В паутине страсти
Шрифт:
У Юльки Хвостиковой было какое-то странное настроение: ее одолевали грусть и ностальгия, сожаление и ощущение катастрофы, которая надвигается на нее, как огромная тёмная туча… Нет, она уже происходит прямо сейчас, в этот момент времени. Катастрофы, у которой нет свидетелей кроме нее самой, которая никому не интересна и не важна. Потому что никто не знал Юльку лучше, чем она сама…
Простояв так несколько минут, которые, казалось, длились вечность и еще немножко, Юлька вернулась в гостиную, села на диван и достала свой дневник. Лишь ему она могла доверить все, что было сейчас у нее на сердце и душе. Вот уже три месяца она брала в руки только его, забыв свои любимые книги, и писала мысли, и выливала чувства, беспокойно роившиеся в голове.
Да, Юлька увлеклась кроме спорта ещё и писательством. Она не просто выплескивала на страницы свои переживания, а писала их, словно книгу, роман своей жизни, приправляя необычными яркими деталями, должными погрузить потенциального читателя (которого не должно было случиться, ведь это было глубоко личное!) в атмосферу ее дней, часов и минут, полных переживаний и чувств.
Дневником была небольшая розовая книжица, возможно, слишком несерьезно выглядящая для того, чтобы служить для доверения тайн взрослой женщины, в особенности, ее сексуальных приключений и темных страстей. Она больше бы подошла девочке-подростку. Но именно такой растерянной и неопытной чувствовала себя Юлька, и сама себе удивлялась.
Будучи в душе безнадежным романтиком и не снимая свои розовые очки, через которые могла видеть мир не женщина, но лишь юная неопытная девушка, какой сейчас казалась себе Юлька, она переживала все происходящее с ней немного сказочно: будто в ее светлую, чистую, спокойную и почти праведную жизнь, покой которой не нарушался ни яркими эмоциями, ни случайными взглядами, ни, тем более, отчаянными и будоражащими душу и тело страстями, ворвался темный ангел с огромными черными крыльями, разогнав розовые наивные облачка в разные стороны, заменив их на кроваво-красные, цвета порочной страсти. (Юлька, честно, старалась не романтизировать свою жизнь, но не всегда ей это удавалось: уж очень она любила емкие метафоры и обожала описывать с их помощью простые повседневные события, превращая их в почти сказочные истории).
Страница1. Понедельник.
Дневник, ведь ты для того и существуешь, чтобы делиться с твоими страницами тем, чем человек не в силах поделиться ни с кем другим.
Знаешь, я много нервничаю.
Я не сплю ночами. А слушаю музыку, чего со мной не случалось так давно… А сон никак не идёт…
Совесть, мой внутренний страж, не даёт мне покоя. Она грызёт меня, сгрызает живьём. Ещё немного, и я сойду с ума.
Я теперь знаю, что такое паническая атака. Это когда я задыхаюсь: мне не хватает воздуха. Я не чувствую рук и ног. Моя голова кружится, а спину покрывает холодная противная испарина. Это все от страха, от всего происходящего. Никогда раньше я ничего не испытывала.
Когда я приближаюсь к фитнес-центру, я задыхаюсь и рискую упасть в обморок… Это от того, что я боюсь увидеть там его. А еще больше боюсь, что не увижу…
Что в памяти моей…
Новый день принес новые мысли: "И как все-таки я могли забыть его имя? Как такое возможно? Ведь он сразу привлек мое внимание. И он ведь наверняка, в ответ тоже сказал свое имя. Но она его не запомнила… Серьезно??? Катастрофа. Что же теперь делать? Как его узнать? Он так и останется для нее случайным незнакомцем??".
Юля начала рыться в памяти и поняла, что вообще ничего о нем не знает. Это было странно, но он все время задавал ей вопросы. И она на автомате отвечала.
Теперь выходило, что он знает о ней почти все, а она о нем ничего!
Он вот уже знает, что она редактор. Откуда, когда она об этом говорила и почему? Она не помнила. И почему не спросила, чем занимается он? Была не в себе от нахлынувших эмоций? Наверное…
И что теперь делать?
– Балда! – вслух сказала Юля. И подумала: "Надеюсь, еще представится возможность спросить у него… Надеюсь, мы еще встретимся…". И тут же, противореча себе, подумала: "А может лучше никогда не встречаться…". Она ощущала непередаваемое волнение. Оно было ей в новинку, точнее, она совсем уже отвыкла от таких чувств и, честно говоря, не думала. что они когда-нибудь снова посетят ее. Это было неожиданностью. видимо, причиной всему стала весна.
А еще Юлька мучалась мыслями о том, не спровоцировала ли она случайно их общение? Не остановись она под козырьком, он бы и не подумал предложить ее позвезти!
Но если они еще встретятся, надо будет узнать его имя… Может просто сказать:
– Извините, я в прошлый раз не запомнила ваше имя…
Засыпала Юля с мыслями о нем… Мужчине без имени… Ее воспоминания были, как в тумане. В них вспоывали его глаза… его темные волосы… широкие плечи… весёлые, озорные глаза… красивые руки… все остальное поглотил туман в голове.
Она мечтала оказаться с ним наедине в кафе за чашечкой кофе. Чувствовать его рядом… чувствовать его взгляд на себе. И чтобы он положил свою руку на ее…
От всех этих мыслей отчаянно кружилась голова. Потому что мечтать об этом было нельзя.
Что в носике тебе моем?
Настал очередной день тренировки, точнее, вечер не по-весеннему пасмурного дня. И снова Юльку ноги сами несли в зал: она ждала встречи с ним. И снова как бы случайно они встретились у фито-бара, испытав свое тело на прочность: он в зале, она на групповых занятиях.
Ее объект внимания сам напомнил ей, что его зовут Родионом и переспросил её имя. Юлька была рада, что удалось избежать неловкой ситуации.
Во время предыдущей встречи Юлька осторожно выведала у Родиона, по каким дням он планирует посещать фитнес-клуб. И решила подстроить свои тренировки под его расписание.
Она понимала, что происходящее с ней неправильно. Но это все развивалось лавинообразно, как бы помимо ее воли. Она знала только, что хочет видеть его. Не может не видеть. Не может не потакать своему «хочу». И ей это было в новинку, потому что до этого в ее жизни превалировали «должна» и на худой конец «могу». А вот хотела ли она
этого? На этот вопрос Юлька предпочитала себе просто не отвечать.
Сейчас, отринув свое "должна", а также мысли о том, что ее поведение глупо, наивно, предосудительно, недостойно, смешно и, быть может, даже опасно, она готова была окунуться в "ХОЧУ" с головой.
Она категорически не хотела произносить слово "влюбленность", предпочитая "симпатия" и еще "игра" – взглядов и слов. Да, между ними возникла такая игра, в которую Юлька с удовольствием втягивалась все больше.
Помнится, она любила играть в такие игры ещё в школьные годы, во время появления самых первых симпатий и знаков внимания со стороны противоположного пола.
Теперь же, разменяв четвёртый десяток, она с наслаждением вспоминала, каково это.
В будние дни Юлька с нетерпением ждала вечера и времени тренировки, чувствуя себя, как на иголках, словно какой-то йог.
Только часы отмеряли 18 часов, Юлька, словно какая-то школьница, с огромным волнением спешила на занятия. Чтобы, несложно догадаться, увидеть его. Но не только.