Чтение онлайн

Сорока Лежа дарует удачу. Смешно, но это происходит через те вещи, которые она заимствует у окружающих. Если человек носит эту вещь сразу же, после возвращения, то ему сопутствует удача в чем-то маленьком, но необходимом. Хорошо, что здесь Лежа скромно «одолжила» всего несколько вещиц в первые дни и больше не заглядывалась на блестяшки — никто пока не понял и не установил взаимосвязь удачи и сворованных украшений.

Про гекона Жогу я уже упоминала. Он, как и все мини-питомцы обладал магией, пропорциональной своему размеру, но даже такая она оказалась сегодня как нельзя кстати.

Ну а последний, чью магию я собиралась продемонстрировать, был лемур. Нери, словно насмешка богов, встревал в неприятности. Или находил их, или создавал, но, определенно, это была какая-то особенная магия, потому что без лемура неприятности бы настигали хозяина животного или его окружение. Наверное, поэтому лемур никак не может найти себе нового хозяина — предыдущему просто надоело постоянно доставать Нери то из лужи, то из ямы, то из огня, то из пасти пса.

Зеленые нити тянулись от всех животных ко мне, обозначая некрепкую связь хозяйки питомника и подчиненных ей животных. Если бы я была хозяйкой, то нить была бы толще, ярко-зеленой и блестела бы, словно драгоценный камень.

Улыбнувшись и удовлетворенно кивнув, я перевела взгляд на мужчин и тут же заметила, как алчно смотрел лаутус на мини-полоза, вокруг которой не было ни одной нити. Словно одинокое дерево посредине поляны, на которой ничего больше не росло. Кажется, он даже про Руффи забыл, а я сама собственными руками и магией навела его на мысль, кто из моих питомцев самый сильный.

Вот же я дура! Что же теперь делать?

Эдера

Что же теперь делать?

— Как занятно, — промурлыкал лаутус, расплывшись в довольной улыбке, а я только отмахнулась.

— Не отвлекайте!

Эх, была не была, покажу я еще и Лану, но только то, что сама сочту нужным.

Нити вокруг питомцев принялись исчезать, медленно тускнея, и на их фоне стало видно, что и полоза оплетает магия, просто вокруг Ланы нити вились совсем-совсем тонкие, и светились едва заметно. Зато на полозе проявился артефакт, исполненный в виде цепочки с переплетающимися тройными звеньями — вот он излучал магию постоянно и, сплетаясь с магией животного, поддерживал его силы. Лана была уже «старушкой», и подобный артефакт был ей крайне необходим.

Лаутус поскучнел и перевел взгляд на Руффи, которая продолжала дремать, сощурив глаза в две узкие щелочки.

— Что ж, в Соверене, очевидно, иной подход к обучению зоомагов, раз даже адептки способны продемонстрировать нити силы и связь с хозяином, — проговорил ректор и непочтительно цыкнул на лаутуса, который собрался что-то сказать. — Лэсси Миович, если вас не затруднит, и вы не сильно выложились при данной демонстрации, покажите нам, пожалуйста, нити связи у мини-мантикоры, и мы все отправимся по своим делам.

Я кивнула и принялась водить руками над Руффи, высвечивая золотые и серебряные нити. Хмурилась, выискивая в слабых отсветах зелень связи с хозяином, усиливала воздействие, чтобы проявились потоки, которые не интересовали окружающих, но знакомых изумрудных нитей так и не увидела. В том кружеве, что я продемонстрировала, было что угодно, кроме этой связи: жизнь, магия, здоровье, ментальные нити и те, что отвечали непосредственно за полет и крылья. И сами нити были похожи на кружевные шнуры, состоящие из смешения нескольких нитей, какие я демонстрировала у своих питомцев — вроде бы все то же самое, но выглядит немного иначе, и от этого я терялась и путалась, сбивалась, не зная, что лучше высветить, за какю нить потянуть.

Я чувствовала, как от напряжения по виску побежала капля пота. Кажется, я приложила уже слишком много сил, а результата так и не добилась. Может такое быть, что мантикора потеряла связь с хозяином, уменьшившись в размере? Нет, такое невозможно, ведь я чувствовала, что связь между Итаном и Руффи существует. Да даже на поле, когда Руффи не желала подчиняться Итану, я ощущала эту их связь. Может, я опять не там ищу?

— Достаточно, лэсси Миович, — проговорил ректор, — вы тратите слишком много сил.

Его взгляд стал напряженным, словно он опасался за меня. Мужчина строго смотрел на мои руки, простертые над мантикорой, и, кажется, немного нервничал, хотя с чего бы?

Капельки пота собрались над верхней губой и ужасно раздражали, так что я нервно смахнула влагу и, мельком глянув на пальцы, снова распростерла руки. Возникло смутное беспокойство, что пот не может быть красным и, скорее всего, от напряжения из носа закапала кровь, но тут же растаяло, ведь, кажется, я нащупала ту самую связь, которую искала.

Удовлетворенно улыбнувшись, я принялась вливать силу уже в те нити, что нащупала с таким трудом, а затем удивленно воззрилась на дело рук своих.

— Странно, — услышала я голос лаутуса, — связи с хозяином как не было, так и нет. — И ректор действительно прав, лэсси Миович, — вам следует остановиться.

— Возможно, цвет нитей искажают кольцо и артефакт, что спрятаны на мантикоре? — предположила я, пытаясь проявить лишние элементы на теле мини-мантикоры, чтобы взглянуть на их действие.

Кожаный ремешок с замотанной в блестящую обертку жемчужиной нашелся сразу — он легко определялся на ощупь, опоясывая шею животного. А вот кольцо куда-то исчезло, словно я его не на мантикору вешала, а в пространственный карман убирала. И, хотя, снимать кольцо самостоятельно с мантикоры очень не хотелось, я зашарила рукой по мягкой шее, пытаясь нащупать носовой платок, в который спрятала чужое подношение.

Я направила еще силы, напряженно морщась, и, наконец, добралась до вожделенного предмета. С торопливостью, полезной разве что при ловле блох, я принялась снимать кольцо, стараясь при этом его не касаться — не хватало еще сообщить дарителю, что украшение все же оказалось в моих руках.

Но, как не старалась, все же сплоховала. Я держала носовой платок двумя пальцами и не заметила, как один из концов платка выскользнул, и кольцо с металлическим стуком упало на столешницу и покатилось к краю, притягивая к себе всеобщее внимание.

Дзинь! По столу катилось кольцо с розовым камнем, утопленном в золотом ажурном ободке. Ровное, лаконичное, немного старомодное, словно из времен первых магов. И, освободившись от ткани и магии мантикоры, кольцо пульсировало магией незавершенного обряда…или завершенного, но повернутого вспять — тут сразу не определишь.