинул пассажиру, отлетающему в Сингапур. А эти как?
–  задыхаясь спросил Фуад.

– Сперва засуетились, а затем покатили туда, влево, - махнул я рукой.

– Прибор у них фиговый. Слабоват.

Меня разобрал смех:

– Зато огромный какой! Российский, наверное. Металла тонна пошла.

Вдалеке виделось искажённое гневом лицо Зинаиды, мечущейся с тележкой среди пассажиров. Я негодующе посмотрел вниз:

– Вот неблагодарная! С нами решила тягаться. Как же! Не надо было оставлять ей пятьдесят тысяч евро.

Фуад только пожал плечами и отвернулся. Адьёс, рыжая бестия!

Неожиданно рядом возник Октай, взял нас под руки, мы вздрогнули и повернулись.

– Вы что, заснули? Стол накрыт. Не будем терять время, пошли.

Стол был действительно уже накрыт и ждал нас. Мы не спеша сели за стол, я взглянул на стоявшие на нём деликатесы и усталым голосом взмолился:

– Октай, только не обижайся. Пускай уберут всё.

Октай в недоумении уставился на меня.

– Подождите, - запротестовал он, улыбаясь.
–  Вы в самом деле не хотите? А что делать со всем этим…?

Зевнув, я посмотрел на часы и нажал кнопку. Дверь открылась, в кабинет влетели официанты и замерли у стола.

– Поздно уже, а нам ещё лететь. Пускай уберут всё. Октай извини, но в Баку у нас ещё много дел.

Все удивлённо застыли, а Октай сдавленно хмыкнул и повернулся к Фуаду.

Фуад воспользовался паузой, нагнулся и понюхал молодую зелень:

– Это можете оставить.

– Сыр нахичеванский?

– Конечно

– Лаваш настоящий, наш? Не какой-нибудь…?

– Стопроцентный, шарурский.

Я потянулся за чашкой:

– Мацони буйволиное?

– Обижаете, - кивнул рядом стоящий официант, а другой, тот кто был помоложе, сорвался с места и через минуту стоял перед нами с трёхлитровым баллоном мацони. Поднял баллон над столом, перевернул и потряс, мы замерли. Затем он посмотрел на наши изумлённые лица.

Я одобрительно кивнул:

– Годится. Всё остальное убрать.

Официанты переглянулись и повернулись в сторону Октая

– Как это?
–  пробовал запротестовать Октай и даже привстал.

Я поднял руку.

– Протесты не принимаются, - и кивнул головой официантам.

Вышколенные официанты не стали спорить и быстро всё убрали, оставив лишь то, что мы отобрали.

Время за застольной беседой пролетело так быстро и затянулось так надолго, что Октай встал и сказал:

– Извините, что прерываю нашу беседу и скромную трапезу. Вы что, передумали улетать?

Мы переглянулись и развели руки.

– Нет! Утром мы должны быть у Сафуры дома, в Баку.

– Я звоню тогда насчёт билетов?

Октай вынул мобильник:

– Анар, это я - Октай. Два билета в Баку. Сидим на втором этаже.

Фуад замахал руками:

– Бизнес - класс пускай возьмёт.

Октай с удивлением глянул.

– Ноги не помещаются, - пояснил я, кивнув в сторону Фуада.

Мы продолжили беседу и не заметили, как дверь открылась и в кабинет вошёл молодой высокий человек, поздоровался со всеми, сел в свободное кресло и протянул два билета: