Чтение онлайн

– Так в этом дело? – Алама многозначительно хмыкнула. – Ты боишься, что не сможешь жениться?

– Причём тут женитьба? – раздражение прорвалось в голос Лиса. – Раньше они мне улыбались, когда я просто шёл мимо. Подмигивали, шептались. В борделе как-то скинули цену, между прочим. А теперь будут отворачиваться или смеяться.

– Откуда ты знаешь? Разве ты уже был где-то, кроме комнаты с, как ты сказал, противным соседом?

– Я могу предполагать.

– Неблагодарное это дело – предполагать. Что с того, что кто-то от тебя отвернётся, пока ты будешь идти по улице? Кто тебе этот человек? Давай лучше представим, что скажут те, кто тебе дорог. И кому дорог ты.

– Думаете, такие вообще существуют?

– Ты же не один был на том маяке. Выбери кого-нибудь из людей, кто тоже был там. Представь, что он прямо сейчас заходит в эту комнату. Что вы друг другу скажете?

Химера сразу подумал о Крысолове. Что он сделает, когда увидит Вариона? Отшатнётся, потом покосится на пропитанные кровью повязки. Спросит, как он себя чувствует. Непременно расскажет о том, как сложно пришлось ему самому, о своих немыслимых страданиях. И они вспомнят, ради чего всё это было.

Варион сжал кулак. Альхиор мёртв. Он мёртв. Его прах собрали в простецкую урну, а череп готовят выставить на потеху рыцарям.

– Мы скажем, что победили, – промолвил Химера.

– А что было бы, если бы вы проиграли?

– Подохли бы все до единого. Вы, возможно – тоже.

– Видишь? Разве это не повод порадоваться? Разве тебе нечем гордиться, кроме лица?

Ногти Химеры со скрипом терзали бархатную обивку кресла. Он мог сбежать, пока Каддар и Мариш сдерживали Альхиора. Он мог не возвращаться в Приют, когда Кранц натравил на него гвардию. Он мог жить дальше, оставив позади тех, о ком приходилось заботиться день ото дня.

Но какой толк от такой жизни? Ему хотелось вновь послушать байки Полоза и туманные советы Вдовы. Посмотреть, как неловко Ним с Крысоловом отводят взгляд и притворяются, будто ничего между ними нет. Пожевать листья с Бертольдом, поспорить с Арбо.

Пока что его ждала лишь белая комната с призраком Каддара Бреккского.

– Мы закончили? – спросил Лис.

– Думаю, можем пока закончить, – Алама кивнула. – Познавать свой разум – работа сложная. Первое время будет очень непросто. Так что я предпочитаю двигаться помаленьку.

– И зачем оно мне надо? – Химера нехотя выбрался из кресла.

– Чтобы одолеть самого опасного врага, – служительница подняла голову, и отблеск свечей зловеще мелькнул в её глазах. – Того, что прячется внутри тебя. Что же, полагаю, дорогу до комнаты ты найдёшь и сам.

Варион такое доверие оценил. Он задержался в коридоре верхнего этажа и несколько раз посмотрел через плечо, но никто не следил за ним. Редкое удовольствие.

Лис проковылял по ступеням и замер посреди своего этажа. Вернулись белые стены и одинаковые двери с круглыми ручками, а за ними вновь пришло ощущение, будто светлая краска была не более, чем обманкой. Химера готов был поклясться, что видел очертания толстых прутьев сквозь белизну стен.

Он решил проверить, насколько крепка эта клетка. Варион юркнул обратно на лестницу и сбежал на нижний уровень. Он был таким же безликим, но отнюдь не безлюдным. По правую руку – там, где начинался спуск в пыточную Смевы – очередная служка скребла пол облысевшей метлой и что-то мычала себе под нос.

Девочка выглядела помладше Лийи и Кальтии, но при этом была заметно шире. Она оторвала взгляд от пола и молча уставилась на Лиса из-под длинной соломенной чёлки.

Химера не стал первым нарушать тишину. Он медленно поднял правую руку и пошевелил пальцами. Девчонка промолчала. Казалось, пыль на полу беспокоила её гораздо больше больного, что решил прогуляться по лекарне.

Тихо, на носках, Лис пробрался к двустворчатой двери, из-под которой струился свет. Свежесть улицы встретила его порывом ветра. Тёплого, южного предвестника весны.

Варион оказался в небольшом дворе меж домом лекарей и высокой стеной. Он пошёл вдоль единственной тропы. Дорога была вымощена широкими плитами, тщательно отшлифованными сотнями подошв. Глаз цеплялся за пёструю мостовую, которая показалась Лису куда интереснее мшистой стены по правую сторону.

– Не понял, – проговорил он вполголоса.

Химере показалось, что трещины на некоторых камнях складывались в буквы. Да и на трещины они походили мало. Скорее, их наспех вытесала рука с долотом. Лис наклонился над плоской плитой, надписи на которой были особенно заметны.

Его палец скользил вдоль трещин, безошибочно выводя альдеваррские буквы.

– Саддис… Бесфамильный, – говорил Варион, про себя браня Коршуна за то, что научил Лиса читать. – Шесть, пять… Опять шесть.

Форма плит сразу показалась ему странной. Слишком уж напоминала те, что вешали на стены усыпальниц или ставили поверх закопанных гробов тех, кто не мог себе позволить склеп.

– Мать твою за ногу.

Варион пошёл ещё быстрее. Боль прорывалась сквозь остатки дурмана, но медлить он не мог. Химера задрал голову и пытался следовать за стеной обители, но взгляд то и дело соскальзывал на надгробия под ногами.

Сколько их здесь было? Сотня, не меньше. Стройный ряд стёртых могил, по которым местные истязатели ходили каждый день. Быть может, и его надгробие уже заканчивал вырезать очередной служитель. Теперь Алама знала и его настоящее имя.

– Эй, друг, всё нормально? – сутулый мужик с пепельной бородой тащил на плече мешок навстречу Химере.

Лис свернул с могильной тропы и подбежал ближе к стене. Носильщик ещё что-то крикнул ему вслед, но Химера не слушал. Он бежал у самого подножия стены меж опустевших по зиме грядок. Спереди доносились голоса. Звучали они озлобленно. Образ отряда крепких солдат, заточивших секиры и разжегших факелы, сам собой проявился в разуме.

Чёртова Алама. Похлопала длинными ресницами, разок прикоснулась к руке Лиса, и заставила его поверить, что кто-то в этой пыточной может желать ему добра. Теперь он сомневался, что искорёженное лицо было деянием Альхиора. Может быть, всё было бы в порядке, не заливай его Смева шипящей мазью?

Химера вышел к зарешёченной арке в стене. У каждой обители на воде должны быть такие лодочные ворота. Не так давно он таким же образом сбежал из обители Кваранга, когда догорал Лисий Приют. Теперь дорога привела его в новую тюрьму, чтобы как следует рассмеяться в лицо.

– Сука! – Варион ухватился правой рукой за решётку и попробовал её сдвинуть.

Конечно, лодочные ворота оказались закрыты. Ему дали свободно погулять лишь для того, чтобы он понял своё место. Увидел свою судьбу в виде затоптанной могилы под тропой.